Елена Никитина - Баба-яга Бессмертная

– А теперь тебе лучше спрятаться, – шепнула я мальчишке, свешиваясь с седла и продолжая ухмыляться. – А то господин советник сегодня не в лучшем расположении духа. У него день слишком… трудный выдался. Забодало его все.

Сенька понимающе муркнул.

Пастушок открыл рот от удивления и еле заметно кивнул в сторону Александра, не забыв вытаращить глаза:

– А это сам князь, что ли?

Его догадливости можно было позавидовать. Уважаю.

Я кивнула, а мальчишка уже слился со стадом. Только высоко торчащая хворостина маячком покачивалась над пятнистыми спинами. Не узнал бедный ребенок сразу Кащея Бессмертного, что поделаешь.

– Что ты ему сказала? – полюбопытствовал Александр, когда мы выбрались из стада буренок и взяли курс на обиженного на весь белый свет Виктора, поджидавшего нас на углу улицы и с откровенной ненавистью посматривавшего на коров. Вот интересно, на мясо эта ненависть тоже будет распространяться или как?

– Ничего особенного, – беспечно пожала плечами я. – Просто предупредила, что сегодня у советника настроение не располагает к общению с рогатыми представителями животного мира и всеми, кто с ними хоть как-то связан. Мальчик оказался понятливым и решил не искушать судьбу.

Александр хмыкнул и обернулся на стадо. Пастушка видно нигде не было. Качественно спрятался.

– Да уж, Виктору сегодня и впрямь не везет.

– Как ужу на сковородке, – добавил Сенька.

Князь весело рассмеялся:

– Потрясающее сравнение.

Мы поравнялись с надутым советником, стараясь изо всех сил сохранять на лицах маску серьезности и хотя бы видимость небольшого сочувствия. Однако нас быстро раскусили.

– Смешно вам? – сквозь зубы рыкнул Виктор, пронизывающе глядя на нас своими темными глазами, в данный момент просто излучавшими смертоносные стрелы.

– Нет, ну что ты… – широко улыбаясь, принялся было уверять его князь, но актер из него не получился. Он спрятал лицо в ладонях и беззвучно предавался истерическому хохоту. Наверное, ужа представил.

– Битый небитого везет, – сквозь смех выдал князь.

Быстро же он у меня всякой гадости нахватался. Это заразно, что ли?

Виктор обиделся окончательно. Он молча развернул коня и, не глядя вообще больше в нашу сторону, направился к дому местного старейшины, который, как и в предыдущей деревне, выделялся среди остальных домов по величине. Не ошибешься в случае чего.

Мы последовали за невезучим советником на некотором расстоянии, безуспешно пытаясь успокоиться и прекратить смеяться. Это пришлось делать еще и потому, что, чем ближе к центру деревни мы подъезжали, тем чаще нам стали попадаться люди. Сомневаюсь, что согнувшийся пополам от смеха правитель будет признан нормальным.

Я в очередной раз подивилась совершенно спокойному отношению местных жителей к появлению своего правителя. С ним вежливо здоровались, кланялись и… спешили по своим делам. Такое впечатление, что не сам князь и Кащей Бессмертный приехал, а всего лишь сосед в гости заглянул. Его появлению не удивлялись и не устраивали из этого событие. В смысле того, что розовых лепестков под ноги ему никто не бросал, хлеб-соль не выносил и от страха перед нежданно нагрянувшей властью в обморок не падал.

– Слушай, – не выдержала я, обратившись к Александру, когда мы подъезжали к дому старейшины, – ты так запросто со всеми общаешься. И тебя никто не боится. Почему?

Виктор безуспешно пытался спрятать улыбку, но я ее все-таки заметила.

– И что смешного я сказала?

Виктор отвернулся, но его злорадный оскал я видела даже из-за ушей. Нет, он прекратит когда-нибудь надо мной так загадочно издеваться?

– Алена, – князь тоже заулыбался, – ты считаешь меня чудовищем, которого должны все бояться и падать ниц от одного моего вида? Или я должен предупреждать о своем появлении громом, молниями и сметанием всего на своем пути? Нет, ну я могу, конечно…

Я смутилась. Вот опять меня не так поняли.

– Просто… В Расстании все по-другому, – попыталась я объяснить.

– А мы не в Расстании, – достаточно резко сказал Александр. – Привыкай к этому. И я не считаю, что люди, которые живут в моей стране, должны испытывать неудобства, если мне приспичит нанести визит в их деревню или просто проезжать мимо. Зачем? Я же точно такой человек, как и они, и каждый должен заниматься своим делом. Для чего вся эта дешевая мишура? Я не нуждаюсь в поклонении и воздавании почестей, словно идол какой-то, это неприятно. Мне по крайней мере.

