Наталия Gemma - Чернокнижница

— Ах, ты, бледная погань клыкастая! — оскорбленно взревела я, и от моего крика волосы на голове у Фьориуса встали дыбом. Симпатичненькая причесочка, кстати. — Да я тебе клыки-то сейчас пообломаю! Ты кого назвал толстой?! Меня?! Красавицу и умницу — и ТОЛСТОЙ?!

Ну, все, ребята сами нарвались. Я спокойная, но вранья по поводу своей потрясающей внешности, страсть как не люблю! Я подскочила к пребывающему в некотором обалдении вампиру, и со всего размаху заехала ему кулаком в лоб, а потом, не дожидаясь ответной реакции, врезала в челюсть. Кровосос издал какое-то хлюпанье и, как подкошенный, рухнул на мостовую. В противоположную от него сторону отлетело что-то беленькое.

Ага, клычок, удовлетворенно подумала я, поднимая острый зубик с мостовой. Я обещала ему клыки выбить? Обещала, а обещания надо выполнять! Даже если не хочется! Я очень обязательная! Гоблин позеленел еще больше и попытался сбежать, но я не позволила. Догнала практически сразу, а, конечно, попробуй побегай, когда сзади в штаны наложено не иначе килограмма два! И я его не осуждаю, у Мартьяшиных «клиентов» это частая реакция!

Зеленомордому я просто въехала в глаз, а нож отобрала (таким классно мясо отделять от костей!) и отпустила. Но потом немного подумала и снова поймала, влупив теперь по другому глазу. Ну, во всем должна быть красота! Синяки будут вполне симпатишно смотреться на его роже! Любовно поглаживая лезвие отобранного трофея, я подошла к наставнику. Тот оглядел меня с ног до головы и насмешливо, но с оттенком восхищения, проговорил:

— Да-а… Из тебя получится настоящая чернокнижница, ибо умеешь ты народ убеждать в своей правоте! Слышала, что гоблин орал, когда сматывался? «Стройная аки тростиночка, стройна-а-а-я! У вампира зрение плохое!»

День десятый

Мой мертвый новый друг

— Та-ак, — прозвучал голос, в котором я отчетливо распознала угрозу, — и что это такое?

— Правда, красавец? — с гордостью обернулась я к хмурому Фьориусу. Он подошел ближе и с брезгливостью проговорил:

— Мартьяша, я, что просил сделать? Набрать травы на кладбище для сегодняшнего обряда! Сварить сонное зелье! Но я никак не рассчитывал, — загремел наставник, — обнаружить в своем доме вылезшего из могилки мертвяка!!! На что он мне?!

— И ничего не вылезшего, — обиделась я, — я сама его откопала!

— Для чего? — простонал маг, без сил падая в кресло.

— Тихо, Гуццл, — я заехала локтем в бок клацнувшего зубами покойника, и запальчиво сказала:

— Ну, Фьориус, собаку или кошку ты не разрешаешь мне заводить, шерсти от них много, видите ли! Нетопырь может пару лишних отверстий в шее проделать клыками, потом литра-другого крови не досчитаешься… Оборотня не прокормишь…

А мне одиноко! Тебя целыми днями нету! И потом, я читала, что чернокнижникам полагаются помощники!

Маг с проснувшимся интересом посмотрел на меня:

— Ты хочешь чей-то труп сделать моим помощником? А ты тогда мне зачем?

Куда он клонит?! Немедленно пресечь!

— Даже не думай от меня избавиться! — я показала наставнику внушительный кулак и сказала: — Я — твоя ученица, любимая и талантливая! А Гуццл будет мне помогать, а не тебе!

Фьориус покачал головой:

— С ума я сошел, когда взялся тебя обучать… А спятивший чернокнижник, хочу тебе сказать, страшное дело… Ладно, Мартьяша, но имей в виду, кормить своего мертвеца сама будешь!

А чего его кормить, хотела я ответить, деревня ж рядом, люди… Но вежливо промолчала, а не то опять расшумится, что ему постоянно приходится расхлебывать устроенные мною заварушки.

Наставник подозрительно посмотрел на меня, смешно подергал носом, как будто принюхиваясь (что за намеки!!! мертвяк свеженький, недельный, даже и не думает ароматы расточать!) и медленно растворился в пространстве.

И ведь какой вредный, этот Фьориус! Только бы мои огрехи припомнить! Подумаешь, я один раз на местных жителей демона напустила! А куда мне его надо было — в нашу каморку определить на житье? Так тесно и еды нет! Пришлось в деревню отправлять… Вот уж где богатый выбор пищи!

— Мартьяша, — вдруг послышался из пустоты голос наставника, — не вздумай этого Децла…

— Гуццла! — рявкнула я злобно.

— … Гуццла, что за имя выбрала! Так вот, не вздумай свой труп подсовывать деревенским!

— Ладно! — крикнула я в ответ, пожав плечами.

Странный какой… А с чего он решил, что я собираюсь собственный труп кому-то подсовывать? Я помирать в ближайшее время вовсе не планирую, пусть не мечтает! Но если что, профессию я себе выбрала и для мира иного — после смерти буду привидением, народ на погостах шугать.

Я хихикнула. Ща мы с Гуццлом устроим веселенькую прогулку в деревню! Обещание? А-а…так ведь самое главное для магов — точность формулировок. А Фьориус, беря с меня обещание, явно не подумал, что его слова можно истолковать по-другому.

— Эй, люююди, Мартьяша идет! Кто не спрятался, тот, считай, не жилец, — тихонько пропела я, и, обняв мертвеца за талию, направилась к выходу.

День пятнадцатый

Незваная гостья хуже лучше урагана

— Чего… Ням-ням… Надо? — вежливо прочавкала я, с удовольствием любуясь на здоровенную баранью ногу, которой подкреплялась в данный момент.

— Да-а… Вот так прием… Фьориус окончательно сошел с ума на старости лет! — послышалось в ответ.

Я нахмурилась, и с трудом оторвав взгляд от еды, посмотрела на наглого посетителя. Вернее, посетительницу. Девица, неопределенного возраста, высокая и худая, с длинными светлыми волосами, с неприкрытым отвращением разглядывала меня.

Понятное дело, завидует моей красоте, с оттенком превосходства подумала я, бедненькая. Вон, какая бледная да хилая, кому такая нужна!

— Слышь, тебе чего надо, я не поняла? — проявляя прямо-таки чудеса гостеприимства и тактичности, поинтересовалась я.

— Домашнее животное? — непонятно пробормотала себе под нос гостья. — На внебрачную дочь не тянет, страшненькая, да и нету у Фьора детей…

— Мартьяша, кто там пришел? Не держи человека на пороге, пусть заходит, — донесся до меня голос моего наставника.

— Какой человек, я тебя умоляю! Здесь чья-то прямая кишка пришла! — завопила я в ответ. А чего? Такая же длинная и прямая, как палка!

Я злорадно хихикнула, заметив, что лицо девицы перекосилось от возмущения. А нечего про меня гадости думать!

— Дирсагея? — Донельзя удивленный, маг вышел к нам.

— Не ожидал? — самодовольно отозвалась посетительница. — Но ты же понимаешь, что тебя никто в покое не оставит…

— Как вы мне надоели! Идем, поговорим.

— Фьориус, а что это за создание открыло мне дверь?

— Мартьяша? — наставник усмехнулся.

— Мартьяша? — с недоумением переспросила дамочка.

— Для вас — Мартемьяна, — бесцеремонно влезла я в разговор и, в упор посмотрев на нее, четко проговорила: — Конечно, имя несколько претенциозное, но… Что? Не знаете такого слова? Фу, Фьориус, я была о тебе лучшего мнения! С кем ты общаешься, она деревенщина, репутацию тебе погубит!

Маг устало прикрыл глаза, зато гостья побагровела до кончиков ушей, представляя собой весьма занимательное зрелище. Что-то наподобие сморщенного помидора, только с волосами.

— Зачем ты притащил сюда ребенка? — прошипела она.

— Да она сама притащилась…,- пробормотал наставник. И, помявшись, выдал: — Она моя ученица.

— Она твоя…что? Ты сошел с ума? Ты отказался заниматься с наследником правящей династии, но взял на обучение хомяка с отвратительным характером?

Позвольте, откуда ей знать про мой характер, возмутилась я. Душевный и ласковый, причем! И кого она толстушкой назвала! Да меня за мои аппетитные формы половина окрестных оборотней мечтает сожрать темной ноченькой! А может, перед поеданием и еще кое-чего сотворить, поприятнее!

Я подкралась к Дирсагее, не обращая внимания на страшные рожи, которые мне корчил Фьориус, и рявкнула прямиком в ухо:

— Слышь, червяк, ты кого толстухой назвала?!

Подпрыгнула она красиво, ничего не скажешь. Голосище-то у меня громкий, звучный. Заслышав мои песни на кладбищах, мертвяки старались закопаться поглубже в землю, а вампиры и прочая ночная нечисть и вовсе неслись во весь опор в разные стороны! Одно жаль: теперь от головы посетительницы на потолке след останется.

Уперев руки в бока, я прорычала:

— Думаешь, если ты тощая да убогая, так тебе все можно??

— Чего ты сказала? — взвизгнула в бешенстве светловолосая, — да я тебя сейчас испепелю, мерзкая девчонка!

Не, может, я где-то не права, конечно…Но я не сдержалась. Саданула ей ногой по коленке, она тявкнула как собачка, и полетела на пол. А я сверху на нее приземлилась. Деваха только охнула и глазки закатила. Слабоватые ведьмы пошли!

Я не стала дожидаться, пока она себя придет, скороговоркой пробормотала свое самое любимое заклятие и, полностью довольная, поднялась на ноги.