Светлана Жданова - Алауэн. История одного клана

Ознакомительный фрагмент

Время текло медленно и неторопливо. Да, на занятиях мы очень уставали, но бесконечный оптимизм Иаллин и ее безумная энергичность позволяли нам иногда неплохо развлекаться.

С приходом зимы не стало легче, но куда интереснее, многие уроки, связанные с физическими нагрузками, сдали свои позиции теории, занимательным лекциям, лабораторным работам и просто интересным занятиям.

Так однажды, после трех дней жуткой метели, во время завтрака, который проходил в общем зале, наша преподавательница гламора томно вздохнула:

— Так хочется цветов. Подснежников.

Эта дама приезжала к нам только на месяц, но успевала навести такого шороха, что всякий раз школа еще три месяца пытались успокоиться. Смотря на эту точеную фигурку и кукольное личико, наши парни истекали слюнями и все как один вздыхали от любви. Хотя нет, некромант со второго курса, Иниан кажется, интересовался этой особой с чисто познавательной стороны — походку там скопировать, тембр голоса. Он у нас вообще такой… неординарный. Так вот, поморочив голову всем, включая мужскую часть учительского состава, за исключением ректора, правда, в последний день своего пребывания эта стерва сняла с себя свой знаменитый гламор… и девушки возликовали! Преподавательница, кружащая головы, оказалась невысокой коренастой особой с довольно простеньким лицом, носиком пуговкой, едва ли не плоской грудью и редкими волосами, напоминающими воронье гнездо.

Зато мы узнали силу гламора.

Ну, а в тот день ученики дружно покрутили пальцем у виска и продолжили ковыряться вилками в омлете (у меня как всегда была двойная порция, и, судя по всему, с кусочком ветчины). Позже выяснилось, что это мы зря.

Вручив нам простейшие приспособления и зелья, весь поток первогодок погнали в лес за подснежниками, приговаривая: — Скажите спасибо, что не за ирисами и кувшинками!

О да, мы сказали! Да так, что снегири краснели полностью, а белки падали в обморок — такого сочного многоголосья мата этот лес еще не слыхивал.

Вообще заклинание пробуждения природы не такое сложное — просто нудное, и мы им редко пользуемся. Да и энергоемкое оно.

Под вечер, когда в сгущающейся темноте на территорию школы начали подтягиваться ученики, притащилась и я. Энергозапас у меня колоссальный для человека, но действенно им управлять я еще не умела, вот и перестаралась. В моей корзине кроме подснежников лежали дикие яблоки, ветка орешника, колокольчики, незабудки и другие цветы, а так же ёжик, возмущенный внеплановой побудкой. С трудом переползя границу, отмеченную магическим напряжением, я села прямо на свежий сугроб, понадеявшись на «авось и так найдут». Конечно, совершенно не подумав, что таких, как я, слишком много, и одну нерадивую ученицу могут просто пропустить. Хорошо хоть Алла вовремя забила тревогу, а Мальгольм меня быстро нашел и выкопал.

Ночью, после того как меня поставили на ноги, был новый разнос от Вилиантиэля и освобождение на целый день от занятий.

Сначала я этому обрадовалась, но потом поняла, насколько скучно одной в комнате, и очень расстроилась. Хорошо хоть после обеда пришла прогульщица Иаллин и начала меня развлекать разными историями. Мне как-то сразу вспомнилось обещание драконицы поведать историю их рода. Та особо не отпиралась.

— Родоначальниками нашего клана являются Диар и Теоденус. Они встретились более двух тысяч лет назад. Да-да, не удивляйся так, мы довольно молоды.

С учетом того, что в клане около сотни драконов, действительно есть чему удивиться. Подобное можно списать только на раннее развитие драконят. Если книги не врут, а я успела прочитать одну у Алки, якобы перед сном, то Алауэн становятся на крыло примерно лет в двадцать, тогда как истинные драконы не раньше пятидесяти.

— Диар была дочерью рыцаря благородных кровей и одной весьма ветреной девицы, — меж тем продолжила Иаллин. — Когда та поняла, что муж не способен обеспечить ей богатство и праздную жизнь, она подала на развод, даже не посмотрев на пятилетнюю малышку. Рыцарь не отчаялся, большую часть времени проводя в походах и подле своего сюзерена. Мать Диар повторно вышла замуж за крупного торговца. И вот лет эдак через пять — шесть по приезду рыцарь застает свою безмерно любимую дочь всю слезах и побоях — оказалось, что пьяный отчим домогался малышки, а получив отпор — избил. Отец не стал терпеть подобного обращения со своим ребенком. В итоге им с Диар пришлось срочно бежать из королевства. На новом месте им было лучше, рыцарь открыл свою школу мечников, Диар пошла в Академию магии. За месяц до выпуска девушки из Академии умер ее отец, сказались старые раны. Поэтому она сразу и не сообразила, куда ее посылают на время практики. Оказалось, какие-то бумаги благополучно перепутали, и Диар отослали в один из фортов Наездников Драконов.

