Степан Мазур - Клятва рода

— Тебя закинул ко мне Аватар?

— Да. Только непонятно зачем. Вместо моего брата я нашёл пару фанатиков поиска внеземных контактов. Понимаешь, они и на родине особо мозгами не отличались, но теперь совсем плохи стали.

— Пустыня влечёт много странных людей. Если хочешь уединения — иди в горы. Если понимания — в пустыню.

Сёма кивнул на старуху:

— Эта карга половину моего детства терроризировала мозг заветами Ильича, потом скиталась по всем курортам России, а потом просто исчезла вместе с новообразовавшейся сектой. Естественно в пустыню. Естественно за пониманием. Как же иначе?

— Это её путь. Ты же измучен своим.

— Есть такое. Можно спросить тебя, почему ты впал в спячку? Или что-то вроде этого. По слухам, ты спишь не первую сотню лет.

— Я не в спячке, просто не покидаю предел пустыни.

— Зачем?

— Здесь спокойно.

— Урбанистические тенденции надоели? Люди мелькают туда-сюда? Жуть, да?

Лич долго выдохнул, чуть позже обронил:

— Тебе рано слушать ветры пустыни. Уходи.

— Уходи? Куда? Я ищу своего брата. Меня забросили именно сюда.

— Его здесь нет.

— А ты знаешь, где он?

— Ты сам знаешь ответ. Покинь меня, Сёма. Есть место, где тебя сейчас ждут гораздо больше, чем здесь. Успокой свой разум. Твоё сердце там. Мы увидимся, когда придёт время.

— Но…

Вспышка света.

Россия

"Эдем-1." 31 декабря

Сёма, благословляя снег и ощущая, как секира примерзает к ладони, мог с закрытыми глазами бежать по знакомой дороге. Лич выбросил его в сотне метров от Эдема-1. Ощущая, после зноя пустыни кожу покалывает от перепада температуры, блондин сорвался в бег к родному дому.

Фигура в чёрном, появившаяся в двух метрах от него, прямо поперёк дороги, показалась чем-то бредовым и лишним в волшебном сне возвращения в родные пенаты. Совсем не так фантазировал возвращение.

— Сёма, сейчас ты просто должен мне поверить или всё закончиться очень плачевно.

— Что для тебя "всё"?

— Ты пройдёшь до дома Корпионовых и начнётся цепная реакция никому не нужного варианта будущего. Твой друг Кот вместе с Ладой лишаться памяти, переоценив свои силы на одной из открывающихся баз Антисистемы в Сибири. Оружие иномирья в руках конторы затрёт им человеческую матрицу мозга. Даниил прозевает покушение на свадьбе и, защищая невесту, примет телом два десятка пуль. Но самое страшное то, что Скорпион не сумеет справиться с Золо…

Сёма сморщился, стараясь уловить суть.

— … Истинно говорю тебе, ты войдёшь в дом, обнимешь сестёр и позвонишь Марии. Взяв автомобиль, помчишься к ней, будет долгожданная встреча, будет совместная встреча Нового Года в доме Скорпиона и двое суток тотального праздника. После случай раскидает вас: Кот с командой паранормов полетит в Новосибирск, Даниил, помогая Антисистеме за Уралом, получит ранение, которое не позволит перехватить автомат предателя и он умрёт. Скорпион не найдёт решения и тоже умрёт. К тому же ты сам из будущего просил передать тебе настоящему, что "лучше потерянный меч, чем уничтоженные семьдесят три страны". Понимаешь?

— Ты брат моего брата. Этот парадокс заставляет меня верить тебе. И я могу допустить, что после череды "восточных мудростей", и влияющих на мозг гор и пустынь, я должен мигом лететь хоть к чёрту на кулички, лишь бы того, что ты говоришь, не случилось. Но, чёрт побери, мне сложно что-то понять из твоих слов. Ты тоже ясновидящий до мозга костей?

— Те, кто перешагнул черту отпущенной человеку жизни, видят чуть больше…

— Чуть? Почему же не Родослав останавливает меня у шлагбаума посёлка, а его племянник?

— Дядя всегда делал ставку на волю случая, я же отчётливо вижу, как не хватает Даниилу сил, даже после наведённого сна на одно забавное событие в Манчжурии.

— Событие?

— Дядя видит в Харламове некую перспективу. Качает его для себя, подкидывая кое-какие крохи. Дед Даниила участвовал в спецоперации в тех землях, когда действие русского спецназа в последний период Второй Мировой спасло Владивосток, Хабаровск, Биробиджан, Благовещенск, Комсомольск-на-Амуре и ещё половину Дальнего Востока от применения бактериологического оружия. Видимо хотел напомнить, что Дальний Восток мог стать одной большой братской могилой милостью японцев, чтобы не особо-то напирал на американцев с их первым применением ядерного оружия. У Японии в загашнике было оружие и пострашнее ядерного. Как всегда, дядя верен паритету. На каждую страну, на каждое правительство и людей можно нарыть немало интересного, но вот когда это пускать в ход — забота таких людей, как наша большая, дружная семья, стремящаяся перегрызть друг другу глотки при первой возможности. Я говорю о Эмиссарах, Аватарах, Отшельниках, потомков богов и людей, добившихся за свои стремления чуть больше, чем добиваются обычные люди. Мне продолжать или ты готов в путешествие?

Сёма ощутил, как нервно дёргается глаз.

"Ну, вот и нервный тик заработал".

— Я всегда готов. Если дашь майку и подержишь секиру, хватай за шкирку и швыряй вдогонку брату. Если тёплой одежды нет, надеюсь брат в тёплой стране.

— Всё опять же не так просто. Поскольку планированием вектора событий занимаюсь не я один…точнее я лишь один из многих, кто им занимается… то и тут не всё гладко. В частности для тебя.

Блондин едва сдержал нервный смешок:

— Что там ещё?

— Тебе придётся стать козлом отпущения.

— Всего-то? И тогда все выживут?

Меченый помедлил в ответом, наконец ответил:

— Учитывая нездоровый интерес многих, будет чья-то смерть.

— Тогда какой смысл?

— Смерть одного человека лучше, чем многих. Мне снова повторить твои слова из другого витка варианта миров?

— Да к чёрту витки. Скорпион выживет?

— С большей вероятностью.

— Слушай, если будешь так говорить, возьму твою воображаемую линейку, которой ты что-то измеряешь в своём будущем и настучу по голове? Откуда ты можешь знать что там в будущем, если…

— Я знал, что ты согласишься, — пропустил последнее замечании Меченый. — Но есть ещё одно "но".

— Может, прямо здесь меня убьёшь? — Сёма запрыгал с ноги на ногу, пытаясь согреться. Управляемая терморегуляция на морозе помогала, но из-за больших перепадов температуры стала болеть голова.

— Это лёгкий путь, да и здорово повлияет на другие цепочки событий. Пойми, ты нужен миру живым. Да, целому миру. Эго ни при чём. Но я не могу подкинуть тебя прямо к месту событий, дать в руки оружие и направить удар. Это твой путь, ты сам должен дойти. Одет в чём есть, ты попадёшь в Лос-Анджелес. И у тебя будут только сутки, чтобы добраться до Нью-Йорка.

— А в чём трудность?

— А ты думаешь, я отпущу тебя за паспортом, подожду, пока оформишь визу или насыплю в каждую ладонь золота?

— Мог бы просто подарить кредитную карточку… Постой, если я не смогу без документов полететь в Нью-Йорк, то на автобусе или даже скоростном поезде мне тем более не успеть за сутки!

— Вот эту проблему ты и должен будешь решить… Если не хочешь ещё одной смерти.

— Хватит мне угрожать! Нужна чья-то смерть — возьми мою жизнь. Друзей не трогай.

— Красивые слова. Период максимализма. Ничего — повзрослеешь. На многие вещи будешь смотреть под другим углом зрения.

— Но что-то останется неизменным, как преданность дружбе. Секиру точно подержишь?

— С этим проблем нет.

— Тогда кидай. Точнее — закидывай. Но почему у меня такое ощущение, что гроссмейстер из тебя хреновый?

Вспышка…

Печальные глаза Меченого, пустая дорога, свист ветра и заснеженные сосны вдоль кюветов сменились рокотом прибоя и почти пустым, несезонным пляжем. По одну сторону песка был открытый океан, по другую — дома вдоль дороги и суетящийся народ.

Сёма устало упал на колени, вгрызаясь пальцами в мелкий, белый песок. Голова от нового скачка градусов вновь взвыла, в виски вместо молоточков застучало кувалдой. Захотелось упасть в песок лицом и завыть.

"Но это лишь момент слабости. Со слабостью надо бороться. Проклятая командировка. Сдался мне это Аркаим. И ведь уже ощущал тепло дома, а получил уравнение со множеством неизвестных и строгого учителя, который сам не в силах его решить. И с чего начать-то? Я не спал трое суток! Маша, видит Творец, я спешил к тебе как мог! Ну почему Новый Год на чужбине? Лера, отшлёпать бы тебя за твои причуды с истериками. Найду — накажу. В кой-то веки хотел домашнего покоя. Видно сам чёрт дёрнул за ногу бегать по тренировкам и нарваться на чернявого. Сидел бы дома, шпилил в приставку, мажорил всю беззаботную жизнь, развлекался с гламурными девахами, потом учился бы в Лондоне или каком другом зарубежном ПТУ. Лёгкая жизнь. И смерь в окружении ленивых детей, скучного взгляда жены и зевающих внуков. Только в голову будет бить уже не боль перепада температур, а вопрос — почему нет ощущения завершённости, насыщенности жизни?.. Кого обманываю? Ну как встал и пошёл крушить горы, пробивать лбом гранитные стены и касаться макушкой неба!".