Обучение по-драконьи или Полевые испытания на эльфах (СИ) - Шевцова Наталья

«Или-или?! Да я бы тебя просто с большим удовольствием И УТОПИЛА И ПРИБИЛА МОЛНИЕЙ, чтобы наверняка!» – одарив опекуна испепеляющим взглядом, мысленно огрызнулась подопечная.

И… обалдела, увидев как в тот же миг, прямиком в блондина полетал мощнейший разряд молнии.

К огромному облегчению Пандоры, опекун среагировал мгновенно: отскочил в сторону и потому… поскользнулся на мокром полу и принялся танцевать брейк-данс, уже находясь в безопасности. Повторному страстному соитию с мокрым полом Ганимед сопротивлялся не просто изо всех своих сил, но и изо всех своих неистово цепляющихся за воздух рук и изо всех своих судорожно скользящих по воде ног. И всё же не устоял. Пал с широко раскинутыми руками и ногами. Но не сдался. Руки его так и продолжали трепыхаться, а ноги дрыгаться.

– О-оох! – выдохнула Пандора, изо всех сил сдерживая рвущийся наружу смешок и чувствуя себя в связи с этим слегка виноватой. Обеспокоенная, не ударился ли опекун слишком сильно головой и не случился ли с ним эпилептический припадок, она поспешила к бьющемуся в конвульсиях телу.

Её и Ганимеда разделяли всего несколько шагов. И всё же тучки-смерчи оказались проворней. Подлетели и все, как одна, в одну и ту же секунду, словно бы из ведра, обрушили на предположительно «пострадавшую» голову блондина водопады воды.

– О боги! – на сей раз у девушки даже сердце сжалось. – Нет, пожалуйста! Вы же утопите его! Пожалуйста, не надо! – взмолилась она, на сей раз уже искренне обеспокоенная.

Едва только она это сказала, и ливень тут же прекратился. И прекратились также и гром и молнии.

Пандора недоуменно посмотрела на ставших вновь белыми и пушистыми тучки, как будто бы спрашивая у них: «Ну и что это было?»

– Не слушаются они тебя, значит, ага! – язвительно просипел из лужи изрядно потрепанный и мокрый, но по-прежнему спесивый блондин.

– Ты прав. Они меня всё-таки слушаются, – без тени раскаяния в голосе хмыкнула богиня. Вслед за чем, удовлетворенно добавила. – И ещё как!

– Ещё как?! – оторопело переспросил блондин. Самодовольный тон и главное ответ подопечной настолько поразили его, что он даже головой дёрнул, пытаясь понять, а правильно ли он её расслышал.

Да, что там Ганимед, даже Ингвэ и тот опешил, не зная, как ему следует реагировать в данной ситуации.

– Да, – спокойно подтвердила Пандора. – И безобидные облака, и метающие молнии смерчи – были не просто моими творениями, а частью меня. Ингвэ, – перевела она лучащийся улыбкой благодарный взгляд на эльфа, – ты был прав, мне просто нужно было прислушаться к себе, и тогда я сразу бы поняла, что моя проблема не в том, что я безответственная или бестолковая, а в том, что меня просто кое-кто достал! Достал своими постоянными придирками, недоверием и обвинениями в безответственности!

– То есть, во всём виноват я?.. – Ганимед настолько был возмущен выдвинутым ему несправедливым до абсурдности обвинением, что даже не смог слёту подобрать достойный ответ и потому так и застыл на несколько секунд с ошарашено раскрытым ртом.

– В том, что мои тучки решили тебя проучить и немного погоняв, заставили искупаться в луже? Да, ты! – уверенно припечатала девушка. – Да, я – внучка Океана. И да, моя мать – океанида. И да я интуитивно чувствую воду. Но, Им, сегодня был мой ПЕРВЫЙ урок! И для первого урока, по крайней мере, насколько я понимаю – более чем, нормально, чего-то не знать или что-то не до конца понимать. В общем, даже и не жди! Не буду я перед тобой извиняться! А вот «спасибо» скажу! Не будь ты таким злобным троллем, я бы, наверное, долго ещё не поняла, до какой степени мои творения являются частью меня.

Ингвэ хрюкнул, сдерживая смешок. – Ора, именно на это Им и рассчитывал, когда доводил тебя!

– Я бы не сказал, что именно на это! – с кривой усмешкой буркнул блондин, сумев, наконец, принять не только вертикальное, но и устойчивое положение. – На то, что моя подопечная настолько разозлится, что будет готова меня и испепелить, и утопить – я совершенно не рассчитывал!

Узнав, что опекун намеренно, а не, так сказать, от всего сердца, доводил её всё утро, Пандора, тем не менее, осталась при своём мнении. Что посеял, то и пожал!

– То, что ты себя в кои-то веки недооценил, не мои проблемы! – иронично заметила она. – А посему, спасибо, что помог, но всё равно извиняться не буду! Но-ооо… – многозначительно протянула она, приподняв вверх указательный палец. Вслед за чем, ослепительно улыбнулась и, закусив нижнюю губу, добавила: – Если бы я действительно хотела тебя испепелить и утопить, мы бы сейчас с тобой не разговаривали…

– Извинения приняты, – закатив глаза и покачав головой, усмехнулся Ганимед.

Ингвэ за его спиной в очередной раз хрюкнул, сдерживая смешок. Таких оригинальных извинений он ещё не слышал. Однако отметив, что в ответ на замечание опекуна Пандора не только усмехнулась, но и сделала шутовской реверанс, признал: «Таки да. Это она не угрожала или предупреждала, а оправдывалась так».

При этом эльфа неожиданно болезненно кольнуло понимание того, насколько хорошо, оказывается, эти двое понимают друг друга. Не радовало его также и то, что девушка, всё более и более занимавшая его мысли, была явно неравнодушна к своему опекуну: слишком уж остро и даже страстно она реагировала на его подначки.

– Спасибо я сам! – вырвал его из раздумий ворчливый возглас Ганимеда.

– Что-о? Что сам? – переспросил он.

– Это он мне. Я предложила Иму, подсушить на нём одежду, а он отказался, – смеясь, объяснила Пандора и оценивающе посмотрела на мокрую одежду эльфа.

Тот понимающе усмехнулся и тут же заверил. – Спасибо, но я тоже сам!

– Ладно, тогда просто подсушу лужи в зале, – насмешливо хмыкнув, сообщила Пандора о своих ближайших планах.

– А-аа разве тебе не нужно показать как? – удивился эльф.

– Что показать? Как превратить воду опять в облака? И как затем распылить эти облака? – насмешливо изогнула правую бровь внучка Океана. – Думаю, я и сама справлюсь. Причём не просто справлюсь, но вполне возможно ещё и удивлю вас, – ослепительно улыбнувшись, пообещала она.

Ганимед при этих её словах даже подпрыгнул и практически простонал.

– Ора, не надо. Не надо нас удивлять. По крайней мере, сегодня. Сегодня, просто подсуши зал и всё!

– Им, расслабься, я знаю, что делаю! – повелительно осадила богиня. И такая в этой короткой фразе прозвучала мощь, столько в её голосе было достоинства и уверенности, что ни Ганимед, ни Ингвэ не посмели больше даже и слова сказать.

[1] Геката – древнегреческая богиня-покровительница ночи, ведьм, некромантии, ядовитых растений и прочих колдовских атрибутов преимущественно черной магии.

Глава 14

Глава 14

Бурлившая в её венах магия обольщала и искушала новыми вершинами мастерства. Пандора в прямом смысле слова слышала, как воды океана взывают к ней. Их зов манил её, подобно песням сирен, которыми те завлекали в свои сети моряков. Поддаться искушению было так просто, но юная богиня напомнила себе, что она хотела впечатлить своих зрителей, а не напугать или рассмешить.

Сжав кулаки с такой силой, что ногти до крови впились в кожу её ладоней, Пандора вернулась в «здесь и сейчас». Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Сосредоточилась. И только после этого неторопливо, почти лениво принялась испарять одну за другой лужи. Вода в которых, прежде чем взлететь ввысь, подобно подхваченным ветром тончайшим шифоновым лоскуткам, каждый раз кипела и шипела, высказывая своё возмущение неправильным поведением внучки Океана.

Однако Пандора знала, что её дело правое, и поэтому лоскутков под куполом лишь прибывало и прибывало, пока во всём громадном зале не высохли все до единой лужи.

Подняв к куполу глаза и оценив созданное ею белоснежное великолепие, в душе богини поднялась гордость и хорошо знакомое ей приправленное безуминкой, желание сотворить, что-нибудь этакое…