Охота на обаятельного дознавателя (СИ) - Дюжева Маргарита

И тут, в довершение ко всему мне прилетела тапка. С размаху и прямо по макушке, так что я от неожиданности уткнулась носом в пол.

Это Эдвард запустил в меня, устав слушать вопли несчастного морана.

— Ну, наконец-то! Заткнулась, — улыбнулся поганец и снова погрузился в чтение.

А я лежала на полу и глотала горькие слезы.

Вот за что мне все это? Я просто хотела распутать дело и проявить себя перед королем.

Честер молча поднялся с кресла и направился ко мне, попутно отвесив смачный подзатыльник сыну.

— За что? — обиженно возмутился тот, — она меня раздражала.

— Так нельзя, — дознаватель подошел и взял меня на руки, — ей просто страшно и одиноко. Вот и плачет.

— Плачет она, — проворчал Эдвард, — надо же какая трагедия.

— Ну что, морда? Тяжко? — Честер развернул меня к себе и почесал за ухом. Я продолжала жалобно попискивать. Почему-то от его жалости стало совсем грустно.

— Что ты с ней возишься? Выкини и все.

— Я тебя сейчас выкину, — грозно припечатал Кьярри, и посмотрел на своего нахального отпрыска так, что тот заткнулся. Стиснул зубы так сильно, что на юношеских щеках пятнами проступил злой румянец. Честер перехватил меня поудобнее и вернулся в кресло. — Эх ты, лапы-то какие холодные. Просто лед!

И прежде, чем я успела хотя бы крякнуть, запихал меня к себе за пазуху.

О. Мой. Бог…

Это что? Волосатая грудь верховного дознавателя?! А это…это сосок?!

Я даже реветь перестала. Забарахталась, пытаясь выбраться на волю, но безуспешно. Он просто прижал меня сильнее.

— Сиди уж там, не дергайся, пока я добрый, — и ручищей своей придавил так, что я носом уткнулась в густую поросль, — грейся.

Докрякалась…

Глава 5

— Сколько можно ждать? — глухой голос прозвучал тихо, но от этого не менее угрожающе.

— Простите, мы делаем все, что возможно. Но нужно больше материала, — слуга трусливо приседал и подобострастно улыбался, всем своим видам демонстрируя щенячью преданность.

— Еще больше?

— Д…да. Разного. Нам надо прощупать все магические каналы, настроить их…

— Сколько можно настраивать?! Ты обещал, что все будет готово за месяц.

— Извините, — старик испуганно сжался, — непредвиденные обстоятельства. Все оказалось не так-то просто.

— Довольно. Ты знаешь с кем связаться. Пусть достанет графики патрулей и схемы защитных переходов.

— Да. Конечно, — очередной вежливый поклон до самого пола, и слуга шмыгнул за дверь.

***

Пока все модницы и красавицы двора воевали друг с другом за внимание Честера Кьярри, мне удалось добраться до самого ценного — до дознавательсткого тела. Грудь у него была выдающаяся. Широкая, рельефная. И живот тоже выдающийся, с ярко выраженными порожками пресса. Смуглая кожа, к которой хотелось прикасаться пусть даже и морановскими непутевыми лапками. Что я, собственно говоря, и сделала: облапала его, как могла.

А как он пах! Тот самый мужской запах, от которого голова кругом и по венам истома. Ведьма во мне ликовала и млела от восторга.

Я согрелась, успокоилась, но вылезать на спешила. Напротив, распласталась у него на груди, всеми лапами обхватила и блаженно прикрыла глаза, слушая размеренные удары сильного сердца. Хо-ро-шо! Ради такого даже можно было потерпеть все эти мучения.

— А вот и Стеф пожаловал, — задумчиво произнес Кьярри, когда раздался гулкий звонок во входную дверь, — иди открой.

— А что сразу я? — возмутился Эдвард.

— Ну не я же, — пожал плечами дознаватель. Я сползла ниже, недовольно крякнула и снова забралась на кустистую мужскую грудь. Сегодня я отсюда никуда не пойду!

— У нас слуги есть! Пусть отрабатывают.

— Встал и пошел встречать своего дядю! — стальным голосом произнес глава семейства, не отрываясь от газеты.

Наглому юнцу не оставалось ничего иного, кроме как подчиниться. Он с чувством откинул книгу в сторону, вскочил на ноги и ушел.

— Ура. Дядя Стеф приехал, — прозвенел радостный вопль Лилу через пару минут.

— Привет, кнопка, — раздался незнакомый голос, — смотри, что я тебе привез.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Шорох бумажных пакетов, сдавленный писк, визг, восторг и топот детских ног вверх по лестнице — мелкая потащила добычу в свою комнату. Эдвард явно затаил обиду на сурового отца, поэтому в гостиную больше не вернулся, зато туда ворвался новый персонаж. В просвет между пуговицами мне удалось рассмотреть молодого высокого мужчину, чем-то неуловимо похожего на Кьярри.

— Кто-то настолько обленился, что даже не может встать с кресла, чтобы поприветствовать собственного младшего брата? — усмехнулся он, подойдя ближе.

Мужчины обменялись крепким рукопожатием, и еще один Кьярри пристроился на соседнем кресле. Я исподтишка наблюдала за тем, как он блаженно вытянул длинные ноги, откинулся на спинку, устало потер лицо рукам.

— Как прошла неделя? — поинтересовался Честер, все так же листая газету.

— Не спрашивай. Хочу в отпуск. На месяц, а еще лучше на год, — отмахнулся Стеф, — надоели мне все эти игры.

— Сам вызвался. Никто не заставлял.

Младший из братьев Кьярри досадливо крякнул.

— Я был молод, глуп и отважен.

— Ты и сейчас не особо умен.

— Спасибо. Спасибо, дорогой брат. Чтобы я без тебя делал.

Я продолжала его рассматривать, находя все больше и больше сходства со старшим братом. Вроде разные, но порода одна — сильные мужчины с крепким стержнем внутри. Он не бросается в глаза, не выпячивается специально, его чувствуешь, кожей, женским сердцем, ведьмовским чутьем.

— Что ты опять принес Лилу? — Честер, наконец, отложил газету и посмотрел на брата.

— Куклу.

— Зря ты ее балуешь. Скоро сядет на шею и ноги свесит.

— Не тебе меня учить, как с племянниками общаться. Что хочу, то и дарю, — тут Стеф заметил мои телодвижения и нахмурился, — что у тебя там?

— Где?

— Под рубашкой.

— Ах, это, — Кьярри расстегнул верхнюю пуговицу, отогнул ворот и приподнял меня, показывая брату.

— Моран, — хмыкнул тот, — ты нашел себе зверюшку по душе.

— Жалко стало, — Честер почесал меня за ухом, как домашнюю кошку.

Стеф тоже ко мне лапу свою потянул, в ответ я зубами щелкнула и юркнула обратно под рубашку.

— Осваивается?

— С переменным успехом. То не жрет ничего, то вопит на весь дом.

— А дети как?

— Лилу, конечно, в восторге. Назвала ее Пусей. Ванесса спокойно отнеслась, а Эдвард шпыняет бедолагу.

— Он сегодня хмурый.

— Он обнаглевший. Дождется, я все-таки отправлю его в академию.

— Суров папаша-то, ой суров.

— Да я такой, — самодовольно улыбнулся Честер.

Вот позер!

— Только бедных зверюшек жалеешь.

— А как ее не жалеть? Маленькая, беспомощная, бестолковая, как пробка.

Ах, так! Бестолковая, как пробка, значит? Я тебе сейчас мигом газон прорежу, раз такой умный.

Схватила зубами пучок волос, да дернула изо всех сил.

— Ёп…, — он дернулся и рывком достал меня из-за пазухи.

— Тяпнула?

— Нет. Клок волос выдрала, поганка! — он держал меня за шкирку и сердито смотрел на то, как я отплевываюсь от его кудрей.

— Гнездо решила свить, — засмеялся Стефан, — дай-ка сюда. Хоть потискаю.

Я замахала лапами, пытаясь убежать от второго Кьярри, но тот бесцеремонно забрал меня из рук брата и, взяв под лапы, покрутил туда-сюда, рассматривая со всех сторон.

Мне в ответ оставалось только рассматривать его самого. Молодой, бойкий, пахнет тоже вкусно, а еще у него чертовски красивые глаза. Зеленые с темной каемочкой

Я даже залюбовалась, но внутри зазвенел тревожный колокольчик.

***

— Ладно, — он опустил меня на пол, — беги от сюда, жужелица.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Бежать я и не подумала. Вместо этого бесцеремонно залезла обратно к нему на колени, встала на задние лапки, уперлась передними в широченные плечи и снова заглянула в глаза.

— Ты ей понравился, — насмешливо подметил Честер, — можешь забрать себе.