Дмитрий Мансуров - Настоящие охотники за галлюцинациями

– Теперь можно смотреть, – объявила она.

– А теперь не на что, – возразил Макар, оставаясь стоять в прежнем положении. И охнул, когда с его головой столкнулся еще один справочник. – За что?

– За то, что ты дикарь неотесанный, вот ты кто! – укоризненно выпалила Наташа. – И, наконец-то, объясните мне, что здесь произошло?

– Погоди маленько, – Владислав приподнялся и с удивлением обнаружил, что не развалился на куски, как казалось в первый миг. Черти оказались грамотными бойцами – даже нос не разбили, но при этом изрядно намяли бока. Судя по болевым ощущениям, кости не сломаны, но синяки будут украшать тело не один десяток дней. Если они появятся, конечно – ведь ни у кого из пострадавших от головной боли не появились шишки после того, как черти настучали им сковородками по голове. – Теперь я понимаю, что чувствуют люди с большого бодуна.

– Да уж, – подтвердил Макар. – Один в один – ни уменьшить, ни прибавить.

– А где Геннадий? – опомнился Владислав. – Гена?! Ты жив?!

Из коридора до них донесся кашель коллеги.

– Стопроцентно утверждать не стану, – объявил Геннадий, – но местами еще жив.

– «Местами жив…», – повторил Макар. – Хорошая фраза.

– Как говорил когда-то Семен Альтов, – добавил Владислав. – «Частично скончался».

– Не-не-не! Не меняй формулировку, – запротестовал Геннадий. – Фраза «Местами жив» звучит оптимистичнее, знаете ли.

Он появился в дверном проеме, прислонился к косяку и округлившимися глазами осмотрел видоизмененный кабинет.

– Похоже, мне повезло больше вашего, – прокомментировал он. – Меня просто отпинали, а вас, как я вижу, скрутили в бараний рог. И, видя сверкающие глаза взбешенной Наташи, догадываюсь, что это сделала она.

– Ага, – подтвердил Макар. – Того и гляди, опять в кого-нибудь вцепится и всю душу растрясет, пытаясь разобраться в происходящем сумасшествии.

Наташа как бы невзначай выронила из рук еще один справочник и скрестила руки на груди. Макар вздрогнул, когда книга звучно упала на пол.

– Еще бы она не попыталась, – оправдывая лаборантку, сказал Владислав. Ему становилось все легче и легче. Он решил, что в этом и состоит особенность избивания чертями людей: пока их бьют, то больно. А когда бить перестают, то боль моментально уходит. А не моментально, так в скором времени, ведь почти все избавленные от чертей посетители утверждали, что боль ушла в первые же секунды. Самое позднее – около минуты. И это весьма важное открытие. Теперь, в случае нападения чертей – не дай, бог, конечно! – можно не бояться, что придется идти на больничный. Главное, чтобы черти не переборщили и не избили бы настолько, что свет покажется с овчинку, а потом и вовсе превратится в свет в конце тоннеля. – Представьте ситуацию: Наташа спокойно заканчивает работу и думает о том, как проведет сегодняшний вечер, как в ее кабинет неожиданно влетает троица психов. Они запихивают её в шкаф, перед этим нагло сорвав рабочий халат, а сами притворяются манекенами и не подают признаков жизни, пока кабинет вместе с остальной частью института крушат взбешенные невидимки. Конечно, ей захочется получить внятные объяснения насчет происходящего сумасшествия.

Геннадий доковылял к единственному целому стулу в кабинете и сел на него. В следующую секунду стул развалился, и Геннадий оказался лежачим на спине среди обломков.

– Твою… – рявкнул он и поперхнулся, проглотив окончание фразы. В другое время он не ограничился бы купированной версией ругательства, а выстроил бы поэтические рулады, но в этот раз высказать правду-матку прямым текстом помешало присутствие рассерженной девушки.

В кабинет заглянул коллега, на свою беду задержавшийся в институте. Помятый вид и осоловевшие глаза коллеги ясно давали понять: бедняга пережил одно из самых кошмарных потрясений в жизни.

– О, а вот еще одни страдальцы, – произнес он сочувственно. – Как вы?

– Хреново, – честно ответил Макар. Остальные подтвердили, и только Наташа ничего не сказала, но по ее взгляду и так было понятно: она крайне недовольна произошедшим.

– У меня аналогично, – признался коллега. – Вы не в курсе, из-за чего такой сыр-бор? Никто в институте не проводил засекреченных испытаний с хаотичным изменением мощности магнитного поля? Мощное оружие получилось – почище любого урагана будет.

– Сами хотим узнать, что к чему, – соврал Макар. Говорить правду даже ради смеха никто из посвященных в истинное положение дел не собирался: береженого бог бережет. – Слушай, если что новое узнаешь, сообщишь? Узнаем, кто тут нафизичил – голову ему открутим!

– Подозреваю, что это коллайдер запустили в режиме проверки, а у нас аукнулось, – предположил Геннадий.

Коллега согласно кивнул и ушел: если институт превратился в место побоища благодаря далекому заграничному коллайдеру, то ело плохо. Претензии никому не предъявишь: прямых доказательств нет, а домыслы в суде за чистую монету принимают исключительно в одном случае: если судья предлагает платные услуги по положительному решению вопроса. Но и тогда в институте не хватит никаких денег, чтобы заплатить положенную сумму. Создатели коллайдера с легкостью наберут денег на два или три порядка больше, всего лишь скинувшись по сто евро от каждого участника строительства и испытаний огромного прибора, и судья с легкостью докажет, что не запуск коллайдера стал фатальным для института, а специально устроенные в институте беспорядки аукнулись небольшими поломками в оборудовании коллайдера.

– Мы славно потрудились сегодня, – подвел Владислав итог содеянному, поднимаясь и стряхивая с костюма прилипшие мусоринки, – и получили за работу полный расчет. Теперь пора уносить ноги домой, к вкусному и горячему ужину, пока черти не вернулись и не вручили нам почетные посмертные грамоты…

– Одобряю! – поддержал Геннадий, отбрасывая обломки стула. Макар протянул ему руку, помогая встать. – В битве с чертями главное – соблюдать умеренность.

– Значит, вот чем вы занимаетесь… – поняла Наташа. – Если вы не сошли с ума, то вы сначала доводите чертей до чертячьей злобы, а потом берете удар на себя? Правильно?

– Ты в чем-то права… – согласился Владислав. – Сумасшедшие не могут заставить мебель ломаться саму по себе.

– Я тоже так думаю, – согласилась Наташа. – И если бы не видела своими глазами, как рушится мебель, то в жизни не поверила бы вашим словам. А зачем вы принимаете огонь на себя? Вы мазохисты? – на всякий случай переспросила она.

– Мы – ученые, не предусмотревшие подобных последствий, – уточнил Макар. – У нас сегодня первый день практических опытов, и о необходимости взятия ударов на себя мы до последнего момента не подозревали.

– Тоже мне, экзорцисты-любители! – заявила Наташа. – Надо было сначала книги почитать про это дело, а потом чертей за хвост дергать!

– Книги? – изумился Владислав. – Ты хочешь сказать, что существуют книги о правильном дергании чертей за хвост?!

Наташа засмеялась, разглядывая удивленные лица собеседников.

– Не совсем так. Есть книги по классификации и изгнанию злых духов, – охотно пояснила она. Её злость и испуг словно ветром сдуло. Теперь она прямо-таки светилась от любопытства. – Я вам принесу, у меня есть.

– Откуда?

– Увлекалась в детстве, – не стала скрывать лаборантка.

– Ни хрена себе, детское увлечение… – ужаснулся Владислав. – И насколько далеко ты зашла в изучении данного процесса?

Его больше всего интересовало, не видит ли Наташа чертей точно так же, как и он, но девушка поняла его вопрос по-своему. И не только она.

– Он хотел спросить, – перебил Владислава Макар, – не ведьма ли ты?

Лаборантка молча протянула руку к справочнику.

– Ладно, мужики, мне пора. До завтра! – заторопился Макар и пулей выскочил из кабинета. Справочник полетел следом, но ударился о стену и упал на пол.

– Наташа, успокойтесь, я вас умоляю, – попросил Владислав.

– Из принципа найду метлу, – пригрозила лаборантка, – и отхлестаю Макара за милую душу!

– Не сомневаюсь, – ответил Владислав, представив данный процесс во всей красе. Получался эпизод из серии: «если ты не поверишь, что я самая добрая и покладистая девушка в мире, то получишь по злобной и тупорылой харе моим раскаленным утюгом!» – Но давайте отложим это дело до лучших времен, а сейчас просто выйдем из института. Утро вечера мудренее, и я предлагаю обсудить наши проблемы и разногласия завтра утром. Сегодня произошло слишком много событий для моего перетрудившегося мозга… Я больше не в силах думать о чем-то, кроме отдыха и ужина.

– Не ты один, – уточнил Геннадий.

На том и порешили.

Глава 7

Первым, кто встретил Владислава дома, оказался давешний черт.

На этот раз Липсик пришел один, без брата, и сидел на трюмо, привычно покачивая ножками. Владислав вздрогнул, увидев зеленого знакомого: решил, что сейчас в родной квартире начнется финальное побоище. И как потом объяснить семье, что причиной кошмарного разгрома в квартире явилось доброе начинание в институте, связанное с избавлением страдающих от головной боли людей? Ведь заработанные на этом деле две с половиной тысячи рублей не покроют убытки и на сотую часть!