Удивлению ее новых руководителей не было придела: — Как, девушка, Наездница? — Но делать было нечего, взяли и начали обучение, выдав одного из самых вредных и невыносимых драконов, какой только был — Теоденуса.

С ним ведь тоже не так все просто оказалось. Он очень молодым был, еще и пятисот лет не стукнуло. Горячий, язвительный, упрямый. Мать Теоденуса — дочь ведущего крыла и Хранительницы клана. А отец… изгнанный ледяной дракон.

Что случилось, точно не скажу, все, что мы знаем — его выгнали свои же. Он прилетел в земли горных драконов, где ледяного приняли пусть не с восторгами, но с добром. Прекрасная Одени» Тиа» Гелья осенила изгнанника своей любовью, результатом которой и стал Теоденус. Кстати это его неполное и сильно переделанное имя Теге» Одени» Нусуи, и это в сильно укороченном варианте. Так вот, через какое-то время изгнаннику пришла весть от клана ледяных — они были готовы его простить и принять назад. Тогда этот индивид мужского пола, бросив жену и едва вылупившегося сына, со всех крыльев ринулся в свои Снежные пустыни. Его пытались остановить и вразумить, но он никого не желал слушать и, ранив ведущего крыла, умчался прочь. Больше ледяного никто не видел. Теоденус же так навечно и остался ребенком «того ледяного сердца».

В общим, встреча Диар и Теоденуса не была воспета в балладах — они друг другу нагрубили и пообещали недолгую жизнь. В итоге же лет пять считались лучшей парой «Дракон-Наездник». Понимаешь, есть такая особенность — со временем эти пары практически срастаются на магическом уровне, у них связывается сознание, чувства. И подчиненным в такой связи выступает человек, как более слабый и подготовленный ментально. Именно поэтому они редко обзаводятся семьей, дракон для них дороже.

А у Диар к тому же был несносный характер и рефлекс отвечать на любую попытку мужчины приблизиться к ней хуком справа.

Переломный момент наступил во время одного из рейдов: эта парочка забралась туда, куда не надо, и побеспокоила одну очень старую колдунью. Та и прокляла их, сказав, что «Один оборот, два сердца в клочья». На следующее утро Диар проснулась не со своим другом-драконом, а в обнимку с красавцем мужчиной. Когда стало понятно, что блондинчик этот Теоденус, девушку еле в сознание привели.

Вот такие шуточки у старой ведьмы.

Но мужчина вышел выше всяких похвал — эльфийки засматривались. Высокий, сильный, с золотыми волосами (Диар еще долго фыркала по этому поводу, видите ли не любит она блондинов), с глазами цвета черненного серебра, в общем, эротическая мечта любой женщины.

Почему эротическая? А в каком виде ты думала он впервые перед Диар предстал?

В общем, подумали они и решили колдунью найти, а, не найдя, бросились на поиск другого средства.

Полгода бывший дракон и магичка по королевствам мотались, и все это время Теоденус со своей напарницы глаз не сводил. Ведь для дракона приход любви — это вспышка, которая застилает глаза и которую невозможно пропустить или проигнорировать. Ну, а Диар как будто не замечала, друг он и есть друг.

Долго ли это продолжалось, сказать не могу, Теоденус терпеливый очень, все же дракон. Но однажды на их пути повстречался один эльф. Красивый, просто сказка. И очень заносчивый, надо признать. Диар тогда впервые влюбилась, долго за ним ходила, обаять пыталась. Но ничего у нее не получилось, эльф только развлекался. А когда после совместно проведенной ночи порвал с ней все отношения, высказав пару не самых лестных слов, не выдержал уже Теоденус. Он и так весь измучился, смотря на симпатию своей возлюбленной, когда же та оказалась столь несчастной — вызвал соперника на дуэль.

И неизвестно чем бы дело закончилось, но именно в этот момент Диар поняла, кто ей дороже.

…а через пять дней проснулась не в объятьях любимого, а рядом с золотым драконом. Оборот закончился, разбив сердца обоим — Диар и Теоденусу.

— И он остался драконом? — посмотрела я в глаза подруги.

— Да. — Алла выдержала долгую паузу. — На долгих три года, пока Диар искала способ быть с любимым. Как она это сделала — не спрашивай. Это тайна, скрытая даже от нас, ее потомков.