Зовите меня просто - Морти! - Александра Шервинская

вот, я выслушал Энджела и подумал: а почему бы нам с ним не поменяться? Я возьму его мир, который с пустыней, а он мой — где ценят яркие волосы.

— И он, я так понимаю, согласился? — проявил догадливость Ишива.

— Да, и мы решили, что не станем ничего говорить магистрам, потому что мирами меняться нельзя, — уже почти шёпотом договорил Тревор.

— А то, что всё, что вы одобрите, будет являться недействительным, вас, я так понимаю, не смутило? — я старательно подавил желание отвесить этому затейнику пару затрещин. Это же надо так подставить целое государство! А если бы я не приехал и не ввязался во всё это? Он так и дурил бы ибернийцев сотни лет?

— А скажи, Тревор, — Ишива произнёс имя мнимого божества с таким поистине королевским презрением, что проникся даже я, — кому из вас принадлежала идея с невестами?

— Ага, — я встрепенулся, потому что не мог вернуться в Ассарш, не выяснив, что сталось с многочисленными жёнами нашего великолепия. — То есть это не национальная традиция? Твоё многожёнство…

— Нет, — покачал головой Ишива и, поманив меня пальцем, прошептал, — у меня всего одна настоящая жена, и сейчас она в нашем семейном оазисе, присматривает за кладкой. Мы ведь размножаемся как рептилии, понимаешь?

— А за каким демоном… кхм… а зачем тебе тогда эти бесконечные жёны? — я никак не мог уловить суть придуманной Тревором аферы.

— Это, — Ишива слегка смутился, — ну, понимаешь, Энджел… то есть Тревор… сказал, что можно помочь многим хорошим людям… и не очень людям. Потому что во многих правящих семьях есть проблема с подбором супруги… А у меня очень много хороших знакомых и вообще — широкий круг общения. Ну, я вот не знаю даже, как сказать… — тут он окончательно сник и покраснел.

— Так ты что… типа свахи, что ли? — вдруг сообразил я и неверяще вытаращился на ибернийца.

Ишива едва заметно кивнул, не решаясь на меня посмотреть.

— Так это же круто! — воскликнул я. — Это же шикарно! Ты делаешь большое дело, так чего смущаться-то?

— Не годится правителю большой страны заниматься такой ерундой, — прошептал Ишива, — поэтому я всем говорю, что это невесты для меня. Что у меня много-много жён… Он, — тут Ишива показал на старающегося быть как можно незаметнее Тревора, — сказал, что это очень хорошо для имиджа!

— А где жёны, которые у тебя уже были? — я всё ещё не мог отойти от сногсшибательной новости.

— Так я их оставляю в храме после бракосочетания, а утром их уже не бывает, — иберниец пожал плечами, — их забирает Энджел, то есть Тревор.

— А зачем обязательно жениться? Сразу отправлять их в точку назначения нельзя?

— Он сказал, что иначе не сможет отправить их порталами, — Ишива махнул в сторону съёжившегося Тревора, — это так?

Я молча смотрел на так называемого коллегу и молчал, так как слов у меня не было. Точнее, они были, но все без исключения нецензурные.

— Зачем ты лгал ему? — я не собирался облегчать Тревору существование. — Советую говорить честно, тогда, может быть, я сумею спасти твою никчемную жизнь, когда эти парни решат выкинуть тебя в пустыню.

— Это было так забавно, — пролепетал Тревор, и я с трудом удержал на месте рванувшегося к нему Ишиву, — и потом… не все девушки хотели замуж…

— И что ты с ними делал? С теми, кто не хотел? — свистящим шёпотом проговорил Ишива.

— Ну… я их отпускал… — Тревор умоляюще посмотрел на меня, — Мортимер, ты ведь защитишь меня? По старой дружбе?

— К счастью, у меня никогда не было таких сомнительных друзей, — ответил я и мысленно потянулся к магистру Дереку, отвечавшему в академии за устройство выпускников.

— Отпускал просто так? — вдруг спросила молчавшая до этого момента Шарха.

Тревор побледнел, прикрыв бегающие глазки и громко сглотнул.

— Почти, — проговорил он и тут же добавил, — но никто ведь не обязан отказываться от благодарности, правда?

— То есть ты, прикрываясь моим именем, устраивал свои грязные делишки⁈ — казалось, что Ишиву сейчас хватит удар, но он несколько раз глубоко вдохнул, медленно выдыхая, и слегка успокоился.

— И во что же обходилась невестам свобода? — ласково спросила Шарха, делая шаг вперёд и не отрывая от лица Тревора горящего взгляда. — Расскажи нам, не стесняйся! Тут все свои, можно сказать, практически одна семья…

— Мортимер, убери от меня эту демоницу, она меня пугает! — нервно пробормотал Тревор, пытаясь подвинуться в мою сторону. Но я молча подошёл к Ишиве и встал возле него, так что толстяк остался в одиночестве.

— Как ты думаешь, она его поколотит или попробует выцарапать глаза? — задумчиво обратился ко мне Ишива.

— Ставлю на маникюр, — тут же отозвался я, — ты себе не представляешь, какое это грозное оружие!

— Да вообще! — поддакнул приятель Ристы, с интересом наблюдающий за происходящим, и показал исцарапанные руки. — Небось шрамы останутся!

— Я не слышу ответа, — принцесска сделала ещё шаг, — надеюсь, их честь не пострадала?

— Чего? А, ты про это… — Тревор попытался улыбнуться, но получилось так себе, — нет, конечно! Зачем оно мне надо? Мы просто договаривались о небольшом, чисто символическом вознаграждении! Элементарная благодарность!

— То есть наше божество, которому мы молились и на которого рассчитывали, все эти пять лет было просто аферистом и вымогателем⁈

На Ишиву было больно смотреть, так он сник и расстроился. Не знаю, как долго он предавался бы самобичеванию, но воздух в центре храма сгустился, и из него шагнул высокий человек в изумрудной мантии. Он удивлённо огляделся, увидев одновременно меня и Тревора.

— Мортимер? Тревор? Что вы здесь делаете? И где Энджел? Это же его королевство, если я ничего не путаю…. Как его… Иберния, кажется…

— Совершенно верно, магистр, — я поклонился магистру Дереку, — но дело в том, что тут у нас произошла небольшая неувязочка. Думаю, Тревор лучше меня расскажет о том, что здесь случилось.

Магистр удивлённо хмыкнул, но ничего не сказал и с любопытством уставился на побледневшего и как-то съёжившегося толстяка. Тот, поняв, что соврать при таком количестве свидетелей не получится, вздохнул и начал каяться, стараясь максимально уменьшить свою вину и представить всё случившееся этакой милой безобидной шалостью. Но магистр не первое тысячелетие жил на этом свете, и обмануть его было не по силам даже опытным лгунам. Что уж говорить о Треворе.

— Правильно ли я понимаю, что ты воспользовался доверчивостью ибернийцев и в течение пяти лет обманывал свою паству в собственных корыстных интересах? — голосом магистра можно было превращать воду в лёд. — И если бы не Мортимер, то продолжал бы это делать?

Тревор промолчал и только ниже опустил голову: спорить с магистром было бессмысленно, тем более, что вина была доказана.

— Какого наказания вы хотите для этого обманщика? — магистр повернулся к обалдевшему от всего происходящего Ишиве. — И да, я приношу вам искренние извинения от имени академии в связи со сложившейся недопустимой ситуацией. Теперь мы станем внимательнее следить за выпускниками. Просто, если честно, нам даже в голову не могло прийти, что кто-то из них окажется таким… нечистоплотным…

— Не знаю, — пожал плечами Великолепный, — это уж вы сами решайте, только от нас его заберите, чтобы и духу его тут не было!

— Это всенепременно, — заверил Ишиву магистр, — и верну вам Энджела…

— Не нужно, — перебил его Ишива, — если можно, дайте нам кого-нибудь другого. Зачем нам божество, бросившее нас и за пять лет даже не поинтересовавшееся судьбой обманутого королевства.

— Справедливо, — помолчав, проговорил магистр, — и у меня даже есть идея, кого попросить присматривать за вами.

Когда он это сказал, я понял, что надо срочно валить, так как в противном случае… Я начал осторожно продвигаться в сторону выхода из храма. Сейчас пересижу где-нибудь, а потом отправлюсь домой, так как и по поводу Энджела, и по поводу жён я всё выяснил.

— Мортимер, — окликнул меня магистр, когда я уже преодолел половину пути, — можно тебя на минуточку?

Ну вот, а ведь ещё пять минут — и мог бы улизнуть. Хотя, скорее всего, магистр уже принял решение и моё бегство ничего не изменило бы.

— Можно меня на минуточку, — не стал спорить я и с тяжёлым вздохом подошёл к магистру Дереку, — даже, наверное, на две или три. А потом мы с её высочеством хотели бы вернуться в Ассарш, у меня там заговор не раскрытый и император с неудавшейся личной жизнью. Две жены, а толку никакого…

— Похвальное беспокойство о судьбе империи, — довольно улыбнулся магистр, — не то что некоторые, — тут он посмотрел на Тревора, чтобы тот не думал, что о нём забыли.

— Давайте только сначала с Тревором решим, — попросил я, стараясь хоть как-то отсрочить неизбежное.

— А что с ним решать? — магистр