УравноБешенный Эльф (СИ) - Юраш Кристина

- Сейчас пойду и укушусь твоей бабушкой, - улыбнулся эльфийская сколопендра, глядя на меня снисходительно. — И будем кровными родственниками! Давай не будем про древность рода, я тебя умоляю!

- Я не позволю, чтобы бабушка отравилась вами, - ответила я, гневно выглядывая из своего убежища.

- Ах, я это не переживу, моя дорогая, - заметил эльфйиская склопендра.

- Это с каких пор я — дорогая? — прищурилась я.

- Ты слишком дорого обходишься моим нервным клеткам, - заметил эльф, откинувшись в кресле и склонив голову на бок. В его руке очутился бокал с вином. И он пригубил его, утопив улыбку.

- Кто виноват, что они у вас такие бедные? - пожала плечами я.

- Хорошо, не буду ходить вокруг да около, - заметил эльфийская сколопендра. И на секунду задумался.

- Потому что ноги уже не те, что были в молодости! - злилась я, в надежде, что он отвернется. И я прошмыгну к двери.

- Я мог жениться на ком угодно, - произнес эльф, спокойно глядя на меня. — Но так получилось, что один очень влиятельный человек изъявил желание стать бессмертным. А поскольку ребенок человека и вампира хоть и обладает некоторыми особенностями, но не способен дать желаемое. Этот господин обратил свой взор на эльпиров. А вы — единственная, о ком достоверно известно.

Эльф помолчал, делая глоток из бокала. У меня по гортани потекла слюнка. Я не могу, когда пьют вино или вишневый сок. В этот момент, у меня что-то внутри начинает переворачиваться, и появляется странная жажда. Как будто губы пересыхают, трескаются, а сердце перестает биться. Я проверяла.

Эльфийская сколопендра играл вином, просвечивал его и улыбался, словно дразня меня. Я видела, как вино густо стекает по стенкам бокала.

- И ваш достопочтенный дед уже вел переговоры о вашей … как бы вам поизящней… свадьба или покупка? Впрочем, неважно. А я всего лишь перебил цену, - заметил голос, пока я задыхалась, глядя на вино.

Я стояла, не зная, что делать! Показываться мужчине в исподнем было неприлично. А уйти я не могла!

-  Вы меня любите? — спросила я, глядя на тонкую руку, которая сжимает хрустальную ножку бокала.

- Вы божественны, очаровательны, невыразимо прекрасны, как только я увидел вас, я был сражен, - произнес эльф, поднимая на меня глаза. — Вы это хотите услышать? Если да, то я вас разочарую. Я не люблю вас. И никогда не любил.

- Погодите, но на балу вы говорили, что влюбились по уши! - начала я, чувствуя, как внутри становится гадко-гадко. Да! Я не люблю его, да, я не хочу быть его женой. Но, мне стыдно признаться, я была уверена, что меня любят! Вот сказал он, а стыдно почему-то стало мне.

-  Я просто дождался, пока ваша драгоценная, дай боги кол ей в сердце, бабушка направиться на поиски принца. И решил подойти к вам. Я просто пытался запудрить голову наивной пятнадцатилетней девушке, - улыбнулся эльф.

- Мне бабушка не разрешает пользоваться косметикой. Поэтому свою пудру можете оставить при себе, - произнесла я, понимая, что находиться здесь не имею ни малейшего желания! — Отвернитесь и закройте глаза, чтобы я могла пройти к двери!

Я немного высунулась, прикидывая, сколько позорных шагов мне предстоит сделать.

 - И что же вас так смущает? — заметил эльф, снова опрокидывая в себя бокал и обводя кончиком пальца ободок.

- Вы раздеваете меня глазами, -  прошипела я.

- Вы меня рассекретили,  - усмехнулся эльфийская сколопендра. — В последнее время я стал слаб глазами. Все никак не могу справиться с застежкой вашего корсета!

- Как вы смеете такое говорить в присутствии приличной девушки! - гневно произнесла я.

- А где вы здесь видели приличную девушку? — осведомился эльф, посмотрев по сторонам.

Я гневно взглянула на эльфа.

И дернула занавеску, сорвав карниз. Обмотавшись в нее, как в одеяло, я направилась к выходу из комнаты. Перед тем, как открыть дверь и выйти, я не отказала себе в удовольствии обернуться и произнести.

