(не) читайте, это – для ёжиков! (СИ) - Тигиева Ирина

- У вас чудесный замок!

- О боги!..- едва различимое причитание Ээрикки было настолько жалобным, что почти захотелось его утешить.

Но за спиной, как всегда бесшумно, возник Конан.

- С Августами нельзя заговаривать первой. Займи место рядом с асраи,- и, предупреждая возможный вопрос "Что ещё за асраи?", пояснил.- Её волосы украшены ракушками, ошибиться не сможешь.

Мгновенно забыв про царственных ёжиков, я повернулась к "столу невест". Пытаясь побороть нервное хихиканье от внешнего вида "соперниц", приветливо махнула им рукой:

- Salve, девчонки! Ну и кто из вас "король Артур"?

И, про себя забаляясь замешательством отразившемся на покрытых шёрсткой, пёрышками и чешуйками физиономиях, плюхнулась на единственное свободное место – рядом с "асраи".

Глава 6

- Принцепс Гилберт приветствует невест от лица всей августейшей семьи,- провозгласил ёжик в зелёном жилетике.- И благодарит за то, что они проделали столь долгий путь сюда, в Эринастаний!

"Невесты" тихо зашелестели, видимо, выражая ответную благодарность за приглашение. Я всё пыталась рассмотреть принцепса, но место оказалось неудачным – я сидела к "августейшему" возвышению спиной. Интересно, а как он собирается рассмотреть всех претенденток за этим столом?

- Adventum tuum gratulor![1]- зычно добавил ушастик.

И, словно по сигналу, в зал потекли существа, очень смахивавшие на лягушат. В белых передничках, с красными ленточками на шейках, они несли перед собой подносы, уставленные золочёнными тарелками с какой-то гадостью. Когда одна такая тарелка оказалась передо мной, я осторожно ткнула содержимое изящной деревянной ложечкой – приборы лежали на столах. "Гадость" напоминала желе яркого лимонного цвета.

- Случайно не знаешь, что это?- обратилась я к сидевшей рядом асраи.

Дева снисходительно воззрилась на меня голубыми глазами, прозрачными, словно талая вода, и что-то недовольно булькнула. Именно булькнула, потому что вокруг нижней части её головы, точно лёгкая вуаль, парил водяной пузырь. Кстати, пузырём дело не ограничивалось. Вместо ушей у "невесты" торчали отливающие синевой рыбьи плавники, ладони с перепонками между пальцев больше смахивали на ласты. Я невольно покосилась на её ноги, ожидая увидеть рыбий хвост, но всё , что было ниже талии окутывала... юбка, если можно так назвать изделие, сплетённое из водорослей и нитей крупного жемчуга.

- Ты действительно не можешь дышать воздухом?- несмотря на явную неприязнь ласторукой, я не сдержала любопытства.

- Конечно, может. Но кто обратит на неё внимание, если пол-лица не будет скрыто этим жидким туманом?- чуть писклявый жеманный голосок принадлежал невысокой светловолосой девчушке с округлыми формами и личиком ехидного херувимчика.

Ласторукая девица презрительно качнула пузырём и отвернулась.

- Можно подумать, ты не пытаешься привлечь внимание к себе, выставляя напоказ свои копыта!- голос низковатый и чуть с хрипотцой.

А его обладательница... В жизни не видела более странного существа! Кожа, волосы и длинное струящееся одеяние – абсолютно белые. Единственные цветные пятна – ярко-красные глаза и алые рубины, щедро украшавшие уши, шею и руки. Когда на камни падал свет, они переливались, и девица казалась забрызганной кровью.

- Придержи язык, Субира!- "херувимчик" обиженно надула губки, тряхнула золотистыми кудрями и, как бы невзначай, поддёрнула подол.- Не моя вина, что твои ноги уступают в стройности моим!

- Куда мне!- насмешливо хмыкнула белёсая девица.

А я во все глаза смотрела на кокетливо выставленные из-под подола... копытца. Покрытые светлой шёрсткой "стройные" ножки "херувимчика" как будто принадлежали оленёнку Бэмби! Я-то думала дева-альбинос зло пошутила, назвав её ноги "копытами"!

- Не знаю, как принцепс, а хомос от твоих ног точно в восторге, Луайне!- альбинос ехидно захихикала, обнажив заострённые зубы.

