Со мной не соскучишься! - Муращенко Станислава Ростиславовна

Я прислонилась спиной к дереву, закрыла глаза и расслабилась. Через несколько минут такой медитации я с удивлением заметила, что все равно ощущаю окружающих людей, как и в дни вампиризма, – по крайней мере я знала, если ко мне кто-то приближается. Странно, ведь по идее этого не должно уже быть? Но как бы то ни было приближение Реса не стало для меня неожиданностью, и встретила я его уже во «всеоружии», то есть закованная в ледяную броню под названием «ничего особенного не происходит».

– Ты что, все еще сердишься на меня за тот старый разговор на зимнем балу? – взял быка за рога Рес, прислонившись к дереву.

Я мотнула головой, стараясь не встречаться с ним глазами.

– Нет. Я на тебя не злюсь ни за это, ни за что другое. Правда.

Я попыталась ускользнуть обратно в замок, но Рес положил руку мне на плечо, заставив остановиться и повернуться к нему. Под моим пристальным взглядом маг убрал руку, но позволить мне увильнуть от разговора явно не собирался.

– Тогда в чем дело? – требовательно спросил он. – Мы же с тобой друзья, а ты меня просто избегаешь!

– В том-то и дело, что мы друзья, а выглядит это… – не выдержала я. – Эти твои розы… да и вообще…

Несколько мгновений Рес смотрел на меня с каким-то странным выражением, которое я могла классифицировать как непонимающее. А потом просто расхохотался! И что смешного я сказала? Я удивленно посмотрела на Реса, продолжающего неприлично веселиться.

– Лиерка, меня с детства учили, что если ты с девушкой идешь на бал, то лучше забудь дома голову, чем цветы! – отсмеявшись, пояснил он. – А ты подумала…

Я пристьгженно кивнула. Поддавшись порыву, я обняла Реса и чмокнула его в щеку. Теперь-то я могла это сделать без всяких опасений. Фух, будто гора с плеч свалилась! Тоже мне ведьма и бывшая вампирша! Какая уж тут ведьма, паникерша несчастная, подняла бурю в стакане! Если раньше я сомневалась в своих умственных способностях, то теперь не сомневаюсь. Не в чем мне сомневаться.

На мгновение мне почудилось чье-то чужое присутствие, мало похожее на кого-то из студентов, но ощущение очень быстро пропало, я не стала обращать на него внимания, в очередной раз обозвав себя паникершей.

Гвион шагал по вампирьему замку, в который раз проходя мимо какой-то статуи и успев распугать всех слуг. Настроение уверенно зашкалило за отметку «хуже некуда», а все этот мальчишка, будь он неладен! Если бы не необходимость почтительно именовать его Повелителем, Гвион высказал бы ему все, что думает о его выходках. Несколько дней назад смылся куда-то, небрежно засунув в рукав древнюю бумагу, передаваемую вампирами из поколения в поколение. Отсутствовал недолго, но вернулся злой как черт – в такой ярости бесстрастного обычно Повелителя Гвион ни разу не видел и видеть не хотел. Да и вид его не внушал доверия – бледный, да еще и следы крови на шее. Вампир, а точнее вампирка, которой Вайдер позволил бы прикоснуться к себе, была представлена в единственном рыжеволосом экземпляре и, насколько знал Гвион, находилась вне зоны доступа. Впрочем, для Повелителя нет ничего невозможного, к сожалению. Сегодня же Вайдер опять куда-то уезжал. То, что он уже вернулся, Гвион знал лишь по свидетельствам слуг, которым пришлось спешно шарахаться от расстроенного Вайдера и Снега, оставленного Вайдером вопреки обыкновению на попечение этих самых слуг. Причем этим довел бедняг кого до нервного срыва, кого до лекарей. А сейчас Вайдер умудрился снова скрыться где-то в необъятных просторах замка, совершенно не интересуясь тем, что Цхакгу внезапно приспичило увидеть сыночка, а претензии в случае чего предъявляться будут именно Гвиону.

После долгих безуспешных метаний по замку Гвион наконец-то вспомнил про вампирье чутье и попробовал поискать Вайдера с его помощью. Но лишь через добрые полчаса Гвион почувствовал отзвук знакомого присутствия в старой библиотеке. Популярным местом она не была, Вайдер вообще заглянул в нее от силы раза два, сделав пренебрежительное заключение, что до их домашней библиотеки здешней еще расти и расти.

Преодолев расстояние до обиталища книг в рекордно короткое время, Гвион собирался с порога начать гневную отповедь на тему «какого джинна… Повелитель». Но представшая его глазам картина заставила вампира застыть в дверях, просто не в силах пошевелиться, и начать предполагать, что он попал в какую-то параллельную реальность, которая ему совсем не нравилась.

За столом сидел Вайдер, смотря прямо перед собой пустым, отрешенным взглядом, а его товарищами в этом времяпрепровождении были полный стакан и три бутылки крепчайшего вина.

У вампира натурально отвисла челюсть, обнажив кончики длинных клыков.

– Ты это что творишь? – выдавил Гвион, не сумев за короткое время придумать менее дурацкий вопрос.

– Пытаюсь напиться, – честно ответил Вайдер, мазнув взглядом по Гвиону и снова отведя его куда-то к стеллажам с книгами.

– И долго пытаешься? – выдал еще один вопрос Гвион.

– Часа два, – последовал ответ.

Гвион нахмурился. Присмотревшись еще раз к бутылкам, он понял, что Вайдер не сделал и глотка. Что ж, если за два часа не напился, то уже и не напьется, подумал вампир. Но облегчение было кратковременным. Пустой взгляд желтых глаз Вайдера навевал тоску. Может, было бы лучше, если бы он все-таки напился…

Гвион вздохнул и уселся на стул напротив Вайдера. Последние полгода дали возможность вампиру узнать о своем бывшем ученике много нового. За предыдущие сто двадцать четыре года жизни Вайдер редко бывал самим собой. Но как только появилась Лиера, маска бесстрастности все чаще слетала с него, сменяясь обычными человеческими эмоциями: весельем, неловкостью, злостью, горем, яростью… Эта своенравная девчонка заставила Повелителя полюбить, почувствовать себя человеком. И причиной теперешнего плачевного состояния Вайдера тоже наверняка стала Лиера.

– Ты видел ее? – не выдержал Гвион, коснувшись темы, которой в последнее время пытался тактично избегать.

– Видел, – мрачно кивнул Вайдер. – Сделал человеком и избавил от своего навязчивого присутствия. А сейчас не выдержал и решил увидеть еще раз. Зря. – Вайдер криво усмехнулся, впервые посмотрев на Гвиона. – Она меня не любит. И никогда не любила. Воспользовалась первой же возможностью избавиться от меня и никогда не вспоминать.

– Но пророчество… – робко попробовал вставить Гвион, однако через секунду понял, что зря вообще открыл рот.

– Дерьмо это пророчество! – взорвался демон. Вскочив, он схватил со стола бутылку и с силой швырнул ее об стену. В алую лужу осыпались миллионы сверкающих осколков. – Если бы оно было правдой, то она любила бы меня, а не обнимала другого!

Вайдер опустился на стул, снова погрузившись в омут безразличия. «Лучше уж ярость», – невольно подумал Гвион.

– Что она со мной сделала… – прошептал Вайдер. – Я ведь был демоном, великим… меня боялись, хотели видеть на троне, множество демонов признавали мою власть… и что теперь? Я как обыкновенный человек… она меня не любит, а я никак не могу выбросить ее из головы! Кем она меня сделала…

– Она ведь любила Дейра, ты и сам знаешь, – попытался вклиниться Гвион.

– Но так и не смогла простить того, что я лгал ей, – равнодушно пожал плечами Вайдер. – Предсказание врало… иначе кровь связала бы нас, а не разлучила навсегда.

– Это было самое путаное предсказание за все время, – задумчиво ответил вампир. – Миллионы проверок, непонятностей, пресловутая лягушка-джинн… твой отец даже заставил тебя пустить стрелу, но все указывало на Лиеру. К тому же вы любили друг друга, разве не так?

– Вряд ли. – Вайдер махнул рукой. – Она ненавидела меня и всегда хотела вернуться к людям. А я, как идиот, влюбился в нее.

Гвион издал еще один протяжный вздох. Да, случай явно тяжелый. Утешать Повелителя вампиру пока не приходилось и приобретать новый опыт не особо хотелось.

– Ты ведь знаешь, что твой отец тоже был влюблен в ведьму, – сделал слабую попытку Гвион.