Дракон украл невесту (СИ) - Светлана Калинникова
- Что вам нужно? – настороженно спросил он из-за двери. – За мной стоят стражники леди Дины. Вам не удастся меня похитить или … убить.
«Кому ты нужен, чтобы тебя убивать», - подумал Алекс, поигрывая толстым кошельком, расшитым золотом и серебром. «Лысая головка» не сводила с них своих поросячьих глазок.
- Я могу разговаривать с вами и таким образом, - усмехнулся дракон. Вильсенд Дарль уставился на пылающий медальон в виде дракона на груди Алекса. – Я жених вашей дочери Аники Дарль. Ни у меня, ни у моей прелестной невесты не будет к вам никаких претензий, как только вы отдадите мне Дымку и её фамильяра, оставшихся в замке после того, как вашу дочь не впустили в дом.
- С чего бы я должен верить вам? – хмыкнул Дарль.
Алекс вытащил платок Аники и бросил его у открытой двери. Дарль вскрикнул и зло проговорил:
- Уберите это!
Но платок с непонятной вышивкой уже жил своей жизнью: он на глазах сложился вчетверо, чтобы раскрыться… маленьким сереньким комаром, со свистом севшим прямо на голову господина Дарля.
- Проклятые ведьминские штучки её платка! – завопил он. – Я отдам ей коня и противного кролика, загадившего весь замок в её отсутствие. Он сидит в клетке, иначе с ним никак не справиться. Но что я получу взамен?
Алекс отсоединил от своего пояса кошелек, подкинул его в своей руке, дав оценить тяжесть монет жадному негодяю.
- Здесь 200 000 золотых. Ровно столько же твоя дочь должна была получить в день совершеннолетия. Ты получишь их и можешь забрать себе её наследство. Аника отдаёт тебе двойную сумму. Взамен ты подписываешь расписку, в которой указано, что ты не имеешь к дочери никаких претензий.
Как только он кивнул и вышел из-за двери, вслед за ним вышли два стражника. «Жадный мерзавец и трус», - брезгливо поморщился дракон.
- Сначала Дымка и… кролик! Потом ты пересчитываешь деньги, подписываешь документ и навсегда исчезаешь из жизни Аники Дарль.
Звон монет в кошельке вызвал довольную улыбку у Вильсенда Дарля. Он с радостью принял предложение дракона и велел стражникам принести клетку с кроликом и вывести её коня.
Комар так и сидел на лысой голове, напоминая о себе пронзительным писком и невозможностью избавиться. Как только Дарль поднимал руку, чтобы прихлопнуть его, ладонь замирала и не могла двинуться.
- Чёртова девка! В прошлый раз её платок превратился в крысу, шнырявшую около неё, и несчастная леди Дина не могла и на шаг к ней приблизиться, - рассерженно сказал мерзавец.
Герцогу и Дорею не пришлось ждать долго. Стражники под уздцы вывели дымчато-вороного скакуна и тесную клетку с чёрным кроликом с белыми «манжетами» на лапках. Кролик смотрел поразительно осознанно и сердито жёлтыми горящими глазами.
- Кто из вас Кныр? – на всякий случай уточнил Алекс.
- Я! – пропыхтел кролик. – Разве хозяйка не назвала моего имени?
Алекс ничего не ответил. Мысль о том, что он должен разговаривать с непонятным кроликом, казалась абсурдной.
А вот «Лысая головка» ни капли не был удивлён болтавшему по-человечески кролику и не стал пересчитывать деньги, с поклоном заявив, что верит столь достойному господину.
- Не желаете узнать имя того, кому только что вручили жизнь своей дочери? – спросил дракон, забирая у негодяя расписку. Едва расписка оказалась в кармане герцога, комар тут же упал на землю платком Аники. Уже почти привыкший к фокусам будущей жены, Алексс сжал платок в руке.
- Если господин пожелает ответить, - снова поклонился Дарль.
- Ваша дочь станет женой Про́клятого дракона! – объявил Алекс и дал знак Дорею, что им пора.
ГЛАВА 9, в которой Ведьма осваивается в условиях драконьего поместья.
Всю неделю Аника занималась тем, что осваивалась на новом месте. Она была счастлива настолько, насколько позволяло ощущение временного прибежища. Дракон сказал, что на днях он сообщит ей дату их бракосочетания. Она криво усмехнулась на слова: «Я сообщу тебе». Даже если дата не имеет для неё никакого значения, это не говорит о том, что она так просто согласится с выбранным Алексом днём.
Дракон выполнил свое обещание: Дымка и Кныр были рядом с ней. Её прекрасного скакуна отправили в хозяйские конюшни, и она каждый день его навещала. Алекс сказал, что хочет совершить с ней совместную верховую прогулку. Она с улыбкой подумала, что можно устроить отличную скачку, этакое состязание. Дымка никогда не подводил её.
Само собой, её фамильяр наделал много шуму в поместье. Болтливый Кныр в короткой курточке и с сумкой наперевес сопровождал Анику повсюду: в прогулках по поместью, в конюшне; помогал её камеристке, когда та занималась уборкой и чисткой одежды.
Кныр ни капли не обижался, когда садовник, которому он раздал советы по разведению дивных дракинор, источавших тонкий аромат, ругался на него. Он прискакал к садовнику с лопаткой и садовыми ножницами со словами:
- Из меня получился бы самый лучший на свете садовник!
До этого он уверял кухарку, что, если бы ему доверили поработать на кухне, в приготовлении обеда ему не было бы равных.
- Пошёл вон, хвастун блохастый! – слышал он в ответ, и вслед только грозил лапой и убегал «помогать» кому-нибудь ещё.
Было бы забавно, если бы Кныр предложил свою помощь герцогу Викардингу, но Аника не решалась предложить подобное. Наоборот, она поняла, что фамильяру нужно давать настоящие колдовские задания, иначе он сведет с ума всех жителей поместья.
Камеристка очень понравилась Анике. Эва была очень трудолюбивой, неразговорчивой, но охотно откликавшейся на просьбы невесты герцога. У Аники никогда не было не то что камеристки, но просто помощницы. В поместье Винкаст она всегда существовала на птичьих правах, старалась не попадать на глаза отцу и сестре. Впрочем, она была очень благодарна Дине за то, что в старом сарае та разрешила ей заниматься изготовлением целительных отваров, колдовать на хворосте и встречать новолуние.
Увы, полёты на метле были редки, потому что сестра до ужаса боялась, что Аника на ночных прогулках по небу встретит других ведьм и наберётся от их дурного опыта или приведёт их в поместье. Сейчас, узнав, что Аника стала невестой Про́клятого дракона, сестра испытала огромное облегчение. Колдовство и «дурные» наклонности юной ведьмы теперь стали ответственностью герцога.
Прознав, что невеста герцога умеет лечить «цыпки» на шустрых
