Второе пришествие Воланда - Игорь Будков

прощения, – майор Буряк сделал под козырек. – У нас свой план, начнем с первого этажа.

– С первого? – удивилась бабушка. – Они же не работают ночью.

– Как знать, – отдал честь Рак. – Уборку помещения могут производить рано утром.

– Как знаете, – недовольно буркнула им вслед бабушка. – Я дома. Звоните.

Дверь за бабушкой захлопнулась, и у Василия зазвонил телефон. Он вздрогнул от неожиданности и тихо произнес:

– Фу, напугал!

Достал из кармана телефон – Вовка.

– Привет. Что, перемена?

Описав Вовке обстановку в подъезде как крайне напряженную, Василий спустился вслед за майорами и занял выжидательную позицию между первым и вторым этажами на подоконнике. Майорам долго не открывали, и у них появились сомнения в исправности кнопки вызова. Василий уже хотел дать рекомендацию пнуть дверь три или четыре раза, как послышался скрежет задвижки, и дверь открылась. Василий свесился через перила, на пороге стоял мужчина в белом халате. Вглядевшись в его лицо, Василий понял, что он его раньше не видел. Под ложечкой засосало. Ему явно не хватало опыта ведения уголовного расследования.

«И чему нас только в школе учат», – подумал он и затаился.

– Здравствуйте, – с иронией выдавил мужчина. – Почему с черного хода. Что вновь не так?

– Извините, – майор показал документы.

– Майор Рак.

– Майор Буряк, – вытянув руку, чтобы лучше был виден документ, Буряк продолжил: – Проводите нас к главному врачу.

– Я перед вами.

– Отлично, – Буряк убрал документ. – Сегодня ночью во дворе вашего дома произошло убийство, – и, глядя в глаза собеседнику, скороговоркой закончил: – Видели, не видели?

– Слышали, не слышали? – так же, скороговоркой, подхватил Рак.

– Знаете, не знаете? – Буряк.

– Помните, не помните? – Рак.

– Не видел, не слышал, ничего не знаю, – немного замешкался открывший, вспоминая последний вопрос, и закончил: – Ничего не помню.

– Кто сегодня пришел в консультацию раньше всех? – произнес Буряк.

– Я, – ответил главврач. – Пятнадцать минут назад. Пять минут назад пришла старшая медсестра. Я открывал ей дверь с главного входа, когда вы звонили с черного.

– Вы сегодня не работаете, – сообразил Рак. – Причина?

– Ваши коллеги из полиции вчера изъяли все документы и компьютеры, – главврач развел руки в стороны. – Обвинили в приписках. Нагнали ОМОН в касках с пистолетами и дубинками, – он перевел многозначительный взгляд с одного на другого. – У нас женская консультация. Беременные женщины. И тут вооруженная полиция. Командуют, никому не выходить. Беременных женщин из кабинетов выставили в коридор. Забрали компьютеры и уехали. Жду. Пытался звонить, узнать, когда вернут технику, телефон не отвечает.

- Да, – кивнул Рак. – Сегодня проблемы со связью, и не только у вас.

– Приписки, надо полагать, – произнес Буряк, – по материальной части: бинты, шприцы, одноразовые салфетки?

– Нет, что вы? – всем своим видом главврач показал недовольство и обиду. – Как можно так низко пасть? Это же воровство.

– Поясните? – спросил Рак.

– Приписки сроков беременности.

– Не помню, – мотнул головой Буряк.

– Не слышал, – добавил Рак. – Первый раз такое на моей памяти.

– Самое обидное, что мы ничего и не приписывали, – главврач переводил глаза с одного лица на другое в поиске поддержки. – Нас оговорили.

– Продолжайте.

– Понимаете, восемь месяцев назад у одного видного политика завязался роман с юной особой. Несколько дней назад она родила в срок здорового ребенка. Отец прекрасно умеет считать до девяти, и у него возник вопрос: «Роды своевременные?» Мы говорим: «Да». А она обвиняет нас в приписке ей одного месяца беременности. Считает, что родила восьмимесячного ребенка на фоне стресса.

– Стресса?

– Она попросила его купить ей остров в Средиземном море. Он сказал, что после родов. Она и родила. Очень хотелось на своем острове воспитывать ребенка.

Он еще раз обвел взглядом полицейских.

– Вот такие дела. Ко мне больше вопросов нет?

Василий запутался с количеством месяцев и так и не понял, почему изъяли компьютеры. Но покидать засаду не торопился, решил спросить потом у бабушки.

– Нет, спасибо.

– До свидания.

Василий на цыпочках по ступенькам поднялся на второй этаж, сзади слышались шаги, производимые ногами в форменной обуви. Он пошел выше, шаги остановились на втором этаже.

Мария Ивановна не в свойственной ей манере долго не открывала дверь. Майоры уже думали позвонить в соседнюю квартиру, когда дверь открылась.

– Заходите, – отодвинулась в сторону, чтобы пропустить гостей, Мария Ивановна.

– Нет, нет, – отмахнулся Буряк. – Совершенно нет времени. Давайте ближе к делу. Вы видели что-то или не видели?

– Слышали что-то или не слышали? – подключился Рак.

– Знаете что-либо или не знаете?

– Помните что-то странное или не помните?

– Я всё помню и всё знаю, – Мария Ивановна указала на папку. – Пишите.

Она перевела взгляд с одного майора на другого и начала:

– Главное, молодые люди, как труп мог самостоятельно выбраться из контейнера и покинуть помойку? – Она обвела их веселыми глазами. – А я вам скажу, – выдержала паузу в несколько секунд. – Он был живой.

– Кто он?

– Кто? – практически одновременно выкрикнули Рак и Буряк.

– Сожитель Любкин. С четвертого этажа, – Мария Ивановна ткнула пальцем вверх. – Она его прошлым летом пьяного взвалила на себя и вынесла во двор. Аккуратно положила на лавочку и ушла. Так могло быть и сейчас, но с досады на поломатую жизнь бросила его в контейнер. Всё. Николай Петрович скажет вам больше, он был на помойке и передал мне дежурство. Я ничего подозрительного не видела. Он живет аккурат над нами.

– Люба – сильная женщина, – сделал вывод Рак.

– Еще бы, – согласилась Мария Ивановна. – Спортсменка.

– Мы учтем вашу версию, – произнес на ходу к соседней квартире Буряк.

– Другие жильцы не вызывают у вас подозрений? – произнес Рак и шагнул вслед за Буряком

– Нет. Приличные люди, – спокойно ответила Мария Ивановна и тут же спохватилась. – Постойте. Как же я забыла. Ночью кто-то нес кого-то. Я еще подумала, что пьяные таскают друг друга.

– Очень интересно, – Рак шагнул обратно. – Почему вы решили, что пьяные?

– Один нес или спускал другого, держа под мышки, а другой волочил ноги по ступенькам, и они стучали. Буб-бум.

– Разглядеть не удалось? – из-за спины Рака произнес Буряк.

– Нет. Глазок мутный. Мужа прошу поменять, но он не спешит, – Мария Ивановна вздохнула. – Хороший глазок – половина расследования.

– Согласен, – закивал Рак.

– Будете спускаться,