Энн Маккефри - Белый дракон

— Джексом! — Шарра повернулась к нему, умоляюще протягивая руку. — Т'кул смертельно ненавидит Ф'лара. Я сама слышала, как он винил Ф'лара во всем, что когда-либо случалось на Южном. Лишившись дракона, он, должно быть, вконец спятил. Он убьет Ф'лара!

Они прижались друг к другу, и Джексом не знал, кто из них больше нуждался в утешении и поддержке. Где-то там, далеко, Т'кул пытался убить Ф'лара. Джексом велел Руту слушать внимательно.

«Ничего не слышу, — ответил тот. — Кант в Промежутке. Слышу только, что случилась беда… Рамота спешит…»

— Сюда?

«Нет, туда, к ним! — Глаза Рута взволнованно переливались пурпуром. — Не нравится мне это…»

— Что не нравится. Рут?

— Ну пожалуйста, Джексом, что он говорит? Мне страшно!

— Ему тоже, — сказал Джексом. — И мне…

Брекки выбежала из лесу, держа в одной руке свой летный костюм, а в другой — походную аптечку. Аптечка была не закрыта, лекарства едва не вываливались в песок. Достигнув пляжа, Брекки остановилась. Бессильное негодование снедало ее:

— Мне не попасть туда! Кант не может покинуть Б'зонова Ранлита. Правильно… еще не хватало потерять двоих бронзовых в один день… — Брекки беспомощно оглядывалась по сторонам, словно бы в поисках ответа. Закусив губу, она воскликнула в отчаянии: — Мне необходимо быть там!..

Но, оказывается, их ожидало еще одно потрясение. Рут испуганно протрубил, и на сей раз Брекки и Джексом вздрогнули одновременно.

— Робинтон!.. — Брекки зашаталась и наверняка упала бы, не подхвати ее Джексом и Шарра. — Нет, нет, только не Робинтон!.. Как же так?

«Мастер арфистов…» — подал голос Рут.

— Но ведь он не умер? Не умер? — закричала Шарра.

«Мастер арфистов тяжело заболел. Ему очень плохо. Они не дают ему уйти. Он должен будет остаться. Как ты».

— Я отвезу тебя, Брекки, — сказал Джексом. — На Руте. Сейчас оденусь и отвезу.

Обе женщины разом схватили его за руки.

— Не смей, Джексом! Ты еще слишком слаб для Промежутка! — Теперь Брекки всего более беспокоилась за него.

— Тебе в самом деле нельзя, Джексом! — Шарра отчаянно мотала головой, в глазах была мольба. — Холод Промежутка… ты не можешь… ну пожалуйста, Джексом!

«Теперь они боятся за тебя, — смущенно сказал Рут. — Очень боятся. Я не знаю, почему ты не должен летать на мне, но это так!»

— Он прав, Джексом. Это может попросту убить тебя, — сказала Брекки. И поникла, осознав неудачу. Устало подняла руку и стащила с головы ненужный шлем. — Тебе нельзя будет пользоваться Промежутком самое меньшее месяц, а то и полтора. Иначе всю жизнь потом будешь мучиться головными болями и можешь ослепнуть…

— Ты-то откуда знаешь? — спросил Джексом, борясь с охватившей его яростью — почему ему раньше не сказали о подобном запрете? — и тошнотворным чувством бессилия: так он и не сумел помочь ни Брекки, ни Робинтону…

— Это знаю я. — И Шарра взяла Джексома за плечи, заставив повернуться к себе лицом. — Один из всадников Южного схватил огненную лихорадку. Тогда мы еще не знали, насколько опасен Промежуток для выздоравливающего. Сперва он ослеп. Потом едва не сошел с ума от страшных головных болей. Потом умер. И с ним — его дракон… — Голос Шарры дрогнул, слезы затуманили ее взгляд.

Джексом потрясенно смотрел на нее.

— Почему мне раньше не говорили об этом?

— А зачем? — Шарра по-прежнему смотрела ему прямо в глаза, умоляя понять. — У тебя прибывает сил день ото дня. Может, запрет уже и не понадобился бы к тому времени, когда ты начал бы летать…

— Еще месяц? Или полтора? — Он выдавил это сквозь зубы и сам ощутил, что кулаки его сжались, а челюсти заболели от усилия, которое требовалось ему, чтобы сдержаться.

Шарра кивнула медленно и очень серьезно. Джексом глубоко вздохнул, справляясь с собой, и сказал:

— Тем хуже, потому что сейчас нам дозарезу необходим всадник. — Он покосился на Брекки: она все еще смотрела на запад. Джексом чувствовал, как она рвалась туда, где нужна была ее помощь, и Кант не мог ее выручить — он сам был нужен другому. — Погодите! — заорал он вдруг. — У нас есть всадник!.. То есть всадница! Рут, можешь ты без меня свезти Брекки на Исту?

«Я отвезу Брекки в любое место, куда требуется!» — Глаза маленького белого дракона быстро замерцали. Он поднял голову и шагнул вперед, к Брекки.

С лица Брекки мигом пропало выражение горькой беспомощности:

— Джексом, ты мне в самом деле позволишь?..

Похоже, она была не в силах поверить; ее изумление и благодарность вознаградили его за все. Он схватил ее за руку и потащил к Руту:

— Давай, не трать времени. Если Мастер Робинтон… — И смолк, задохнувшись от ужаса при самой мысли о том, что вполне могло произойти.

— Спасибо, Джексом., Спасибо, Рут!.. — Брекки никак не могла застегнуть шлем. Торопливо натянула куртку, застегнула ремень — и вот Рут подставил ей плечо, помогая взобраться, а потом вывернул шею, проверяя, надежно ли она сидит.

— Я сразу пришлю Рута назад, Джексом… Нет, только не позволяйте ему уйти! Не давайте ему уснуть!.. — Это уже было обращено не к нему, а к двоим драконам на другом конце Перна.

«Мы не дадим ему уйти», — сказал Рут. Коротко ткнул Джексома носом в плечо и взвился вверх, обдав Джексома и Шарру вихрем песка. И исчез, едва набрав высоту.

— Джексом!.. — Голос Шарры так дрожал, что Джексом с беспокойством оглянулся. — Что там могло произойти? Неужели Т'кул свихнулся настолько, чтобы напасть еще и на арфиста?.

— Насколько я знаю Робинтона, он вполне способен вмешаться в схватку и попытаться остановить… Ты знакома с Мастером Робинтоном?

— Я больше знаю не его, а про него. — Шарра прикусила губу и содрогнулась всем телом, пробуя совладать с терзавшим ее страхом. — От Паймура и Менолли… То есть я видела его, разумеется, когда он гостил у нас в холде. Я слышала, как он пел… Он прекрасный человек… чудесный… Ох, Джексом! Они с ума посходили, эти южные всадники! Они… они больны, растеряны, они заблудились.. — И Шарра уронила голову ему на плечо, теряя последние силы от ужаса и неизвестности. Джексом бережно обнял ее, привлекая к себе.

«Он жив!» — Голос Рута, ослабленный расстоянием, тем не менее прозвучал в его сознании обнадеживающе и четко.

— Шарра! Рут говорит, он жив!

— Он должен жить, Джексом! Он должен! Должен!.. — И она стукнула кулачками в его грудь. Джексом накрыл ее руки одной своей и улыбнулся:

— Он выживет. Он непременно выживет, раз уж мы так дружно этого хотим.

Тут до него дошло — и совершенно некстати, — что к нему прижималось дрожащее теплое девичье тело. Он чувствовал ее тепло сквозь тонкую ткань рубашки, ощущал ее бедро рядом со своим, вдыхал аромат ее волос, пахнувших солнцем и лепестками цветка, заткнутого за ухо. Шарра вдруг с удивлением вскинула глаза: она тоже с некоторым опозданием поняла, что они стояли обнявшись. Поняла и смутилась — впервые за все время их знакомства.