Локки 9. Потомок бога - Евгений Валерьевич Решетов

чащи, оказавшись на холме. Под ним в пятидесяти метрах от пологого песчаного пляжа раскинулось небольшое поселение — домов этак на сотню. Оно оказалось полностью обнесено высоким бревенчатым забором и с трёх сторон окружено полями, засеянными злаками.

К посёлку вела дорога, и на ней уже виднелась пара телег, а среди колосьев пшеницы красовались крестьянские зады. Оно и понятно — в полях начинают работать рано.

— Ну-с, не впечатляет, — протянул я, положив Сварога на траву рядом с собой.

Размял затёкшие плечи и прикрыл ладонью богатырский зевок. Всё-таки бессонная ночь давала о себе знать.

— Зато здесь есть лодки, — указала рукой Марена на баркасы и небольшие кораблики, распустившие паруса в море.

Рыбаки тоже начинают свой промысел ранним утром.

— Итак, дамы и господа, — проговорил я, — мы можем пойти по силовому пути, просто отобрать лодку. А можем купить, но тогда не будет веселья. Апофису же в таком случае и вовсе придётся остаться тут, чтобы не пугать людей.

— Давай без веселья, — решила Марена, поправив белокурые волосы, которые каким-то чудом не свалялись в грязные сосульки, а все так же живо поблёскивали и радовали чистотой.

— А я с радостью ещё подремлю, — протянул дракончик и без стеснения зевнул во всю пасть.

— А когда ритуал передачи магической энергии? — спросила Мия у Древнего и заранее поморщилась, вспомнив ощущения, даруемые им.

— Может, он и не понадобится, — вдруг сказал осьминогоголовый, пошевелив щупальцами на подбородке. — Если в посёлке имеется маг-лекарь, то он, возможно, сумеет пробудить Сварога. Я практически всё для этого сделал.

— Может, лекарь и есть, — задумчиво потёр я небритый подбородок двумя пальцами. — Всё-таки на сто домов должно быть жителей четыреста, то и пятьсот. Плюс наверняка есть какие-то окрестные, совсем уж крошечные деревеньки. И все должны куда-то ходить лечиться. Весьма вероятно, что на такой хлебной должности, как лекарь, в посёлке кто-то да есть. Лишь бы этот кто-то оказался не совсем уж хреновым лекарем.

— Верно, — кивнул осьминогоголовый.

— Тогда пойдёмте, — произнёс я и начал спускаться с холма, бросив взгляд на Апофиса.

Тот торопливо вернулся под сень деревьев и завозился в густых кустах, устраиваясь вздремнуть. Я, если честно, был бы тоже не против где-то там прилечь. Однако, как говорится, труба зовёт.

Сварог снова свешивался с моего уже порядком натёртого плеча. А рядом вышагивали Марена, Мия и Древний, предусмотрительно накрывший свою внушительных размеров голову капюшоном плаща. Издалека, да и вблизи, его можно было бы принять за храмовника… очень башковитого храмовника. Но в этом мире частенько появлялись мутанты, так что местные люди, скорее всего, примут Древнего за одного из них.

Пока же мы миновали холм и вышли на просёлочную дорогу, покрытую густым ковром пыли. Взбитая нашими ногами, она щекотала ноздри. Мия даже чихнула в ладошку.

— Надеюсь, это смертельная болезнь, — покосилась на неё Марена и жестоко усмехнулась, блеснув белыми зубами.

Смуглянка сделала вид, что не обратила внимания на её слова, поглощённая созерцанием того, как крестьяне поднимают головы, глядя на нас, пока мы проходили мимо полей.

А уже возле самого посёлка нас заметил щуплый парнишка и шустро метнулся внутрь, явно чтобы кого-то предупредить.

И моя догадка оказалась верной: за приветливо открытыми воротами нас встретил десяток неплохо вооружённых хмурых мужчин в кожаных одеждах, с револьверами за поясом и саблями.

— Откуда будете, господа? — вежливо спросил один из них, окинув нас быстрым взглядом и мигом сообразив, что мы такие же простолюдины, как свинья — скаковая лошадь.

— Просто путники. Вот ищем лекаря, чтобы он помог моему другу, — похлопал я Сварога по ноге. — Ничего страшного или заразного. Просто он головой ударился и потерял сознание, да так ему понравилось в таком состоянии, что возвращаться не хочет. Мы вам тут никаких неприятностей чинить не будем и за всё хорошо заплатим.

— Премного рады, что вы посетили наш скромный посёлок, — поклонился нам мужчина, не став больше расспрашивать нас. — Дом лекаря в конце улицы, предпоследний.

— Благодарю, — сказал я и пошёл по хорошо утрамбованной улице.

По бокам нависали деревянные домишки на сваях. И все как один с крыльцом, двускатной крышей и затянутыми какой-то органической плёнкой оконными рамами.

Под ногами поблёскивали лужи свежих помоев, а все кошки и собаки стремились убраться с нашего пути, пугливо поглядывая на Марену. Животные чувствовали исходящие от неё эманации смерти. И не только они спешили сгинуть с глаз долой.

Женщина в чепчике и переднике схватила чумазого мальца и шустро скрылась с ним в доме, словно мы были чумными. Другие жители тоже попрятались.

— Какой пугливый народец, — фыркнула Мия, элегантным движением поправив волосы. — Наблюдают за нами, а выйти боятся, даже мужики.

— Ты уже забыла, какие «приятные» ребята местные дворяне? Вот народ и спрятался, чтобы не вышло чего, — проговорил я, вдохнув воздух, пропитанный запахами соли и рыбы.

— Главное, чтобы лекарь не сбежал при виде нас, — хмуро понадеялась Марена, кинув тревожный взгляд на безвольно болтающуюся голову Сварога, свисающего с моего натруженного плеча.

— Сейчас и узнаем, — сказал я, глянув на дом с деревянной вывеской. На той красовалось выжженное изображение ступки с пестиком и руки, окутанной магией.

Взойдя по скрипучим ступеням на крыльцо, я громко постучал, дабы перекрыть плеск волн и перекличку чаек, летающих над побережьем.

Тут же за дверью раздались шаркающие шаги, потом скрипнули петли, и на пороге появился крошечный старичок в белой рубахе и с длинной бородой, спускающейся чуть ниже выпирающего живота.

Он снизу вверх взглянул на меня добрыми голубыми глазами и расплылся в улыбке, добавившей ему сотню-другую морщин, изрезавших загорелое лицо.

— Чего изволите, господа? — сверкнул он крепкими белыми зубами, которыми можно было бревно перегрызть.

— Моему другу нужна помощь. Сможете дунуть-плюнуть, чтобы он пришёл в сознание? Мы хорошо заплатим, — произнёс я и снова похлопал Сварога по ноге.

— Попробую, попробую, — закивал тот и посторонился, пропуская нас в свой дом.

Мы всей толпой вошли внутрь и оказались в большой комнате. Там под потолком сушились связки одуряюще пахнущих трав, а у дальней стены на полках поблёскивали глиняные горшочки с подписанными бирками и пробками, залитыми сургучом. Чуть в стороне от них обосновался покрытый скатертью стол, окружённый стульями. А с противоположной стороны находилась кровать, сбитая из досок.

— Кладите, кладите его, — указал на неё сухонькой рукой старичок.

Я аккуратно сгрузил Сварога на соломенный матрац, подложив ему под голову подушку.

Старик сразу же подошёл к пациенту, помассировал собственные руки и приложил их к его вискам. Из пальцев потянулся светло-салатовый светящийся магический туман.

— Ну как? Вы справитесь? — тревожно выдала Марена, встав подле