- Понимаю, что приличные девушки так не поступают, - дрожащим от гнева голосом произнесла я. — Но где вы видели здесь приличную девушку?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глава одиннадцатая. Бессонница

Глава одиннадцатая. Бессонница

Сна не было ни в одном глазу. Меня почему-то пожирал жаркий стыд за то, что была уверена в чужой любви. Казалось, она мне не нужна! И я не собираюсь быть добропорядочной супругой! Но разочарование холодной водой, текущей за шиворот, прогнало остатки сна.

Одно дело, когда тебя взяли замуж исключительно по большой любви. Пылая страстью и изнемогая от любви, тебя насильно ведут под венец, чтобы потом упасть к твоим ногам и во всем признаться. И умолять о взаимном чувстве.  Отдать свое израненное сердце на милость твоего.

В глазах женщины почему-то это не самое страшное преступление. Самое страшное преступление в глазах женщины — нелюбовь к ней.

Бабушка не верит в любовь. Она выпила столько крови, но ни разу не чувствовала «у меня от любви закипает кровь».

Я решила сначала успокоиться. Бабушка знает меня слишком хорошо, поэтому поймет, что что-то не то. Я подошла к библиотеке, осторожно открыла дверь и зажгла волшебную свечу.

На полу лежали книги. Я осторожно посмотрела на рисунок тела, а потом увидела знакомое пятно на странице. Так это же наша книга! Моя любимая! Мы ее продали в том году! Как она здесь оказалась?

Я схватила ее в руки, вдохнула ее запах. Она все еще пахла сыростью нашего замка. Ритуалы проводить я не собиралась, а вот картинки посмотреть — с удовольствием.

Усевшись на стопку книг, я бережно взяла в руки книгу, листая ее и вспоминая нашу библиотеку с прохудившейся крышей и отпавшей мокрой фреской.

Вот! Моя любимая картинка! Какое-то чудовище, напоминающее рыбу и собаку, пытающуюся укусить себя за причиндалы, а на следующей странице будет косоглазый медведь! А вокруг текст на таинственном языке, который не знали ни я, ни бабушка.

- Неужели что-то понятно? — насмешливо спросил голос эльфийской сколопендры. Рядом с ним в воздухе парила стопка книг. По движению его руки, стопка разлетелась на места.

- Да, - гордо ответила я, чувствуя, как дрожит мой голос. — Абсолютно все понятно!

- И что же тебе понятно, о юное магическое дарование? — язвительно сколопендра, ползя ко мне поближе.

Я пыталась спрятать рукой картинку. Но не успела. На картинке невиданное чудище отгрызало себе что-то между задних лап.

- Эта картинка называется «Неверный муж! Или, не надо, дорогая, я сам!». Еще ее называют «Дорогой, я снова беременна! У нас восемнадцатый! Ты рад?»,  - ответила я, с вызовом глядя на сколопендру.

 Тот рассмеялся, а я обиделась и отвернулась.

— Но  на самом деле она называется  «бобер». А вы знали, что в древние века наивные люди верили в то, что мужская часть бобров обладает целебными и алхимическими свойствами? И когда их загоняли, по легенде бобры отгрызали себе «целебную вещь» и бросали в лицо охотникам со словами: «На, забирай! А теперь я буду учиться жить самочкой!», - послышался голос эльфа.

Я удивленно повернулась, с шелестом перелистывая сразу несколько страниц. Зачем он пришел! Пусть уходит!

 - Я вас сюда не звала! Не любите? Не любите в своем кабинете! Оставьте меня одну! — не выдержала я, видя, как эльф приближается ко мне. Я даже захлопнула книгу от злости, глядя на его улыбку.

- Надо же! Никогда не думал, что средневековые магические трактаты, которые я знаю наизусть, несут в себе скрытый смысл! — миролюбиво произнесла сколопендра, явно не собираясь уходить.  — Можно еще одну картинку? И я обещаю, что уйду.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Обещаете? — с подозрением спросила я, обдумывая предложение.

- Обещаю, - послышался голос сколопендры.

 Я сомневалась, стоит ли? А потом бросила украдкой недовольным взгляд на сияющее эльфа. И раскрыла книгу на первой попавшейся гравюре. На ней было нарисовано зеленое чудовище с грустными глазами и длинным хвостом. Из пасти у него торчало две человеческие ноги.