"Огниво" - Svetlana

искать выход в любой, даже самой безнадежной ситуации.

Молчаливо, они прощались с ней как с соратником, воином, который защищал и стремился спасти тех, кто доверил ему свои жизни.

Казалось даже лес присоединился к печальному молчанию людей. Внезапно стихли все звуки. Исчез легкий шелест ветра, пропали птичьи голоса и бормотание неведомого лесного народца.

— Лесная колдунья, — невольно подумал Волдемар. — Эжени была лесной колдуньей. Поэтому лес прощается с нею.

Внезапно небеса потемнели, как будто собиралась гроза.

— Надо быстрее уходить отсюда, — испуганно произнес эльфиец с шрамом на щеке. Именно он сейчас вёл всех через лес тайными путями волшебного народа. Парень выглядел молодо, как и все эльфийцы, только уродливая багровая полоса на лице невольно напоминала о недавнем прошлом. — Мы пока еще близко к цитадели.— Ты же сказал, что людей поблизости нет, — Крейн поднял голову, в упор глядя на говорившего. Глаза у наёмника слегка покраснели, но это можно было списать на усталость.— Люди? Людей нет. Нет никого вокруг на долгие мили, — тревожно забормотал нечто непонятное его собеседник. — Нет никого и ничего, кроме тьмы и пустоты. Пустоты и тьмы Всеведающей. Всё живое бежит из мест разрыва реальности, когда Госпожа раскладывает карты.— На месте рухнувшей цитадели, произошел такой разрыв? — Волдемар начал кое о чем догадываться.Эльфийцы торопливо закивали.

— Она, — вновь вступил в разговор седовласый обвиняюще указывая на тело гадалки покоящееся в руках Эрега.— Она посмела разрушить расклад Госпожи и вмешалась в реальность. Теперь, неисчислимые беды и горести падут на наш мир. Смерть за такое вмешательство — самое малое...— Пошел вон, — Эрег наконец заговорил, да так, что у Волдемара на душе полегчало. — Катись в своё племя и радуйся, что жив. Если бы Эжени не привела нас в эту "гнилую забегаловку", то тебя бы тут не было. А если бы она не сдвинула карты Госпожи, то не было бы и нас всех.— Безумец!! — жалко завопил седовласый, а остальные эльфийцы отпрянули от воина, будто святоши что узрели нечисть. — Безумец! Ты не смеешь так небрежно отзываться о Великой Госпоже. Лишь она ведает судьбами живущих и никто не вправе изменять её решения.— Фейери могут. — оборвал его истеричный выпад Эрег. — И мы сейчас идем к ним.— Да кто она такая, чтобы вставать между жизнью и смертью! А? Между жизнью и смертью? Кто она такая, чтобы сдвигать карты Госпожи! — его собеседник показывал дрожащим пальцем в сторону Эжени. — Кто ей позволил угрожать миру?— Ты слышал папаша? — не совсем вежливо вмешался Брай. — Вы свободны. Нам вы тоже уже помогли. Спасибо и низкий поклон. Так, что идите куда хотите. Тут сейчас опасно оставаться.— Этот баран, — Эрег кивнул в сторону разгневанного седовласого. — не желая того, сам пояснил, как спасти Эжени.— Она жива? — выдохнул Волдемар.Эрег кивнул.— Так, чего ж ты как истукан стоишь и молчишь, — враз оживился Крейн. — Может нам назад вернуться? Поближе к цитатели, а?— Ближе, для неё опасно. — Эрег посмотрел на стремительно темнеющее небо. Только что был яркий и светлый день. Теперь все окружающее быстро погружалось в плотную тьму.— Лучше бы ей умереть, — пробормотал седовласый, который никуда не ушел, а с остальными спасёнными стоял в сторонке. — Лучше бы ей умереть. Лучше для неё, самой. Лучше...В следующее мгновение мир погрузился во тьму.

Где-то в безвременье иного пространства Госпожа коснулась своих карт.

***************************

Продолжение следует.

(***) — гораздо позже менестрель поймёт, что перед ними развернулось чрезвычайно редкое явление. Происходила смена различных потоков Времени. Их неукротимая мощь и привела к смещению различных пластов реальности.

Глава 23. (Действие 32. Двойная реальность 2 часть)

"Душа сказала: " Я устала! " Вздохнуло сердце: "Не могу!" НАДЕЖДА тихо прошептала: "Я не забыла вас, бегу..."

Душа сказала: "Нет сил больше." Сказало сердце: "Это край .."

Но вера прошептала ночью: "Не уступай, не отступай!

Ты плачь душа, пока живая,

И, сердце, не молчи, стучи!

Идя по самому по краю

От жизни не теряй ключи!

Душа очнулась: "Постараюсь ". Сказало сердце: " Будет так..."

Вновь оживая, не сдаваясь,

Мы делаем упрямо шаг."

Ольга Овчарова

"В этом мире все находится не на своем месте, начиная с самого мира."

Эмиль Мишель Чоран

Эжени.

Я погружаюсь в вязкое, глухое пространство.

Там нет воздуха. И ничего нет кроме плотной, обволакивающей массы. Как же трудно дышать. Как будто огромный тяжелый камень положили на грудь, и он давит со всей своей силой, не давая сделать обычный вдох.

Я не хочу сопротивляться ему. Душа давно ушла бы за грань, но глупое, упрямое тело продолжало бороться. А память вновь оживляла горькое прошлое.

Передо мной яркий солнечный день. Я вижу как волокут истерзанных пытками, худых, почти голых людей. Мама! Мамочка. Мама. Моя мама.

Крик застыл не родившись, и солнце для меня погасло.

Навсегда.

Кричит и беснуется толпа, а смрад горящей плоти забивается в нос, глотку.

Теперь палач выкручивает мне руки. Но разве может сравниться боль тела с болью души.

Человека "не сломать", если его уже не существует. Ничего нет и ничего не осталось кроме комка ненависти на месте истерзанной стонущей души.

Отпусти меня глупое тело.

Прошу. Я не могу, не хочу тут быть.

Всё тает в густой темноте и я слышу голос, похожий на голос