- Ты что, – вампир?!- выпалила я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тихое бормотание невест, не участвовавших в перепалке между "Бэмби" и альбиносом, смолкло. Все личики повернулись ко мне.

- Кажется, она только что назвала тебя низшей формой жизни, Субира,- раздался томный голос откуда-то сбоку.- В их мире так именуют паразитов.

Говорившая могла запросто оказаться с планеты Пандора из фильма "Аватар". Гибкое тело, правда, покрытое не синей кожей, а короткой коричневой шёрсткой, открытое платье из золотых пластин, длинные тёмные волосы, собранные в хвост, и в довершение образа – мохнатые ушки, зелёные глаза и кошачья мордочка. Всё больше забавляясь внешним видом претенденток, я весело махнула рукой.

- Ничего подобного! Сразу видно, что ты не смотрела ни "Интервью с вампиром", ни "Сумерки"!

- Я бы и не обиделась,- названная Субирой снова обнажила резцы в улыбке.- Скорее тебе следует извиниться за гибель придворных из моей свиты.

- Каких ещё... придворных?- опешила я.

И когда успела стать виной чьей-то гибели? Хотя, может, раздавила парочку муравьев или какой-нибудь другой живности, пока носилась по коридорам в компании ши­? И альбиносу тут же донесли...

- Придворные!- дева-кошка грациозно махнула покрытой шёрсткой рукой.- Подумаешь, несколько десмодов[2] утонули в бассейне! Никто не заставлял их изображать из себя рыб!

- "Подумаешь"? "Несколько десмодов"? Да как ты смеешь, плотоядная!- дрожащий от негодования голосок принадлежал девушке с длинными качающимися над головой усиками и крыльями бабочки.- Считаешь себя высшей формой жизни?

- Разумеется, насекомое,- хмыкнула та.- Пищевую цепочку в природе возглавляют хищники. Пора бы тебе стряхнуть с усиков пыльцу и принять это, как данность.

- Твоя заносчивость отвратительна, Векеса,- проронила другая претендентка в чёрном наряде с жёлтыми пятнами.- Даже самый свирепый хищник бежит от огня!

За исключением странного лоснящегося костюма, облегавшего её тело, словно вторая кожа, она казалась вполне нормальной на вид. Векеса заливисто рассмеялась, обнажив кошачьи зубки.

- Любое создание бежит от огня, если только в его венах течёт кровь, а не слизь, как у тебя, рептилия.

Девица в костюме сузила глаза, в которых внезапно прорезался вертикальный зрачок. Украшения из крупных драгоценных камней на её лбу и руках вспыхнули пламенем, а изо рта вырвался раздвоённый язык. Я разочарованно вздохнула – ещё одна "химера". Хотя пора бы уже смириться, что я здесь – единственное человеческое существо, и не искать во всей этой живности антропоморфные черты.

[1] Adventum tuum gratulor (лат.) – добро пожаловать!

[2] Десмод (лат. desmodus rotundus) – подсемейство летучих мышей, питающихся кровью.

 ***

- А ты с чего вздыхаешь, homo sapiens?

Я подняла глаза на существо, сидевшее напротив меня. Тяжёлый парчовый плащ, четырёхпалые руки с длинными когтями, на голове – массивное сооруженние, наподобие убора из павлиньих перьев, скрывающее верхнюю часть лица.

- Ты это мне?- вежливо уточнила я.

- Видишь поблизости ещё одного хомоса?

- К сожалению, нет,- снова вздохнула я.- Будто попала в зоопарк.

Что тут началось! Узоры в виде глаз на перьях головного убора девицы... ожили и заморгали. Оказалось это – глаза, не меньше дюжины! Когти царапнули столешницу.

- Как ты смеешь, ничтожное насекомое!- выпалила она.

- Как ты смеешь называть хомоса насекомым, злобный земляной червь!- возмущённо пискнула девушка с крыльями бабочки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Можно подумать, "капустница" за меня заступается – если бы не презрение исказившее её личико, когда она произносила слово "хомос".

- Кого ты называешь земляным червем, личинка!

- Перестаньте оскорблять друг друга,- невинно вставила я.- Личинка и червь должны быть лучшими друзьями!

Сквозь гвалт возмущения обрушившийся со всех сторон – хомосов тут явно недолюбливают – до меня донёсся томный голос девушки-кошки: