Владимир Пучков - На службе у Кощея

– Ну как, нравятся? — спросил Яромир, подходя ближе. Жухрай остолбенел. Его рот приоткрылся, и тоненькая ниточка слюны вытекла на пол.

– Вот видишь, чужое богатство с ума сводит! — назидательно сказал богатырь.

– Нет, нет, нет! — залепетал хозяин постоялого двора. — Вы меня опять не так поняли. Я... я всего лишь хотел прибрать это, сложить аккуратно, чтобы не украли! — Жухрай задрожал, будто в приступе тропической лихорадки.

– Молодец, — похвалил Яромир. — А теперь все сложи обратно в сумку. Хозяин пришел. Сложил? Молодец! Наклони-ка голову.

– Нет, нет... — затрепетал Жухрай.

– Наклони, кому сказал, — рассердился богатырь, — иначе пришибу, как блоху!

– А если я наклоню, что будет? — засомневался Жухрай.

– Хорошо будет. Тебе понравится. Обещаю!

Жухрай вздохнул, наклонил голову, и в тот же момент Яромир опустил кулак на плоское темя.

На какое-то мгновение хозяин окаменел. Его глаза обессмыслились, лицо обмякло, и по нему разлилась блаженнейшая улыбка.

– Что это с ним? — ахнула Наська, присев от удивления.

– Ничего особенного, — ответил Яромир, вытирая кулак. Уж больно противной оказалась хозяйская потная лысина. — Дураком я его сделал. Балбесом. А то больно шустрый да хитрый.

– Гулям мисюсю? — спросил вдруг Жухрай, задирая голову и пуская пузыри, словно младенец. — Бурлиль сикока?

– Сикока надо, ситока и будет, — передразнил его Яромир.

– Он что, таким и останется? — ужаснулась Наська. — Как это ты его?

– Это дело тонкое, — заважничал Яромир. — Чтобы дураком сделать и ухитриться не убить. Есть одно место, куда стоит только щелкнуть... Меня этому один приятель научил. Балда. Он у нас одно время любил такие шутки шутить. У него полдеревни в дураках бегало!

– Глюм? — неведомо чему обрадовался Жухрай и залился счастливым смехом. — Люля кисяй!

– Что же мне делать теперь, несчастной?! — заломила руки Наська. — Мало, что в детстве украли, как козу, так теперь без куска хлеба оставили!

– Ну почему же? — невольно смутился богатырь. — Бери это хозяйство в свои руки и управляй! Только с разбойниками больше не связывайся. А потом... Я ведь в стольный град еду, может, у тебя там родня какая есть? Дам знать. Хотя за столько-то лет и сама могла бы догадаться!

Наська насупилась и опустила голову.

– Не знаю я ничего насчет родни. Мала была, не помню. У меня с тех пор и остался только талисман... — тут она как-то по-особенному сверкнула глазами и отвернулась.

– Что за талисман? — спросил Яромир.

– С мощами святого Варфоломея! — Наська говорила, отвернувшись, словно стесняясь его. — Разбойники хотели отнять, да побоялись гнева святого!

– А ну-ка, покажи! — заинтересовался богатырь. Наська расстегнула верхнюю пуговицу и, краснея, показала висящий на шелковой ниточке талисман в форме сердечка.

– Так ты по этому медальону можешь найти родителей, — сказал Яромир. — Нужно только объявление дать, так мол и так! В городе народу грамотного много. Прочтут, глядишь, все и образуется! Эх, учить вас надо, темноту деревенскую! И голову-то держи повыше, чай, не раба уже. Я тебя освободил, Яромир, богатырь святорусский! — Тут он слегка смутился от самохвальства, но тут же вспомнил о деле.

– И вот еще что. Жужа снова на свободе. Всю шайку какой-то колдун освободил. Так что они к тебе еще заявятся. А ты им прямо скажи, что вскоре я приеду с богатырской дружиной и тогда никакой колдун им не поможет!

– Чурли журль! — насторожился Жухрай. — Сиси писи кака! Ух, ух, хамм!

– Все, — сказал Яромир, — веди своего слабоумного на горшок, а то ведь, не ровен час, прямо тут... А я пока отдохну немного. Больно день хлопотный выдался.

Захватив сумку с сокровищами, Яромир прошел в свою комнату. Покосившись на бывший топчан, в котором все еще зияла дыра, Яромир улегся на лавку, предварительно наложив засов. Сквозь сон ему показалось, будто кто-то вошел в комнату и высокая черная тень, на мгновение загородив оконце, наклонилась над ним. Витязь мгновенно раскрыл глаза, и видение растаяло в предутреннем мраке. Повернувшись на правый бок, богатырь заснул глубоким, спокойным сном.

Проснулся он, когда солнце вовсю светило в окно. Спохватившись, Яромир притянул сумку — сокровище, по счастью, лежало на месте. Богатырь сладко потянулся, и в этот момент в дверь что есть мочи забарабанили. На пороге стояла Наська.

– Я уж хотела приказать, чтобы дверь ломали, — выпалила она. — С утра достучаться не могу.

– Спать хотелось, — ответил Яромир и сладко потянулся.

