Лика Верх - Как достать ректора (СИ)

Ректор вмиг посерьезнел, глянул на меня, коварно усмехнулся, и как выдал:

— Знаете, мисс Зельсберг, мне Ваша учеба в Академии уже поперек горла стоит. Объясните Вашей великодушной родственнице, по какой причине Вы добиваетесь отчисления. Она, как я понял, ее не знает.

Теперь недобрый взгляд бабули обратился ко мне. Ушлый ректор, так Вы решили, да?

— Тогда объясните моей бабуле, чем Вы руководствовались, когда ставили условие «проведенная вместе ночь в обмен на отчисление».

Против этого ректор не нашел что возразить. А вот у бабули появилось достаточно аргументов для свершения правосудия над лордом фон Линером, который заметно побелел.

— Ничто не оправдывает Вас, многоуважаемый ректор, коль Вы смели предложить такое моей внученьке. — И достала один флакончик… Не имею понятия что там, какими свойствами обладает, и что вообще будет с ректором после этого.

Однако ушлый ректор мигом сообразил — дело пахнет керосином, и, вскинув руки, произнес:

— Даже у приговоренного к смертной казни есть последнее слово.

Смешно? Да, мы с Котэном смеялись хоть и тихо, зато долго и упорно. У меня даже слезы на глазах от смеха проступили… Представить только: ректор Академии Магии, маг Высшего порядка, стоит вскинув руки и просит последнее слово. Кому расскажи — не поверят.

Последнее слово очень эффектно произнесено. Ректор незаметно открыл кристалл связи, в котором уже мелькал до боли знакомый кабинет. Кабинет отца.

Мать-природа… Это он очень зря. Бабуля с папочкой не совсем ладят. А тут еще и ситуация… Ох, леший. Спасаться надо, срочно!

— Лорд фон Линер, у меня не так много времени… — Отец появился в поле зрения, а увидев грозно сверкающую глазами бабулю, и стоящего рядом ректора — осекся, помрачнел, и тоскливо так, — Вы уже и туда добрались…

Бабуля в долгу не осталась.

— Добралась, зятек, раз ты разобраться не можешь, почему твоя дочь, моя внученька, живет здесь как в борделе!

Ректор закашлялся. Я, собственно, тоже. Про бордель приукрасила, даже очень.

Отец побагровел, на ректора смотрит, тот на бабулю, бабуля на отца… А я вмешиваться не хочу. Чревато.

— А ну рассказывай, паршивец, — это бабуля к папочке обратилась, — зачем ты эльфа озабоченного прислал?!

Отец снова на ректора зыркнул, тот руками развел, мол, сами разбирайтесь, Ваши проблемы, в кресло сел и меня взглядом буравит-буравит, прямо дыру проделать хочет. А я ведь разговором увлечена, поэтому решила внимания не обращать.

— Я доверяю этому человеку, мама! — С нажимом проговорил отец.

— Он озабоченный эльф, сынок! — В тон ему ответила бабуля. — Он отшлепал мою внученьку, а это непозволительно!

Теперь отец побелел. А я же решила снова свое слово вставить:

— И еще он сказал, что у него на это есть полное право.

Бабуля побагровела.

— Ты что, ирод безрогий, нашу девочку этому поганцу со всеми правами вручил?! А может еще брачный контракт подписал, пакость ты эдакая?!

Отец молчать не стал.

— Учти, Владлена, я тебя завтра же замуж выдам! — Вот теперь я напряглась, и не только я, Котэн тоже. — Ему дети нужны, беременная ты никаким посланником не станешь!

— Я ни за кого не пойду против воли! — Подскочила, хотела продолжить тираду, бабуля остановила.

— Ты смеешь свет очей моих под пня дряхлого подложить? — Так сказала, что я обратно села… Все. Вот теперь полный Арамагекец пришел. Бабуля ипостась меняет…

Ректор прищурился, на отца смотрит, и холодно так:

— Владлена Зельсберг учится на факультете ведьм. Ведьм до двадцати лет замуж можно выдать только добровольно и никак иначе.

Теперь пришла очередь отца щуриться.

— Вы зачислили мою дочь на факультет ведьм?

— Именно так.

Бабуля одобрительно посмотрела на ректора, и, повернувшись к кристаллу связи, сказала:

— Я непременно загляну к вам в гости, зятек. — Бабуля начала остывать. — Ответишь за все лично передо мной! А ушастого озабоченного сегодня же отзовешь и чтобы я больше не слышала от своей внученьки, что какой-то мужик ее шлепает!

Отец зубы сжал, и уж было собрался ответить, как бабуля грозно:

— А теперь брысь отсюда!

Ректор закрыл кристалл связи, я откинулась на спинку дивана, и меня тут же потревожил Котэн тихим:

— Владленушка, а у вас в семье всегда так… общаются?

Со стороны все смотрится довольно удручающе, но бабуля с отцом никогда не ладили. Сколько себя помню, общение у них не обходится без «ирод безрогий», «паршивец» и «пакость эдакая», и все это только из уст бабули исходит. Папа злиться, бесится, но на личности никогда не переходит, ибо действительно может остаться безрогим.

— Ты не бойся, окружающих обычно не трогают.

Котэн нервно улыбнулся, и переключил внимание на бабулю с ректором.

— Конфликт исчерпан? — Лорд фон Линер миролюбиво улыбнулся.

Как исчерпан? Ничего не исчерпано!

— Минуточку! — Я подошла к бабуле, которая уже вернула человеческий вид. — Как это исчерпан? А Вы извиниться не хотите? — Брови ректора вверх поползли. — А кристалл памяти мне показать?

— Ах да, по поводу кристалла. — Ласково протянула бабуля. — Сегодня же предоставите Владочке, надеюсь, Вы не станете испытывать мое терпение.

Ректор глянул на меня своими янтарными очами с отблесками золота. А чего злиться то? Ничего сверхъестественного я у Вас не просила.

— И еще: узнаю, что применяете к Владочке подчинение — кастрирую. — И с такой заботой и лаской это было сказано… Не знай я бабулю, решила бы что она шутит так. А я знаю. Она не шутит.

— Я услышал Вас — Вы меня. Конфликт исчерпан? — Еще раз спросил ректор.

— Безусловно. — Ректор поцеловал любезно протянутую бабулей руку, та слегка склонила голову, мол, проблем больше нет, грациозно развернулась и направилась к выходу. Котэн с дивана спрыгнул, крошки от печенья стряхнул прямо на пушистый коврик, и к нам пристроился.

— Бабуль, — позвала я, когда мы вышли из кабинета, — может, расскажешь, какую пакость напоследок устроила?

Бабуля лукаво улыбнулась, и хитро так:

— Ничего особенного, капельки моего личного производства, «СТОПинтим» называются. — Котэн ахнул. Ох, мать-природа. Похоже, эльфийку я точно больше не увижу, и ректор тоже. — Сами действовать не перестанут, пока противоядие не получит.

Интересно…

— А как он его получит?

— А я ему записочку на столе оставила, через четыре дня он ее увидит, и к тебе придет, — и коварно добавила:

— Ты сразу не отдавай, пускай повыпрашивает, поумаляет, на коленях поползает… — Бабуля задумалась. — Хотя нет, на коленях ползать не будет, характер не тот. Да и умолять не будет… В общем, как решишь, что его проняло как следует — так и отдавай.

Жестоко, конечно, а с другой стороны у меня ведь теперь беспроигрышное оружие против ректора есть. Он ведь не хочет на всю жизнь импотентом остаться.

— Кстати, а как ты ему капли подсунула?

— Руку же он мне целовал, а я безжалостно этим воспользовалась…

Да, горжусь своей бабулей. Люблю ее безумно. Такой бабулечки больше ни у кого нет.

Остаток дня мы с бабулей провели вместе. Котэн, бабуля и я. Я продемонстрировала ей плюющиеся болота, она, как я и предполагала, оценила их по достоинству. Только посоветовала в следующий раз делать радиус воздействия побольше, чтобы увернуться было сложно. Про визжащую мадам я тоже рассказала, бабуля от души посмеялась. Однако не все было так гладко и позитивно.

На память моя прародительница никогда не жаловалась, а потому без труда вспомнила, что ректор прямым текстом сказал о моем желании отчислиться. Разумеется, бабуля принялась выяснять причину, а бабуле врать вообще нельзя, ибо это очень опасно во всех смыслах. Пришлось признаться ради чего мне отчислении и… И получить пару хороших подзатыльников. А рука у бабулечки тяжелая… Котэн тут же вписался, мол, я ей говорил, что не стоит отчисляться, и все прочее, за что бабуля его похвалила. Котэн Мурмяукович просто не захотел подзатыльников получить, за то что не отговорил меня, вот и подсуетился. Но я его сдавать не стала.

На прощание бабуля мне пламенную речь сказала: «Узнаю, что не оставила свои глупые попытки стать посланником — лично замуж выдам».

Я словам бабули вняла, но… но теперь дело принципа отчислиться из этой Академии. Тем более после «СТОПинтима» ректор меня живьем съест, а в таких условиях учиться восемь лет просто не реально. В общем, битва продолжается. А над посланником я еще подумаю… Может, бабуля права.

Кристалл памяти ректор мне так и не показал, да и я, собственно, к нему не наведывалась. У меня еще будет время, да и рычаг давления имеется очень действенный… В общем сразу после отхода бабули мы с Котэном отправились спать. Все-таки предыдущая ночь была неспокойной из-за отсутствия двери, плюс бабуля подняла рано утром… Дверь, кстати сказать, до сих пор в углу лежит. Благо моя комната единственная на последнем этаже башни, никто туда-сюда не ходит и в проем дверной не заглядывает. Но спокойней от этого не стало. Я ведь не знаю, отбыл уже эльф из Академии или еще нет. А вдруг наведаться на прощание решит? И вообще, если так подумать, то он легко отделался… Ректор вон временно импотентом стал, а он лишь по оному получил. Несправедливо, я считаю, ну да ладно. Бабуле видней.