Второй шанс для Элии - Марина Николаевна Александрова

— Да, Зейн? — голос мужчины был спокоен, а сам он казался предельно сосредоточенным.

— Держись рядом, — коротко бросил Зейн, доставая парные клинки из зачарованной стали, которыми придётся знатно поработать, чтобы сберечь силы для разлома. — Продвигаемся вглубь, как можно стремительнее, — продолжал он давать указания своему отряду, хотя все аршваи рам и так понимали в чем состоит их задача. — Не размениваться, не затягивать, предельно быстро, пошли, — скомандовал он.

А, дальше началась безумная бойня, где нужно было одновременно двигаться, убивать всё прибывающих тварей начиная от хош, огромных бронированных кошек, до отвратительно юрких сороконожек в человеческий рост, которые с лёгкостью могли перекусить человеческую кость своими ядовитыми жвалами. На пределе сил, пробираясь всё глубже и глубже, игнорируя потери отряда, потому что ни у одного из них не было иного выбора, кроме как двигаться вперёд.

Чем ближе к разлому, тем тяжелее становилось передвигаться, тем острее чувствовалось, как покидает их мир единая сила, лишая тела той же быстроты, выносливости и энергии.

Постепенно отряд всё больше растягивался. Аршваи рам вынужденно отставали, погрязая в затянувшихся схватках с монстрами. Зейн и Яс двигались в паре. Неожиданный выпад откуда-то с боку, где всего секунду назад никого не было, пробил со спины плечо Ясмена кончиком хвоста какой-то зубастой твари, чем-то напоминающей аеши. До разлома было всего рукой подать, когда существо дернуло хвостом, с насаженным на нём Ясом, и с неимоверной силой отшвырнула его так, что мужчина отлетел, ударившись о стену ущелья. Он упал и остался лежать без движения на земле. Зейн не мог ни кинуться на помощь другу, ни обойти тварь, чтобы помочь тем, кто сейчас пытался затворить разрыв. С его пальцев соскальзывали заклинания, но они отскакивали от толстой шкуры монстра. Эта потусторонняя ящерица казалось совершенно невосприимчива к воздействию единой силы. В ход шли клинки, но и они лишь слегка царапали броню существа. Стремительная звериная сила в огромном теле, заставляла его кружиться, уворачиваться от всё новых выпадов, когтей и зубов, что постоянно искали возможность сомкнуться на его теле.

Он знал, что вошёл в боевой транс и пока эта схватка не закончится, он не заметит ни собственных повреждений, ни усталости. Вот только, чего он никак не мог предвидеть, пытаясь в очередной раз пробить толстую шкуру, так это до боли в сердце знакомого женского крика откуда-то сверху.

Зейн невольно запнулся и этой доли секунды хватило, чтобы юркий хвост ящера ударил по ногам заваливая его на спину. Но всё это казалось неважным, когда на загривке у твари появилась Элия!

— Вот, падла, — прошипела она, когда их с Зейном взгляды вдруг встретились.

Девушка как-то неловко улыбнулась, а в её руке вдруг показался красный кирпич⁈

Никогда ещё с ним такого не было, чтобы то, что произошло за долю секунды, казалось растянутым во времени на долгие — долгие мгновения, наполненные страхом и ужасом, просто потому, что он не успевал. Ни прикрыть, ни перехватить. Да и что тут делать⁈ Когда рука с зажатым кирпичом, вдруг налилась ослепляющим сиянием и с ужасающей скоростью опустилась на нос ящера.

Когда-то он сказал ей:

«Во-первых, никогда не бей их по носу. Это место гиперчувствительное и зверь может выйти из-под контроля из-за боли».

Именно с этих слов началось их первое занятие верховой ездой. Кто бы мог подумать, что его слова будут исполнены с точностью наоборот⁈ Если бы он только зал⁈

Потому что тварь встала на дыбы, зарычала на всё ущелье и на полном ходу бросилась в сторону разлома, унося на своей спине то ли орущую, то ли хохочущую Элию.

* * *

Боги для меня всегда были чем-то абстрактным. Ну, так-то вроде молились мы им в замке Изэр одинаково, но как-то это мало сказывалось на нашем благосостоянии в равной степени. Никакой божественной справедливости, вокруг таких же не слишком удачливых по жизни, как и я, наступать не спешило. Потому я молилась, праздники там разные религиозные отмечала, даже в храм ходила. Всё как положено, но точно так же безрезультатно. Так, что вера во мне была весьма условной единицей. Я больше подстраховывалась на тот случай, что меня могли упечь после смерти в тот самый ад, о котором никто из храмовников не знал, а вот я почему-то была в курсе? И это пугало, так то….

И, вот, столкнувшись с божественным проявлением и попав в тот самый «ад», как мне сперва показалось, я, конечно, охренела! Уверовала! И, даже покаялась! А, потом огненно-горячая «земля ада», похожая на непроницаемую корку, начала подо мной активно шевелиться и катать меня с такой скоростью, что только тут я осознала, что сижу верхом на неком подобии аеши. Вокруг идёт натуральная бойня, в которой принимают участие монстры всех размеров и видов, аршваи рам, оборотни, альвы, а я восседаю верхом чуть ли не на самой огромной твари из всех собравшихся вокруг.

«— Я маугли!», вдруг подумалось мне, хотя как обычно, слово было незнакомо, но сердце наполнилось необыкновенным восторгом⁈ Вот, серьёзно⁈ Тут такое, а я — маугли⁉

Покрепче сжав бёдрами шею твари, я чуть приподнялась и успела заметить, как «аеши» на котором я так резво скакала, подсек хвостом кое-кого очень и очень знакомого! Зейн!

Что говорить, в экстремальных ситуациях я всегда была хороша!

Вот и сейчас быстро сообразив, что к чему и наконец-то уверовав, что я ни в каком не в «аду», а в эпицентре не хилой заварушки и эта скотина подо мной вознамерилась сожрать моё самоё дорогое… Вспомнив наставления Зейна о болевых центрах аеши, я схватила свой универсальный и самый полезный инструмент. Как следует пожелав, чтобы тварь подо мной отправлялась туда, откуда пришла, размахнулась и врезала аккурат в центр носа, пока эта дрянь всё ближе склонялась к Зейну.

И, я понеслась… в прямом смысле этого слова! Даже во время охоты на профессора Рам Уиссома я не гоняла на такой скорости! Да ещё и без седла! Мы мчались в сторону какой-то «черной дыры», как я обозначила для себя это пятно непонятного происхождения. Оставалось несколько метров, прежде, чем я влетела бы на полном ходу в эту штуку, когда меня что-то подхватило и сдёрнуло со спины «адского аеши», который и не думал тормозить! Зверь ломанул вперёд, исчезая в этом черном нечто. Я же, будто пушинка, слевитировала аккурат в объятия Зейна.

Краткий миг единения, когда один лишь взгляд мог сказать куда больше тысячи слов. Его крепкие руки, что так бережно и надёжно держали