Джеймс Лучено - Новый Орден Джедай: Посланники хаоса-1: Проверка на прочность

– После недавней оплошности у Орд Мантелл юужань-вонги вполне могут начать избегать этот сектор. Кроме того, – добавил он, набрасывая куртку поверх кобуры и застегивая ее, – какой им толк от кучки беженцев, путешествующих на ветхом лайнере?

Когда забитый под завязку тендер пошел на стыковку с когда-то величественным и роскошным лайнером, Хэн наконец-то осознал, что ему пытался вдолбить Ц-ЗПО на Орд Мантелл.

Из всего многообразия кораблей… подумал он, наблюдая за тем, как в поле зрения вплывает понюхавшая пороху и увядающая легенда – «Королева Империи».

Изначально принадлежавшая и управляемая корпорацией «Судоходные линии Хадж», чья лояльность Альянсу или Империи зависела от того, какая сторона больше предложит. «Королева» пользовалась спросом у пассажиров, путешествующих по маршруту между Кореллией и Гиндином с его множеством портов захода судна, а иногда и далее, в сторону края Галактики, к планете Нар Хекка в Космосе хаттов.

Немного больше в размерах, чем имперский «звездный разрушитель», корабль мог вместить десятки тысяч пассажиров, но вместо этого ограничивался всего лишь пятью тысячами, чтобы была возможность предоставить гостям не имеющие себе равных удобства, исключительный сервис и развлечения в таком количестве, каким вряд ли кто-либо был в состоянии насладиться. Специальные бассейны для каждого вида, гидромассаж, рестораны, торговые пассажи, климатические зоны и гимнастические залы, салоны для стрижки волосатых и полировки гладкокожих, джизз-холлы и танцзалы, обеспечивающие нулевую гравитацию, казино, наблюдательные блистеры и площадки для развлечений… и все это на большем количестве палуб, чем вообще можно исследовать в ходе одного круиза. Самым роскошным из ночных клубов корабля был холл «Звездные ветры», где пятнадцатирукие ругхджи наигрывали прекрасный свинг-боб, а стекающиеся со всех концов корабля пассажиры могли выплясывать маргенгаи-глайд с утра до вечера.

В зените своей славы «Королева» могла конкурировать с более старинным кораблем «Вестник Куамара» и мон каламарским звездным лайнером «Принцесса Куари», а для более новых судов, таких как «Тинта Палитра» и «Жемчужина Чарбы», была просто образцом для подражания. Но, будучи частой мишенью пиратов, магнитом, притягивающим метеоры, а однажды даже застряв на пять дней в гиперпространстве, «Королева» попала в черную полосу.

Хэну не доводилось бывать на борту, но он был в подробностях наслышан о корабле от Ландо, который как-то встречался на борту «Королевы» с Брией Тарен, первой любовью Хэна. Бриа уже тогда была высокопоставленным членом кореллианского движения сопротивления, а Ландо был щеголем, как, впрочем, и обычно.

Хэн был глубоко погружен в воспоминания весь путь до посадки на корабль, и, только вступив на борт, он наконец осознал, в каком тягостном положении в действительности находится «Королева».

В то время как он и горстка других, как это ни странно, были обладателями билетов, корабль был до отказа забит беглецами, жертвами войны, беженцами, прежде выброшенными на мель на Орд Мантелл или «Колесе фортуны», а ныне, по большей части благодаря усилиям Леи, находившимися на пути к различным мирам Колоний и Центральных систем.

Когда-то величественные залы и комнаты «Королевы» превратились во временные лагеря, наполнившиеся головокружительной смесью запахов и галдежом на всевозможных языках: представители сотен различных народностей прятались под импровизированными тентами и навесами, заботливо оберегая своих детей, домашних животных, а иногда просто скромные пожитки и пищевые продукты. Среди них бродили охранники и солдаты, по мере своих сил разрешая споры из-за территории или подозрений в воровстве, а иногда вмешиваясь в яростные схватки между представителями разных народов, разгоревшиеся из-за обычной дискриминации. Также по палубе циркулировали дроиды и торговцы с рук – многие под охраной, – которые распространяли по непомерной цене быстроприготовимую пишу, кожные добавки, сомнительные лекарства и талоны в портативные освежители, выстроившиеся в линию вдоль некоторых проходов.

Проталкиваясь сквозь толпы страждущих, Хэн следовал указателям, которые привели его в насыщенную кислым запахом тесную каюту, предназначенную для него согласно билету. Усевшись на краешек узкой кровати с округлой спинкой, он попытался обдумать ситуацию. Теснота каюты не волновала его; до Билбринжи было всего два гиперпрыжка, и по расписанию «Королева» должна была достигнуть места назначения через три дня по корабельному времени. Добравшись до цели – где у Хэна имелись необходимые связи и знакомства, – он мог бы сразу выйти на поиски Река или других членов Бригады Мира и, быть может, даже выяснить, что случилось с жертвами нападения юужань-вонгов на «Колесо фортуны».

На некоторое время он впал в дремоту и проснулся голодным – что неудивительно, поскольку он не ел ничего со времен легкого перекуса в баре казино «Госпожа удача».

Пассажирам, владевшим билетами, вроде бы предоставлялись особые привилегии, позволявшие посетить как кафетерий на верхней палубе, так и единственный ресторан, который еще не превратили в пристанище для беженцев. Но в действительности напирающие толпы народа к этому времени уже успели подавить все, что было призвано разграничивать вход, и кафетерий подвергся налету полуоголодавших пассажиров. К тому времени как туда прибыл Хэн, оставались только ограниченные порции съестного, а столовых приборов не было видно и в помине. Посетителям приходилось есть руками, когтями, клешнями и прочими конечностями, которыми их снабдила мать-природа.

Хэн оценивающе разглядывал свои руки, раздумывая, насколько опасна для его организма налипшая на них грязь, и тут вдруг вспомнил о комплекте для выживания, который ему передал Анакин (который ранее смастерил для него Чуи) – и который, на удивление, после всего, что приключилось с Хэном на «Колесе», все еще оставался пристегнутым к его поясу. И несомненно, среди прочих приспособлений в комплекте должна была содержаться вилка.

Хэн выдвинул необходимую ему кухонную принадлежность из скрывающего ее углубления и вклинился в толпу, окружившую буфетный столик. Продвинувшись ближе к подогревающимся подносам, он обнаружил, что остался всего один кусок мяса нерфа – пережаренный, хрящеватый, но Хэн все равно не собирался упускать такую возможность. Когда он протиснулся вперед достаточно, чтобы просунуть к подносу руку с вилкой, и наколол на нее кусок, то обнаружил, что в тот же момент и в тот же кусок вонзился коготь, принадлежавший пятипалой бархатистой руке.

Хэн крутанулся на месте и оказался лицом к лицу с рином, тем самым, в чьей компании он совершал побег с «Колеса». Цепкохвостый чужак был наряжен все в ту же яркую юбку – брюки, жилет и пеструю беретку.

– Ха! – тявкнул рин в радостном удивлении. – Я же сказал, что мы наверняка еще встретимся!

Хэн скорчил рожу.

– Но не настолько же скоро. Хоть бы лет пять прошло.

– Но ты не можешь бежать от судьбы, мой друг.

– Я пытаюсь, – оборвал Хэн. – Как бы то ни было, что ты здесь делаешь?

– То же, что и ты, – лечу, – он перевел взгляд на тонкий ломоть мяса. – Ну так кому достанется приз?

– Думаю, мы поделим его, – раздраженно бросил Хэн. – При условии, что ты съешь ту половину, в которую ты воткнул коготь.

Рин хохотнул.

– А еще говорят, что в мире не осталось чести.

Хэн переложил мясо в плохо вымытую тарелку, и они оба сели друг напротив друга за близлежащий столик неподалеку от смешанной компании суллустиан и биммов.

– Дрома, – представился рин, умащиваясь на стуле.

– Роки Лааму, – неохотно протянул в ответ руку Хэн.

– Должен сказать, Роки, что ты выглядишь намного лучше, чем в тот последний раз, когда я тебя видел.

Хэн почесал прямоугольник синтплоти, который Лея наложила на его лоб.

– Чудеса бакты. Хотел бы я…

– … сказать то же про тебя, – завершил фразу Дрома.

Хэн хлопнул по столешнице и раздраженно подался вперед.

– Нам с тобой нужно прийти к соглашению. Я не знаю, как это у тебя получается, но с этого момента держись подальше от моих мыслей, ясно?

– Это будет довольно трудно, – задумчиво брякнул Дрома.

– Это твои проблемы. – Мгновение Хэн пристально разглядывал его. – Но, кстати, как это у тебя получается?

– А ты не слышал, что ли, что рины славятся искусством гадания и предсказания судьбы? – шутливо полюбопытствовал Дрома.

– Ну да, а я тогда – рыцарь-джедай.

Дрома рассмеялся.

– Ну, это было бы преувеличением.

Хэн поморщился и воспользовался ножом из комплекта для выживания, чтобы перерезать мясной ломоть пополам – на почерневшей оборотной стороне попрежнему красовался товарный знак изготовителя, «Потребительские товары Небьюла».