Королевская стерва (СИ) - Матюлина Алла

- Я не могу-гу-гу больше с ней жить!

- Чем же Вам так не угодила собственная мать?

- Она-на только и делает, что позорит нашу-шу семью! Как обычная кухарка начинает готовить, когда-да ко мне приезжают-ют мои друзья. Лезет в мои личные отношения-я. А главное, не дает распоряжаться наследством от покойного отца-ца-ца! Которое мое по праву-ву-ву!

И что же там за мегера такая, которая не дает ни рупии сыну? Я сквозь ресницы оглядела графа Ринотти, что-то не выглядит он обнищавшим аристократом. Скорее наоборот. Карета с позолотой, запряженная породистыми лошадьми. На самом козлике изящный костюм тройка, который, впрочем, не может спрятать необъятное брюхо. А чего стоит массивный перстень, украшенный алмазом, величиной в мой глаз! Нет, что-то в этой истории не сходится. Тем более, если бы наследство было его по праву, вряд ли бы он обратился к услугам стервы. Скорее, обратился к дворцовому стряпчему, тот без проблем оформил все документы действующему наследнику. Но я не стала спорить со своим нанимателем, лишь напоследок уточнила.

- Моя задача?

- Моя мать должна жить отдельно.

Все. Договор подписан. Обратного пути нет. К моменту нашего приезда в графский особняк, я успела набросать несколько возможных типажей личности графини Ринотти. Сумасшедшая старуха, алчная женщина, авторитарная мать семейства. Но все мои предположения разбились в прах, когда мы с козликом вышли из кареты, а нам на встречу рванула она. Она – это божий одуванчик, который можно встретить очень редко на своем жизненном пути.

- Сынок, тебя не было три дня, где ты пропадал? Я так за тебя волновалась!

- Мать, я занят! – При обращении к графине, у козлика даже заикание прошло. А еще сжались кулаки и заходили желваки на скулах. Стесняется своей матери? Нет зрелища печальнее на свете, чем вид ребенка, который стыдится своих родителей. Пусть даже ребенку слегка за пятьдесят. И как прикажете мне с этим работать? Ей же лишнее слово не скажи, упадет с сердечным приступом!

- Прости, я…- Что там хотела сказать графиня, я так и не узнала, потому что ее отпрыск закатил глаза и, подхватив меня за локоть, пошел в дом, так и не дослушав свою родительницу.

- Теперь понимаете-те что жить в таких условиях нельзя-зя-зя? – Когда мы отстали от причитающей графини, он извиняюще развел руками.

- Еще как понимаю. Так жить действительно нельзя, - Я задумчиво оглядела имение, в которое мы зашли. Ремонт выглядит просто, но вместе с тем, со вкусом. Мебель дорогая, но не броская. А вот слуги…слуги вымуштрованные, но кланяются сыну графини не так уже и почтительно.

- Что там с обедом-ом?

- Все накрыто, - усатый дворецкий приглашающим жестом распахнул перед нами дверь гостиного зала, вот только в его глазах я успела заметить скрытый огонек ненависти, направленный на графа Ринотти. А еще, заодно, и на меня. А вот граф удивил, повел себя по-джентельменски. Сам выдвинул для меня стул, сам налил изысканного вина. Отвесил пару комплиментов. Вернусь во дворец, обязательно поведаю его высочеству о чудесных манерах козли…графа Ринотти. Пусть берет пример. Когда нам подали жаркое, к нам присоединилась графиня Ринноти. Глаза ее заплаканные и потухшие, а руки слегка трясутся. Кажется, теряю хватку. Иначе, почему бы мне вдруг стало совестно обманом заставлять старушку переезжать в дом умалишенных? Может и мне пора на покой? Наконец, пожилая женщина немного успокоилась и заняла положенное место во главе стола. И это явно не понравилось графу.

- Мать, нам нужно поговорить всем вместе, с тобой и баронессой Монтгомери. – Да, так меня еще не представляли. Не «позвольте Вам представить баронессу». Или хотя бы «Это Айлин Монтгомери». Слишком рано я записала графа в джентльмены.

- О, так вы…- в ее глазах я увидела столько неподдельного восторга, что на миг мне стало смешно. Я и это?!

- Нет, с чего ты взяла? – Ладно я не в восторге от перспективы быть невестой графа, но он чего носом крутит? Тем более, в карете его глаза постоянно были прикованы к моим губам. Ааа, понятно. Для него я недостаточно богата.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Жаль, я так надеялась увидеть внуков, - она огорченно сникла. Неужели даже не испугала возможность породниться с такой стервозиной, как я? А то, что я такая, как есть – у меня на лице написано. Ошибиться сложно.

- Опять ты лезешь не в свое дело! Мне еще рано об этом думать! – Лично я бы возразила, в его-то возрасте скоро уже будет поздно. И снова заикание графа как рукой сняло. Обстановка все напряженней и напряженней.

- А что это за изумительный запах доносится из кухни? – Обычно не в моих правилах делать жесты доброй воли, но хочется скорей покончить с этим спектаклем. Просто экономлю себе время, я не размякла.

- Ее стряпня, наверное-ое, - безразлично пожал плечами мой наниматель, а старушка  нервно закусила губу.

- Я могу отведать?

- Аарон, подай на стол мясной рулет, который я до этого готовила. – Графиня немного воспаряла духом и несмело мне улыбнулась. По ее распоряжению, слуга подал на общий стол это произведение искусства, и даже наложил мне кусочек. Как аппетитно! Так же вкусно, как и выглядит. В такие моменты всегда радуюсь, что все лишнее уходит в грудь.

- Это было потрясающе, - без преувеличения я поблагодарила зардевшуюся хозяйку имения. Вкус сочного рулета натолкнул меня на весьма занимательную идею. Когда столовые приборы были отложены, граф мрачно посмотрел на часы, графиня с опаской на меня, а я…Я первая вышла из-за стола и внесла свое предложение.

- Графиня Ринотти, где мы можем поговорить с Вами наедине?

- В моем кабинете, - после моих слов женщина ссутулилась еще больше и тяжело пошла на второй этаж. Граф вопросительно поднял брови, но я подала ему знак, что ему не придется в этом участвовать и все пройдет гладко. Стоило нам подняться в кабинет госпожи, как та ко мне обратилась первой:

- Мой сын хочет от меня избавиться? Вы пришли меня убить?

- А есть такая вероятность? – Мои брови непослушно поднялись в удивлении, хотя я и дала себе зарок держать на лице бесстрастную маску.

-Вероятность есть всегда, - женщина меня поистине удивила, жить под одной крышей с человеком, который на такое способен. Неужели это был бы его следующий шаг, если я не справлюсь? Нет, не могу лгать этой женщине, которая смотрит, не мигая, прямо на меня. Своими невозможно ясными глазами, видавшими боль и предательство. И при этом  все еще предпочитающая лицезреть в людях лучшее. Точнее могу. Могу, но не хочу ей врать. В конце концов, я главная королевская стерва, или кто? Делаю, что считаю нужным и не спрашиваю ни у кого разрешения.

- Он нанял меня для того, чтобы убедить Вас переехать в дом умалишенных. – С моим признанием старушка тяжело опустилась в свое кресло и закрыла руками лицо.

- Я знала, что ему нужен дом. Но мы с Лионом, так звали его отца, так старались не давать ему спуска. Давали деньги на развитие предпринимательства, а он все тратил. А теперь дом…Он продаст и его, но сначала распродаст их…

-Их, это кого? – Бессвязная речь меня порядком запутала. А еще утомила.

- Драгоценности. Фамильные драгоценности, спрятанные в этом поместье. Я так надеялась, что он изменится. Мы так старались с его отцом делать все для его блага...- Что же, видимо, перестарались. Иначе, с чего бы он вырос таким избалованным. – Он камня на камне не оставит, чтобы их найти. Это же драгоценности моей пра-пра-пра бабки, их никогда не продавали по частям…

- Если Вы все понимаете, почему же тогда не закроете свои двери для сына? – Лично я бы уже давно открестилась от такого сына. А еще добавила в свое завещание, что в случае моей ранней кончины ему ничего не причитается.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Ах, милочка…

-Меня зовут Айлин, с Милой не знакома, - я все же не удержалась от шпильки, но женщине было все равно.

-Айлин, меня зовут Криста. Во-первых, я всегда надеялась, что он изменится. Женится, остепенится, станет другим. Таким же, как и его отец, - при этих словах у нее с глаз скатилась слеза. Я уже говорила, что не переношу слезы?