Елена Антипова - Охотники за мумиями

Мы так и застыли, открыв рот:

— Т-т-т-т...

— Вы что, пулемет изображаете? — удивился крокодил, но через минуту просветлел: — В войнушку играть будем?

Мы перестали заикаться. Огромный зеленый монстр вроде был настроен вполне дружелюбно, но подходить к нему никто не спешил. Я раньше вообще в жизни живого крокодила не видела, а говорящего — тем более. И хотя мы здесь уже перестали чему-либо удивляться, согласитесь, не каждый день встречаешь клацающее зубами земноводное, предлагающее поиграть в прятки.

Крокодил был таких огромных размеров, что запросто мог сожрать нас всех и даже не подавиться. Шкура отливала темно-зеленым блеском, длинный хвост волочился по земле, оставляя глубокий след в примятой траве, и единственное, что никак не сочеталось с таким мощным туловищем, — это чересчур — короткие кривые лапки. Он смешно семенил, вдобавок покачивая головой.

Мы осторожно подошли поближе.

— Как тебя зовут? — спросила я.

— Зюзя. А вас?

Мы поочередно представились. Назвав свое имя, крокодил уничтожил последние наши опасения, и мы уже без страха присели рядышком. Лешка даже потрогал толстую грубую кожу зверя.

— А вы меня напугались? — с грустью в глазах посмотрел на нас Зюзя.

Отрицать это было бы глупо, ведь мы орали, как недорезанные поросята, на весь Египет, но и признавать сей факт не хотелось. Нам сразу стало стыдно Ирина — так вообще покраснела.

— Ну, сначала чуть-чуть было страшно, конечно — начали оправдываться мы. — Но потом ты оказался очень даже милым. Уж извини, что так получилось.

Мы погладили крокодила по спине. Он даже замурлыкал от удовольствия. Никогда не гладили крокодила? В обычной жизни не советую, но если вдруг встретите Зюзю — можно, он это любит. Хотя со стороны, наверное, то еще зрелище!

— А со мной никто не играет, — пожаловался наш крокодильчик.

— Безобразие! — возмутился Леха. — Предлагаю всем сыграть в прятки.

Поглядев на обрадовавшегося Зюзю, мы не смогли отказаться. И не напрасно! Потом уставшие, но безумно довольные, сели отдохнуть в тени раскидистой пальмы, рекомендованной крокодилом. В благодарность за весело проведенный день Зюзя наловил нам рыбы, которую мы с удовольствием пожарили на костре и съели. Наш новый друг с совсем неподходящим для такой махины именем, изумленно глядя на то, с каким аппетитом мы трескаем рыбу, уже был готов переловить для нас все водоплавающее население озера. Хорошо, вовремя остановили.

— Вот так бы и сидела под этой пальмой всю жизнь, — мечтательно потянулась Иришка. — Но, к сожалению, это невозможно. Нам ведь уже пора?

— Вообще-то да, — как-то сразу погрустнел Андрей. — Но есть ли смысл идти сегодня, ведь скоро закат, а здесь мы хоть нормально на ночлег устроимся. Пол дня ничего не решат, вы не согласны?

— Согласны! — хором крикнули мы вместе с Зюзей. Вечер провели, болтая о том о сем с нашим зеленым другом. Оказалось, Зюзя еще не взрослый крокодил и очень любит разные игры, половину которых придумывает сам. Надо сказать, у парня талант! Он нам столько всего рассказал, что хоть записывай. Нам уже за двадцать, и то не удержались и поиграли в парочку самых интересных крокодильих игр.

Живет он в оазисе, сколько себя помнит. Мы хотели было спросить, где его родители, но, глядя в опечаленные глаза, не стали. Наверняка только расстроили бы. Почему-то была твердая уверенность, что в том, что с ним случилось, замешана шайка Расдая. Мы молча сжали кулаки и мысленно пообещали отомстить.

А еще Зюзя рассказал нам кое-что очень важное. Оказывается, маленький оазис, где он живет, — это единственное, что осталось от большого оазиса, в котором обитали звери, птицы и прочая живность. Но это было настолько давно, что даже старая черепаха, живущая в озере, с которой постоянно общался крокодил, почти не помнит этого. Зато древняя легенда гласит, что все вернется на круги своя, когда «будет уничтожено зло, исходящее от солнца». Последняя фраза поставила нас в тупик. Зюзя объяснить ничего Не смог:

— Я сам не понимаю, при чем тут солнце. От него исходит все только хорошее. Оно согревает, питает растения, а значит, все живое на земле. Не понимаю...

— Солнце... солнце... Да, что-то тут не так. А ты не ошибся? — спросил Андрей, но Зюзя лишь покачал головой.

— Ну да! — Я аж вскочила от внезапной догадки. — Солнце, понимаете?

Мои переглянулись, скептически поджав губы. А я взволнованно ходила от пальмы к пальме, возмущаясь, что друзья никак меня не поймут. Но в запале всегда кажется, что вот она, разгадка, — на поверхности, и стоит понять тебе, как ее тут же поймут и окружающие.

— Лен, ты чего вскочила? Сядь, вдохни поглубже и членораздельно скажи нам все, что только что пришло в твою умную головушку.

— Зюзя цитировал: «Зло, исходящее от солнца». А может, это не солнце, которое светит на небе, а, например, какое-то название, — подмигнула я. До Ирины дошло быстрее всех:

— Город Красного Солнца!

— И Один-ноль в пользу нашей Иришки!

Леха, Андрей и Зюзя изумленно уставились на меня:

— А ведь ты права. Это же логово Моранда.

— А он связан с Расдаем, — продолжила я. — Больше того, если интуиция меня не подводит, Врата находятся именно в Городе Красного Солнца. В легендах обычно заложен очень глубокий смысл: «Зло, исходящее от солнца». Не про Моранда же идет речь! Не-е-ет... Он лишь жалкая «шестерка» Расдая, и, я думаю, слово «зло» скорее применимо к последнему.

— Скорее всего, — согласился Андрей. — Значит, не придется скакать по всему Египту в поисках этого гадюшника. Если Врата в ад в Городе Красного Солнца, это значительно облегчает нашу задачу. Хотя я совсем не считаю, что загнать туда Расдая так, чтобы он оттуда не выбрался, на самом деле легко. Нам придется очень постараться.

— Это точно. А мы до сих пор не придумали тактику.

— Не переживай, Ирюсик, на месте разберемся.

— Как ты меня назвал?!

— Ирюсик... А что не так? — осторожно поинтересовался Леха.

— Терпеть не могу, когда меня так называют! Ясно? Не люблю!

— Все, все, я же не знал, — Лешка примирительно похлопал ее по плечу, а когда Ирина немного успокоилась, коварно на нее посмотрел. — А теперь знаю! Так что не нарывайся, крошка.

Ирина с рыком бросилась на него и принялась щекотать за пятки. Мы с Андреем попытались их разнять, но тоже оказались вовлечены во всеобщее веселье. Когда сил смеяться уже не было, мы разлеглись на прохладной траве и еще долго болтали обо всем и ни о чем. Хорошо еще Зюзя к нам в шуточной «борьбе» не присоединился. А то с такими зубками что-нибудь нечаянно откусить можно. Крокодил просто лежал у озера и улыбался. Правда, потом он подполз и включился в разговор, предварительно похвалив нас за «новую интересную игру». За разговорами мы не заметили, как на Египет опустилась ночь. Завтра должен быть трудный день, хождение по пустыне — отнюдь не простое дело, а мы рассчитывали к вечеру выйти из нее, поэтому было решено лечь спать пораньше. К тому же Зюзя уже посапывал, смешно подергивая лапками, и с нашей стороны было бы просто бесчеловечно будить его громкими репликами.

Встречали вы когда-нибудь рассвет в оазисе? Это чти-то потрясающее! Восходящее над горизонтом солнце постепенно освещает каждую травинку, отражаясь золотыми искорками в капельках росы. То тут, то там слышится пока еще негромкое щебетание птиц, мирно журчит ручеек. Природа просыпается медленно, неторопливо, сладко потягиваясь после сна.

Естественно, в такую погоду долго спать нам не захотелось, поэтому часов в семь утра мы уже плескались в озере. Потом, поболтав с Зюзей, мы не спеша позавтракали, сложили вещи; крокодильчик собрал нам в дорогу много всего съедобного. Настало время прощаться.

— Не забывайте меня, ладно?

— Ты что, Зюзя, конечно, не забудем. Больше того, мы постараемся сделать так, чтобы твой милый дом опять стал большим оазисом и у тебя появилось много новых друзей, — пообещали мы.

— У меня уже есть друзья — вы! Самые лучшие! От такого признания у нас на глазах выступили слезы. Мы обняли крокодила и, не оборачиваясь, пошли вперед, в пустыню, к заветной, но еще такой далекой цели. Все были полны сил и решимости и бодро шагали по золотому песку, без устали поднимаясь на высокие холмы. Хотелось просто взять в руки большую метлу и раз и навсегда вымести все зло из Египта. Здесь у нас появились друзья, которые нуждаются в нашей помощи, а значит, мы не имеем права останавливаться на полпути, не завершив начатое. Мы бесстрашно шагали вперед, гордо вскинув голову и сжав кулаки.

Часа через три энтузиазма у нас несколько поубавилось. Солнце жгло просто убийственно, а на пути не было ни одной самой захудалой пальмочки, чтобы хоть ненадолго укрыться. Мы шли, высунув языки, и мечтали только об одном — найти еще какой-нибудь оазис. Еще через час Ирина безапелляционно заявила: