Случайно... история Симил? (ЛП) - Памфилофф Мими Джин

— Здесь ты её не найдёшь. — Нармер возник из воздуха прямо у меня на глазах. Он был одет в простую ткань, обёрнутую вокруг талии.

Я отпрянула.

— Кто ты?

Он улыбнулся и вытер свежую кровь, прилипшую к губам.

— Кто мы? — поправил он.

— Мы?

— О да, наших новых видов много. Пятеро моих братьев и сестёр пострадали от колдовства Митнала. И это только предположение, потому что мы связаны кровью. Естественно, борьба за власть началась почти сразу, поэтому каждый создал своих детей. Моя армия растёт быстрее, потому что я самый сильный.

— Армия? — Отлично. Что же я натворила? Мне нужно вернуться домой и рассказать всё братьям. Нужно уходить отсюда к чёртовой матери, пока у меня не случился нервный срыв. Человек, которого я любила, мёртв. Мёртв! Его заменило это холодное, властолюбивое чудовище. — Мои благословения тебе и твоей новой семье. Где мой единорог?

Нармер зарычал мне в лицо.

— Где тебя черти носили?

— Меня? О, ну знаешь. Здесь. Там. Натолкнулась на пару красавчиков на Карибах, — солгала я. — Если пальма качается, не беспокоить. Где, чёрт подери, Минки?

Нармер ударил меня о стену, выбив весь воздух из лёгких.

— Твой зверь мёртв.

Ублюдок.

— Ты не можешь убить единорога, они сделаны из чистого света.

— Я велел Митналу исправить это, прямо перед тем, как высосать кровь из его тела. А потом осушил и твоего единорога. Она была… — он глубоко вздохнул, — восхитительна.

Ушлёпок!

— Это невозможно. Ты лжёшь!

— Невозможно? Невозможно, — закричал он. — Посмотри на меня! Посмотри, что ты со мной сделала! Нет ничего невозможного.

— Но я… — Я не знала, что сказать. И не собиралась признаваться, что любила его и пыталась спасти. — Думаю, ты получил по заслугам за то, что издевался над богиней!

«И убил мою Минки!»

Я отвернулась. Но тут меня осенила мысль. Он зло. Я богиня. И я могла исправить ошибку. Не этого мужчину я полюбила, это его тёмная, извращённая версия. Я вытянула руку, призывая дар забрать душу, и прижала ладонь к груди Нармера. Я заберу назад то, что ему дали.

Ничего.

Я уставилась на него. Он смотрел в ответ, явно довольный собой.

— Что-то ищешь? — спросил он.

— Твоя душа? Кажется, она пропала.

— Я мёртв! У меня нет души, богиня. Ты проиграла.

Самодовольный придурок! Я влепила ему пощёчину. Обычно после этого человек пролетал через всю комнату. Но не Нармер. У него даже голова почти не двинулась. А мне было немного больно.

— Ты мне не навредишь, — сказал он. — Я силён. Я бессмертен. Совсем как ты.

Он схватил меня за плечи, притянул к себе и крепко поцеловал. Я дёрнулась и выпустила волну энергии, чтобы отогнать его. Но ничего не вышло.

Он прервал поцелуй и рассмеялся.

— Отпусти меня! — взвыла я.

Он так и сделал, а затем склонил голову.

— Как пожелаешь, моя богиня.

— Это ещё не конец, и как только другие боги узнают о тебе — а они узнают — тебя уничтожат.

В его глазах сверкнуло высокомерие.

— Уверен, уже знают. Твой брат Кинич случайно появился в тот день, когда я преобразился. Он много месяцев изучал наш вид. Кажется, мы его совсем не беспокоим. Наоборот, мы стали лучшими друзьями.

Что? Кинич одобрял этих высасывающих душу демонов?

— Я тебе не верю. Кинич добр и чувствителен. Он никогда этого не…

— Он видит в нас доказательство того, что перемены возможны. — Нармер небрежно махнул рукой. — Он вдохновлён нашим видом. Настолько, что вернулся и занял своё законное место в качестве вашего лидера, чтобы начать новую эру.

— Лжёшь, — прошипела я.

— Можешь не верить мне. Спроси его.

— Ох, спрошу! Даже не сомневайся, приятель! После того, как заберу твою голову! — Я сделала выпад, и он швырнул меня на пол, придавив своим телом.

В глазах Нармера плескалась ярость.

— Ты так слаба. Что я вообще в тебе нашёл? — прорычал он.

— Ты увидел то, чего никогда больше не увидишь. Ты не подходишь богине. И никогда не подходил. А теперь ты всего лишь жалкое кровососущее насекомое, ничуть не лучше пиявки или комара.

— А комар может это сделать? — Он двигался так быстро, что я успела заметить лишь размытое пятно его руки, когда почувствовала, как моя голова отделяется от тела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})***

Сукин сын! Этот крысиный ублюдок оторвал мне голову. Да, я пыталась высосать душу из его тела и покончить с ним, но это после того, как увидела, что он убил ту женщину, осушив её, и признался в убийстве Минки.

Месть. В голове было лишь желание мести, требующее увидеть дневной свет. Из-за мести я заставила сенот создать очередное тело и выплюнуть меня, а не вернуть в мой мир, где мои братья гадали, что со мной стало. Месть заменила мне каждую унцию любви, которую я питала к Нармеру.

О чём я только думала, когда так увлеклась этим человеком? Я вела себя как изголодавшийся по любви ребёнок, бросаясь на первого встречного, предлагающего ласки.

Я бы поставила свою жизнь на то, что он всё подстроил и подговорил жреца. Ловушка. Что ж, я никогда больше на это не куплюсь. Никогда. И отомщу ему. Клянусь.

Я выползла из сенота и плюхнулась на влажную землю, прислушиваясь к своему дыханию, к стуку сердца, к птичьему щебету.

Я найду дорогу назад и убью его. На этот раз я приду подготовленной. Снова пересекать хренов океан на украденной шлюпке? Фиг там. Я застонала. Почему люди не могут изобретать быстрее? Я бы с радостью взяла грёбаную «Санта-Марию» Христофора Колумба! А этот корабль, как только появится, превратится в кишащий крысами кусок дерьма.

Мне следовало вернуться в свой мир и выяснить, что же на самом деле знал Кинич.

Я легла на спину.

— Привет.

Я вскрикнула, когда заметила… себя?

— Какого чёрта? — Я по-крабьи отползла, смотря на неё. Розовое блестящее платье, явно из будущего.

— Да, — сказала «Я», уперев кулак в бедро. — Я так и думала, что ты офигеешь. Но позволь заверить, дальше всё только ухудшиться.

— Какого хрена? — Может, я ударилась головой в сеноте, или в нём была неисправность. — Какого чёрта?

— По-моему, повторяешься. Может, тебе заткнуться, чтобы я объяснила всё. Справишься?

Я медленно кивнула

— Хорошо, потому что я скажу тебе это только один раз. Ты облажалась. Много раз. Ты глупая, ужасная, жалкая богиня. — Она хихикнула. — Всегда хотелось это сказать.

Вероятно, это — самое крупное извращение, которое я с собой вытворяла. Ладушки. Пора заканчивать этот маленький воображаемый разговор. Я встала и начала пятиться.

— Не заставляй меня вытаскивать пушки, Симил. Потому что я так и сделаю. Ты же знаешь, — сказала «Я»

— У меня нет на это времени! Нужно убить кровососущего фараона. Я возвращаюсь к сеноту… — Я посмотрела на водянистый портал, но вместо зеленоватого бассейна увидела тела. Тысячи тел громоздились и переваливались через край. Я ахнула и обернулась, только чтобы увидеть стену людей, смотрящих прямо сквозь меня с чрезвычайно несчастными лицами. И там были…

— Гай? Чаам? Кинич… Иш Таб? — Что там делали все тринадцать богов? Я замахала руками перед их лицами, но они, казалось, не замечали моего присутствия. — Я окончательно съезжаю со своих психокатушек, — прошептала я.

— Нет. Они тебя не видят, потому что мертвы, — сказала «Я».

— Нет, — возразила я. — Я сошла с ума. И откуда я это знаю? Потому что стою здесь и разговариваю сама с собой!

«Я» протянула руку и ударила меня мощной волной света. Каждый мускул в теле застыл. Проклятье. Это один из моих лучших трюков!

— Симил. Слушай меня очень внимательно. Поняла? Если да, то изобрази девочку хулу с приборной панели.

— А?

Она закатила глаза.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Кивни! Кивни, если поняла. — Мне удалось слегка кивнуть. — Хорошо, — сказала она, — потому что, как тебе известно, души умерших обитают за пределами времени и пространства.

Она ослабила хватку, и я втянула воздух.

— Да. И лишь я могу открыть портал между мирами…