– Хорошо, коли так! — Девица внесла в комнату ушат с водой и полотенце. — По городу слухи нехорошие ходят. Говорят, что в приказную избу дьявол заходил! Дьяка нигде нет, обыскались его, стражники тоже исчезли. Один Митька сидит в подвале ни жив ни мертв да молитвы твердит!

– А я тебе про что говорил? — Яромир с удовольствием зачерпнул холодной воды и плеснул себе на лицо. — Это все тот колдун! Он и мне ночью приснился!

– Приснился?! — Наська побледнела. — А я слышала ночью какие-то шаги, будто крадется кто-то! Хотела выглянуть, да не посмела, страшно стало.

Яромир утерся полотенцем и подмигнул Наське.

«Значит, точно был! Вот ведь зараза! Пришел посмотреть, кто это Жужу в участок приволок! Ну и пес с ним! Пришел — ушел, а нам по делам пора!»

Позавтракав, он вышел во двор. Служка вывел Савраску из стойла и убежал, не говоря ни слова. Все, кроме Наськи, глядели теперь на Яромира со страхом. Вчерашняя история разнеслась по городу с быстротой молнии.

– Вот ваша новая хозяйка, — сказал Яромир, садясь на коня. — Слушайтесь ее и перечить не вздумайте, иначе я вернусь и всем по шее накостыляю! Все ясно?

– Ясно, — тихими недружными голосами отозвалась челядь.

– Не понял... — Богатырь обвел толпу суровым взглядом.

– Так точно, ваше превосходительство! Будем стараться! — громким хором откликнулись прислужники.

– Так-то лучше. И вообще, смотрите тут у меня! — Яромир проехал мимо крыльца, на котором, пуская слюни, сидел и счастливо улыбался Жухрай. Помахав Наське, Яромир выехал за ворота. Савраска помалкивал, только виновато вздыхал и отводил в сторону карие глаза.

– Ну, чего молчишь? — не выдержал Яромир.

– А чего говорить-то? — вздохнул конь. — Виноват-то я! Понадеялся на себя. Лопухнулся, короче. Камушки твои — тю-тю! Сонной травы в овес подбросили, ну я и того. А когда расчухался, вижу — сумки нет. Эхма!

– Сумка у меня, — сказал Яромир. — Это хорошо, что мы тут остановились. Какой гадюшник разорили! Красота! А ты это... В городе шибко не разговаривай! Не ровен час, обвинят в колдовстве...

– И сожгут на фиг! — подхватил Савраска. — Знаю я! Ну все, молчу, молчу! И так вон уже встречные заглядываются!

Действительно, проехавший мимо на телеге мужик так и пялился в их сторону, вытаращив глаза. Пришлось на него цыкнуть, чтобы закрыл рот и катил быстрее мимо.

До стольного города Лодимера они добрались и не заметили как. Чем ближе к городу, тем чаще попадались богатые села; по широкой наезженной дороге туда-сюда скакали всадники, не спеша катили телеги с мешками. Несколько раз впереди мелькала серо-голубая полоска реки, украшенная кудрявой зеленью садов.

На реке Яромир сразу приметил несколько лодей с широкими прямоугольными парусами. Это иноземные купцы спешили в стольный град со своим товаром.

Наконец взгляду Яромира открылся город. Он стоял на высоком холме, сверкая золотыми куполами, поднимаясь к небу царскими и княжескими хоромами. По кромке холма тянулась высокая крепостная стена.

И тут Яромир буквально обалдел. Прямо на них, изрыгая клубы дыма, неслась самоходная телега, величиной с добрую избу! Белый дым валил из трубы. На крыльце вольготно развалились стрельцы, окружив здоровенного бородатого мужика в шубе. Мужик посмотрел на Яромира и сплюнул, усмехнувшись сквозь зубы. Если бы Яромир не видел самодвижущейся повозки ранее, то наверняка испугался бы. Однако и тут удивления хватило, и минут пять еще он смотрел вслед удаляющейся телеге, от которой к небу дуром валил густой едкий дым.

Из ступора его вывело ехидное замечание Савраски:

– Передовая технология, блин! Прогресс науки!

– Что? Что ты сказал? — переспросил Яромир, с трудом возвращаясь к реальности.

– Это все семечки! Еще и не то увидишь, — заявил конь.

– А я разве против? — Яромир равнодушно пожал плечами. — Я даже помню, как эта штука называется. Мне Будулай говорил. Паро... — тут Яромир на мгновение задумался и торжествующе закончил: — ход! Пароход — вот!

– А я говорю — пароезд! — не согласился конь. — А еще есть пароплав и паролет!

– Повезло мне с ученым конем! — рассердился Яромир. — Совсем заучил, всю плешь проел! Но меня на мякине не проведешь! Чего ж хорошего, когда такая громила по свету бегает, словно демон какой? Да еще и небо коптит? Мы уж как-нибудь по-старому. Так надежней.

Вскоре они подъехали к окованным медью воротам и остановились. Проезд в город загораживал отряд всадников, одетых в боевые доспехи, с копьями наперевес. Они пропускали людей в город не спеша, словно выискивали кого-то. Наконец очередь дошла и до Яромира. Стражники, как по команде, уставились на него. А один из них, с пышной пшеничной бородой, вкрадчиво улыбнулся и, незаметно подмигнув остальным, осведомился: