Джеймс Сваллоу - Кровавые Ангелы: Омнибус

Рон выкрикнул проклятие на старом племенном языке своего клана, желая отступнику Фабию встретить смерть в клыках терразавра, бродящего в джунглях Кретации.

Он врезался в землю и выбил в плите небольшой кратер на месте своей смерти. Чудовища, неустойчивые, но быстрые, на своих новых мутациях приземлились вокруг трупа, некоторые опустились на колени перед лужей крови и мяса Рона.

ЧЕЛНОК, везущий Магистра Сентикана и тело брата Ридая к «Невидимому», стал едва различимой блесткой в небе, прежде чем лорд Сет обернулся к господину Мефистиона и вновь повторил свои требования.

— Этот ваш конклав превращается в бедствие, Данте. Вы должны были прийти ко мне первым, один. Мы, обсудили бы все и возможно нашли решение, которое смогли вместе навязать.

— Я ничего не навязываю, — твердо ответил Данте. — Я прошу, чтобы мои родичи помогли мне, и верю, что они поступят по воле Императора.

— А если воля Императора, в том, что вы не благоденствуете, что тогда?

Мефистиону хотелось заговорить, но эта беседа была не для людей его ранга, она касалась только Магистров.

И затем пришла боль. Прикосновение тьмы. Безмолвный нож психического шока, прошел по душе. Он пошатнулся и услышал, что лорд обращается к нему. Библиарий зашипел сквозь стиснутые зубы. Раньше, в Приделе, был крошечный миг, когда он думал, что ощутил нечто, но оно исчезло настолько стремительно, что он не смог его рассмотреть. На сей раз было по-другому. Он ощутил легкий привкус пси-следа, увидел, как ревущий череп открыл пасть, чтобы поглотить человека, облаченного в ауру смерти, а затем захлопнуться за ним.

Мефистион сосредоточился, чтобы изучить видение и найти его смысл. В тот же миг изумрудная вспышка взорвалась в небе высоко над ними. Телепортация? Он ощутил внезапное появление новых разумов: диких и управляемых гневом.

— Нападение! — закричал он. — Они здесь!

ПЕРВЫЙ Капитан Лотен умер, когда мутанты вырвались из служебных каналов под его ногами.

Аргаст поднял голову и увидел Мефистиона и Данте, мчащихся к ним по коридору, рядом бежал Сет. Лотен рывком вытащил болт пистолет и предложил жрецу, следовать за ним, чтобы добраться до Магистра Ордена и обеспечить его безопасность. Один из людей Лотена, почетный гвардеец Гарит, рассказал Аргасту про энерго-провидцев, которые заревели, когда обнаружили формирование пузыря телепорта над монастырем. Тщательно созданные сенсоры-сервиторы были системой дальнего обнаружения крепости, но даже их паническая реакция оказалась не достаточно быстрой. «Существа», так их назвал боевой брат. Существа как то на арене, но теперь их десятки, и они быстрее. Посты охраны и казарменные рабы в готическом комплексе молчали или сообщали о мелькающих созданиях, которые двигались как астартрес, но воняли безумным кровавым голодом.

Это казалось не возможным. Твари вроде той, которую Рафен убил в яме, были лишь безмозглым мясом, недалеко ушедшие от органических автоматов. Смертоносные, да, но без подлинного интеллекта …

Почему же тогда их не могут поймать? Где они прячутся? Аргаст увидел, что Лотен уже задал себе те же самые вопросы и получил те же самые ответы. Звери двигались в стиле «ударь и беги», механически сражаясь прямо по орденским обучающим записям и страницам Кодекса Астартес. Нанести удар и бежать, убивая и, если верить Гариту, пожирая жертвы. Несколько секунд назад, Аргаст высмотрел распотрошенного сервитора-писца, сваленного в нишу с солнечной стороны молитвенных залов. Абсолютная бескровная бледность плоти мертвого дрона не ускользнула от его внимания, и он шепотом проговорил стих отражения Вермилионской Литании.

Впереди Лотен потянулся, чтобы подозвать к себе Данте. Тогда это случилось. Стальные желоба протоков взорвались и зверей, которых собралось слишком много, чтобы поместиться в таком маленьком пространстве, просто выдавило из него. Первый Капитан закрутился среди них в кровавом вихре и развалился на части.

МЕФИСТИОН почувствовал, что разум брата капитана Лотена умер, как и тело. Этот удар задрожал, словно струна диссонанса среди хора мыслей. Мутанты повалили в коридор, нападая на людей из отряда Лотена, хватая, грызя и хлеща. Выстрелы громко лаяли, отзываясь эхом на лестнице. Лорд Смерти зарычал и бросился в схватку. Он проклинал себя за то, что в руках нет силового меча — Клинка Разума Витарус, который по воле Данте остался в его палате на весь срок конклава — но, тем не менее, у псайкера было оружие, которому никакой уродец не мог и надеяться противостоять. Мефистион высвободил пси резерв внутреннего ускорения, он ощутил мощь героев, когда она хлестнула сквозь него. Псайкер стал флюидом, быстрее, чем свет, поражая и разрывая тварей.

Он подобрал упавший цепной меч Латена и распорол мутанта с колючими шипами, выросшими на каждом клочке плоти. Он полоснул тварь вниз и прикончил ее жестокими, неудержимыми ударами. Затем атаковал другую, жилистую тварь с похожими на канаты руками, выходящими из тела космодесантника, которыми та пыталась душить, и убил, развалив ее надвое.

Мельком он видел другие схватки. Лорд Данте с болтерами в обеих руках, хладнокровно превращает мутантов в мокрую кашу. Аргаст, поверг когтистого человека-зверя навершием своего крозиус арканум. Сет, душил клона сгибом локтя, и другие воины сражались и умирали.

ТВАРИ оказались быстрее. Мутанты убили свою добычу и сбежали, разбрызгивая кровь ран и жертв, разбегаясь во все стороны, таща за собой разорванное мясо. Каждая двигалась к цели — как будто, Трон побери, знала крепость. Знала так же как Аргаст, и его братья, место, где каждая ниша и проход могли бы быть затеряны среди километров камня, стали и стекла.

Более чем сто Кровавых Ангелов, живых и мертвых, заключены в их ДНК. Слова Цека о первом репликанте пришли к нему на память. Клон будет в состоянии воспринять мышечные рефлексы и генетическую память каждого из них. Аргаст обменялся взглядом с Мефистионом и знал, что лорд Смерти думал о том же самом. Старший апотекарий не лгал. Эти твари больше чем животные. Это как с покинутыми из Гвардии Ворона, но теперь в нашем собственном Ордене.

Он сделал паузу, чтобы перевести дыхание. Нападение было настолько быстрым, настолько необузданно диким, что заставило их дрогнуть.

Данте говорил в вокс на запястье.

— Это командующий, всем постам и заграждениям. Звоните в колокол монастыря и запечатайте крепость, — приказал он. — Все ворота закрыть, все барьеры поднять. Ничто не должно выйти из крепости без моего приказа.

Сет, совершивший собственное убийство, очищал куртку от крови и кусочков плоти.

— Мы должны вытеснить тех тварей, а не закупоривать их.

— Я не согласен, — пришел рычащий ответ. — Этим существам нельзя позволить бесконтрольно бродить. Они будут загнаны и затем истреблены, — глаза Данте вспыхнули. — Я прослежу за этим.

Расчленитель присел, глядя на труп одного из мутантов почти с восхищением.

— Любопытно. Такая жажда кровопролития и точная жестокости. Эти твари стопроцентные монстры, верно? Я не думал что кто-то вроде брата Цека, способен создать подобное.

— Я тоже, — согласился Данте.

Вопреки здравому смыслу Аргаст также подошел к одному из мертвых зверо-людей.

— Лишь среди роты смерти, я видел такую жажду крови, и даже тогда направленную только на ее пролитие.

Мефистион медленно кивнул.

— Их ведут Гнев и Жажда, почти абсолютные, капеллан, — сказал он. — Для них это тоже что воздух для вас и меня. Эти выращенные в чане уроды — это мы, обнаженные до животного скрытого под человеком, — псайкер говорил с мрачной откровенностью воина, который видел ту же тьму в себе. — У нас нет выбора. Мы должны убить их всех до одного.

— Если кровь то, что они ищут, — сказал Сет, — тогда твари могут ударить снова, чтобы найти ее. Возможно, в медицинском комплексе, или в другом месте.

На лице Данте возникло холодное беспокойство.

— Где брат Корбуло?

Жалобный перезвон большого колокола разнесся по коридорам крепости-монастыря.

ВО ВТОРОЙ раз за один день сангвинарный жрец шел на призыв в Часовню Красного Грааля. Служба Корбуло священному артефакту требовала, чтобы он посвятил все свое внимание обеспечению его безопасности. Поэтому, когда крики сервиторов предупредили о готовящемся нападении на крепость, часовня стала его первой заботой. Он не тратил время гадая, кто или что мог быть нападавшим. Корбуло не позволил себе задуматься о том, что за тысячи лет Ваал никогда не был жертвой такого вторжения. Он лишь выполнял долг защиты Красного Грааля.

Держа в руке цепной меч, Корбуло вошел в часовню. Лазерные датчики, скрытые в глазах посмертных масок на стенах, обмахнули его красным светом и приняли данные, открывая плиточный пол над головой, так чтобы он мог войти.