Джеймс Лучено - Новый Орден Джедай: Посланники хаоса-1: Проверка на прочность

– Это обозначение дали вы или она сама? – поинтересовалась Эйкрот.

Шоволтер повернулся к ней.

– Она сама употребляла термин «любимица».

Все четыре оперативника вошли в примыкающую комнату, где на подушке, позаимствованной с выделенной ей койки, в медитативной позе сидела женщина юужань-вонг. Вместо того пышного экзотического одеяния, которое было на ней на тех двумерных изображениях, что довелось разглядывать Календе, сейчас Элан была одета в мешковатые штаны и верхнюю со-; рочку с капюшоном. Несмотря на диковинные татуировки, она выглядела еще более поразительной и величественной, чем на фотографиях.

Ее раскосые глаза ярко-голубого цвета распахнулись и заметались от одного лица к другому.

– Элан, это мои коллеги, – мято произнес Шоволтер.

Она уставилась на него.

– А где Вержер?

– Внизу… ест… по крайней мере ела, когда я видел ее в последний раз.

– Вы намеренно разлучили нас.

– Это ненадолго.

– А кто для тебя Вержер, Элан? – поинтересовалась Эйкрот, подойдя к койке и присев.

– Она – моя любимица.

Календа и Эйкрот обменялись короткими взглядами.

– Мы понимаем термин, но, вероятно, в другом контексте. Ты хочешь сказать, что Вержер для тебя – нечто большее, чем просто попутчица? – уточнила Календа.

– Ее можно назвать и так.

– То есть помощница и подруга.

– Она не подруга, она любимица, – Элан поудобнее устроилась на подушке. – Вы пришли, чтобы и далее проверять меня?

Календа присела сбоку от Эйкрот.

– Всего лишь несколько вопросов.

– Вопросов, на которые не смогли дать ответ ваши презренные сканеры и анализаторы? – на лицо Элан наползла злобная улыбка. – Как можно ожидать от машин, что они смогут разговаривать с живыми существами?

Календа выдавила из себя улыбку.

– Считай это нашим средством наладить знакомство.

– У нас, юужань-вонгов, нет подобных правил и средств. Мы легко разбираемся в других. А кто мы сами, написано на наших лицах, – она провела пальцами по своим узорчатым щекам. – То, что снаружи, отражает то, что внутри. Вы глупцы, если подозреваете, что внутри я не соответствую тому, о чем говорит мое лицо и мое тело. Почему вы отказываетесь предоставить мне политическое убежище?

– А юужань-вонги приняли бы одного из нас без лишних вопросов? – возразил Йинтал.

Элан одарила его суровым взглядом.

– Если у нас появляются сомнения или подозрения, мы применяем ломку.

– А что это – ломка? – поинтересовался явно заинтригованный Йинтал.

– Подходящее средство выяснить правду.

Эйкрот ждала, что Элан пустится в объяснения, но та вместо этого примолкла.

– Ты говоришь, что у тебя на лице написано, кто ты такая. Ты имеешь в виду свои лицевые отметины?

– Отметины? – повторила Элан с нескрываемым отвращением. – Я – жрица ЮнХарлы, – она коснулась сначала своего широкого лба, затем расщепленного подбородка. – Это лоб Юн-Харлы; это ее подбородок. Это не отметины. Я – элита.

– А почему тогда элита бросает свой народ и перебегает к нам? – напрямик спросил Йинтал.

Элан прищурила глаза, очевидно обдумывая вопрос.

– Среди нас есть разногласия. Не все юужань-вонги считают, что нам следовало пересекать пустоту, чтобы явиться в вашу Галактику. Точно так же, как многие не верят, что эта война является волей богов. Поскольку я жрица, причем высокого положения, я должна была дать вам возможность увидеть всю ситуацию целиком.

– Вы не можете смириться с массовыми убийствами и жертвоприношениями, которые до сих пор сопровождали всю вашу наступательную кампанию? – спросила Календа.

Элан повернулась к ней.

– Жертва – неотъемлемая часть всего существования. Мы, юужань-вонги, приносим в жертву себя так же часто, как и неверных. Является или нет ваша Галактика землей обетованной, она все равно должна быть очищена, чтобы сделать ее годной для жизни, – она сделала короткую паузу. – Но смерть – это не то, что мы желаем для вас. Мы желаем только, чтобы вы приняли правду.

– Правду, которую открыли для вас боги, – поддержала беседу Эйкрот.

– Истинные боги, – поправила ее Элан.

Когда заговорил Йинтал, в его голосе читалось презрение.

– Ты не жрица. Ты шпионка, притворщица. Корабль, с которого ты спаслась, был уничтожен слишком легко.

Глаза Элан сверкнули.

– Мы с Вержер уже спрятались в спасательной капсуле, когда началась битва. Мы не предполагали, что корабль может быть уничтожен. Мы стартовали… случайно.

– Даже если это так, почему ваши военные лидеры выставили против наших боевых судов такой маленький корабль, когда неподалеку находился более крупный?

Элан презрительно усмехнулась.

– А должна ли я судить о тебе по твоим размерам, человечек? Меньший корабль из двух был гораздо лучше вооружен. А почему, по-вашему, более крупный корабль сбежал с поля битвы сразу после уничтожения его отпрыска?

Йинтал посмотрел на Календу и Эйкрот.

– Она лжет.

Элан устало вздохнула.

– Вы – подозрительный народ. Я пришла, чтобы сделать вам добро.

– Каким образом, Элан? – полюбопытствовала Календа.

– Вы должны отвезти меня к джедаям. Я смогу предоставить им информацию о заражении.

Йинтал подошел к ней почти вплотную и стал открыто оценивающе ее разглядывать.

– А что жрица может знать о болезнях?

Она мотнула головой.

– Это не болезнь. Это реакция на споры кумб. Джедаи поймут.

– А почему ты не можешь просто рассказать обо всем нам? – спросила Календа, – Почему так важно встретиться именно с джедаями?

Элан обострила взгляд.

– Расскажите им обо всем, что я сообщила вам, и они все поймут.

Йинтал отошел от нее на шаг, после чего круто развернулся.

– Нам нужно доказательство, что ты явилась к нам как благодетель, а не как шпион.

Элан развела руки в стороны.

– Вы видите меня. Какое еще доказательство я могу предоставить?

Йинтал сомкнул губы и присел перед ней на корточки.

– Разведданные.

Лицо Элан было скрыто облаком недоумения.

– Это все, что вам нужно?

– Дай нам что-то, с чем мы сможем прийти к начальству, – настаивала Календа. – Если то, что ты сообщишь нам, подтвердится фактами, быть может, мы удовлетворим твой запрос и позволим тебе встретиться с джедаями.

Элан несколько секунд обдумывала это.

– Мой орден тесно сотрудничает с воинами, чтобы убедиться, что божественные предзнаменования выполняются и приносят плоды. Мы предвидим, какую тактику следует применить…

– Скажи нам, куда будет нанесен следующий удар, – потребовал Йинтал. – Назови планету.

Элан уже открыла рот для ответной реплики, когда из холла донесся жуткий грохот, сопровождаемый приглушенными воплями на общегалактическом и ногрийском.

Пока Календа и Эйкрот вскакивали с койки, высокий, крепко сбитый мужчина прорвался сквозь дверной проем и, споткнувшись, повалился на пол, но тут же мгновенно вскочил. Облаченный в традиционное одеяние космолетчиков, он несколько секунд стоял в дверях, покачиваясь и изучая обстановку. Кровь сочилась сквозь прорехи в его комбинезоне, а также из порезов, расчертивших его лицо. Остановив взор на Элан, он запустил указательный палец правой руки в небольшую складку рядом со своей правой ноздрей и издал чудовищный юужаньвонгский клич:

– До-ро'ик вот пратте! (Горе нашим врагам! (вонг.) – традиционный боевой клич юужань-вонгов.)

Далее одновременно произошло сразу несколько вещей.

Словно по собственной воле, кожа человека стала сползать с его лица, открывая жуткую, уродливую маску из завитков и волнистых линий. Из-под его одежды стали доноситься лопаюшиеся и щелкающие звуки, поначалу заглушенные его кличем, и в конечном счете из его штанин вылились два желатиновых потока, которые слились в единую массу, после чего метнулись в сторону, как ожившее масляное пятно.

Элан вскочила на ноги и уткнулась спиной в стену, шипя и рыча на незваного гостя и выпуская из своих длинных пальцев острые когти.

– Убийца! – пронзительно вскрикнула она, оскалив зубы. – Меня выследили!

Йинтал крутанулся на месте и встал на пути у убийцы только для того, чтобы получить удар в лицо, от которого его шея хрустнула, словно тонкая веточка. От удара человечек пролетел полкомнаты и у дальней стены столкнулся с Шоволтером, повалив его на пол.

Убийца уже был готов наброситься на Элан, когда был внезапно атакован сзади Мобвехаром и Хакраимом, на жилистых конечностях и бугристых черепах которых уже поблескивали алым порезы и ссадины. Двое ногри пихнули юужаньвонга к боковой стене помещения, где он едва не столкнулся с Элан, которая в последний момент поднырнула и закатилась под койку.

Юужань-вонг и стена встретились лицом к лицу, и от этой встречи затрещали его лицевые кости, – на мгновение показалось, что яростный натиск двух ногри имел успех. Но воин распрямился и могучим взмахом сбросил двух противников со своих плеч, вынудив их совершить полет к дальнему углу комнаты, увенчавшийся смачным столкновением с противоположной стеной.