Локки 9. Потомок бога - Евгений Валерьевич Решетов

миллиметрах от её груди, влепилась в окно, и то с жалобным хрустом разлетелось, осыпавшись осколками на пол и в море.

А я метнул беглый взгляд на Мию. Да, она упала. Но как же грациозно и ловко, будто и не женщина вовсе, а кошка. Более того, она вскочила как пружина и рванула к мужику, выскочившему из шкафа. Выбила револьвер из его руки, напрыгнула и одним движением свернула шею, словно курёнку.

Труп со стуком упал к её ногам, а она элегантно поклонилась и с тёплой, чарующей улыбкой проворковала, глядя на тело:

— Было так приятно убить тебя. Покойся с миром, милый, — следом она с прищуром посмотрела на меня и произнесла: — Как и говорила, я не лишена обаяния и воспитания.

— А ещё ты сумасшедшая. И не совсем человек, иначе бы хрен прошла через межмировой портал. Так кто ты, Мия?

Глава 4

— А ты как думаешь, кто я такая? — произнесла девица, вскинув подбородок с таким видом, будто собралась принимать экзамен. — Проверим твою смекалку.

— Ну, судя по твоему поведению, словам и движениям, всё в тебе выдаёт стерву, — хохотнул я, заметив, как сузились её глаза. — Но на самом деле ты оборотень. Скорее всего, что-то кошачье.

На лице Мии на миг промелькнуло едва уловимое удивление, а затем она нехотя проронила:

— Угадал.

— Нет, я не гадал, а использовал логику. Ты с ней знакома?

— Побольше тебя! — выплюнула та, глянув на меня исподлобья.

Трепещущее пламя свечи отразилось в её дьявольских глазах и начищенных стальных пуговицах мундиров, висящих в шкафу.

— Вот уж вряд ли, — желчно проронил я и кивнул на мундиры. — Надевай. Там и штаны с сорочкой есть.

Она из чистого упрямства открыла рот, чтобы возразить, но передумала. Вздохнула и неохотно принялась одеваться.

Вещи капитана, как и ожидалось, оказались ей велики практически во всех местах, кроме груди. На ней сорочка натянулась так, что пуговицы заскрипели от напряжения, а мундир сошёлся едва-едва, оставив соблазнительный треугольник обнажённой кожи под горлом.

— А твоей слуге, той, что из камня-артефакта, одежда не нужна? — поинтересовалась Мия, явно пытаясь завести разговор о стражнице. Ей было любопытно узнать, кто она такая.

— Нет, она убеждённая приверженка нудизма.

— И кем же она является? Что за существо? — спросила смуглянка как бы невзначай, уставившись в разбитое окно, за которым удалялся остров с полыхающим городом.

Я внутренне усмехнулся, получив очередное подтверждение того, что правильно догадался насчёт её любопытства.

— Древняя богиня, с которой лучше не связываться, — вкрадчиво произнёс я, позволяя словам повиснуть в воздухе как предупреждению, завёрнутому в острейшую колючую проволоку. Мол, лучше не лезь к ней, а то порежешься.

Мия нахмурилась и хотела что-то сказать, но в этот момент в каюту вошла Марена. Она сразу метнула взгляд на кровать, будто ожидала увидеть меня там вместе со смуглянкой в какой-нибудь позе из камасутры. И в её живом глазу мелькнуло что-то вроде приятного удивления, когда она заметила меня, стоящего у шкафа рядом с вполне одетой девушкой.

— Неожиданно, да? — усмехнулся я краем рта.

— Есть такое, — проронила она, понимая, что я без труда прочитал её мысли.

— И это… ты, конечно, всегда заходи без стука. Зачем вообще стучаться? На кой шут люди придумали это? — добавил я с ироничным прищуром.

Марена серьёзно кивнула, будто мои слова были не язвительным замечанием, а полезной рекомендацией к действию.

А затем она посмотрела ледяным взглядом на Мию и приказала ей:

— Выйди.

Смуглянка скривилась как от пощёчины. Ей явно не понравилось такое отношение, и она облизала губы, прикидывая, дерзить богине смерти или проявить благоразумие. На миг мне показалось, что Мия всё же собирается бросить что-то резкое и колючее, но в итоге она предпочла другой путь.

— Что-то здесь душновато, — лениво протянула девушка, обмахнув себя ладонью. — Пойду подышу свежим воздухом.

И она вышла, словно это было исключительно её желание, а не прямой приказ богини.

— Подлая и ненадёжная девица, — произнесла Марена, когда дверь за Мией захлопнулась. — Она не ударит нам в спину? Ты с ней договорился?

— Скорее всего, она не будет делать глупостей. Хотя, если подвернётся возможность, может и предать. Надо держать это в уме.

— Почему ты просто не убил её? Нет человека — нет проблем, — холодно посмотрела на меня богиня и с толикой презрения бросила сквозь зубы: — Вид её развратного тела лишил тебя способности рационально мыслить?

— Я всегда успею её убить, если потребуется. Живой она может принести больше пользы. Чую, её мне подкинули богини Судьбы. Только пока непонятно с какой целью.

— Как бы она не стала той соломинкой, сломавшей хребет слону, — блеснула живым глазом богиня, задумчиво потирая бледный подбородок тонкими пальцами.

— Не станет, — отрезал я, закрывая тему.

Марена хмыкнула и неожиданно вывалила ворох вопросов, вцепившись в меня требовательным взглядом:

— Кто такой Древний? И почему он даже в этом мире обладает такой силой? Откуда ты знаешь его? И почему он уважает тебя и даже не убил после того, как ты затащил его в этот мир против воли, да ещё буквально заставил нам помогать?

— Ого! Сколько вопросов, — протянул я, почесав слипшиеся на затылке волосы. — Даже не знаю, с чего начать. Хотя, как говорят мудрые, надо начинать с начала. Как бы банально ни звучали мои слова, Древний — это писец какое древнее существо, вышедшее из Хаоса ещё задолго до первых богов…

Я принялся вкратце рассказывать богине об осьминогоголовом, что-то утаивая, что-то недоговаривая, но всё же в целом довольно чётко описал как его самого, так и наши с ним отношения.

— И ты после всего этого ему доверяешь? — спросила богиня смерти, удивительно быстро переварив полученную от меня информацию.

— Ну-у-у… частично, — протянул я, покрутив пальцами.

— Значит, и с ним нужно держать в голове то, что он может нас предать?

— Ага.

— Отменная у нас команда, — саркастично дёрнула щекой Марена.

— Самая лучшая, — в тон ей сказал я и услышал дикий крик, раздавшийся на палубе. — Вашу мать, это ещё кто орёт? Люди всё-таки подняли бунт⁈

— Вопль был предсмертным, — авторитетно заявила богиня.

Я сразу выскочил из каюты, едва не навернувшись из-за качки, которая, кажется, стала сильнее. Но всё же удержался на ногах и выбежал на палубу вместе с Мареной.

А там Древний вцепился рукой в горло матросу, приподняв его над досками.

Бедолага судорожно болтал ногами в воздухе, в ужасе уставившись вытаращенными глазами на осьминогоголового. А тот уже глубоко проник щупальцами в раззявленный рот лихорадочно дёргающегося смертного.

И если сказать, что