Заметила уже. И именно это мне в нем больше всего и нравится. Даже слишком.

ГЛАВА 5

К вечеру четвертого дня пути мы наконец-то приблизились к конечной цели нашего путешествия.

Из-за поворота неожиданно показались стены замка, а еще через несколько минут он величественно предстал перед нашим взором во всем своем великолепии. Если честно, то со стороны я рассматривала замок впервые. С высоты во время полета на метле и при поспешном бегстве мне было не до его красот, архитектура тогда меня волновала меньше всего. Сейчас же я наслаждалась поистине великолепным зрелищем. Темная громада будто двигалась нам навстречу, скалясь зубцами башен и внимательно глядя провалами окон. Он был живой. По крайней мере, мне так показалось. Каждый камень, каждая дощечка здесь дышала, жила, существовала. Замок мог пустить гостя, приласкать, нежно вобрать в себя, а мог и отвергнуть, выплюнуть, раздавить. Что это? Очередная особенность магии Трехгории или опять мое больное воображение расшалилось? И неужели это теперь будет моим домом? Как он примет меня?

Я так засмотрелась, пытаясь унять неожиданную трепетную дрожь, что не сразу заметила, как отстала от своих спутников.

– Алена, в чем дело? – вывел меня из задумчивого созерцания Александр, когда моя лошадь почти врезалась в Стража. – Ты увидела привидение?

Я потрясла головой, чтобы отогнать прямо-таки навязчивое наваждение, и повернулась к нему. Как бы это получше спросить? Не засмеял бы, а то скажет, что у меня опять с головой проблемы.

– Александр! – Мой голос все-таки предательски дрогнул. – Мне кажется или замок правда живой?

Вопреки ожиданиям смеха в ответ я не услышала, даже от Виктора с Сенькой, которые скромно отъехали в сторонку, чтобы не мешать нашей разъяснительной беседе. С чего бы они стали вдруг такими деликатными?

– Я рад, что ты наконец это заметила, – совершенно серьезно ответил князь. – Мой замок не просто живой, он – самостоятельное существо, умеющее чувствовать, сопереживать, защищать. Это самое надежное и безопасное место в Трехгории. Даже если все вокруг рухнет в преисподнюю, он будет стоять как скала, до последнего вздоха своего хозяина.

– Но как же так?… – потрясенно выговорила я, еще не до конца поверив, что моя догадка оказалась настолько верной. – Я раньше ничего такого не замечала…

– Потому что раньше ты была для него чужой. Хотя я до сих пор не понимаю, как вы с Елисеем смогли попасть внутрь. Замок свято хранит верность своему хозяину и не пустит внутрь никого постороннего без разрешения.

Я тоже этого не понимала и теперь изучала родовое гнездо Кащеев Бессмертных с гораздо большим интересом и чуть ли не благоговейным трепетом.

– Так вот почему моя магия действовала лишь выборочно, – догадалась я.

– Конечно, – усмехнулся Александр. – А ты думала? И не только твоя.

Теперь, по крайней мере, на многое пролился свет. И как Кащей спокойно проходил через все мои преграды, и почему он не выпускал меня из замка, и почему он вообще мало пользуется магией. Сколько же силы вложено в эту каменную махину?

– Как он может защищать и чувствовать – это я еще в состоянии осмыслить, – высказала я вслух очередную мысль. – Но как он может сопереживать?

– Когда погибли мои родители, стены замка плакали, он долго не мог смириться с потерей своих хозяев, – тихо сказал Александр. – У него есть душа, помни об этом.

Вряд ли я теперь забуду такое.

– Эй, вы скоро там? – донесся до нас нетерпеливый голос Виктора. – Времени поговорить, что ли, не будет больше? Есть же хочется.

– Да, да, – поддержал его Сенька.

А сами говорят, что я обжора. Я еще даже проголодаться не успела. Да и какая может быть еда, когда передо мной открываются такие великие тайны.

– Едем, – кивнул мне князь, и я нехотя тронула поводья. – Только не очень заморачивайся на этом, а то я тебя знаю.

Легко сказать – не заморачивайся. Жить во внутренностях практически живого существа… Прям как паразиты какие. Брр… Ужас!

– Алена… – через некоторое время тронул меня за руку князь. – Я сказал – не заморачивайся. Расслабься. Прими это просто как информацию.

Неужели у меня все на лице так ясно написано? Судя по ухмыляющемуся лицу Виктора – точно. Интересно, а как он сам отреагировал на такое же заявление, когда только приехал в Трехгорию? Или он, как простой человек, не понимает этого? Надо будет спросить при случае.