Анатоль Нат - Операция "Бешеные лошади"

Задержаться, несмотря ни на что.

Это было плохо. Он нутром чуял что отпущенное им время кончилось и часы теперь уже тикали обратный отсчёт.

— Что? — мрачно повторил он свой вопрос.

— Цундап! — тихим, бешеным от радости голосом, медленно, по слогам проговорил Витёк.

— Что цундап? — непонимающе уставился на него Димон. Ему вдруг показалось что тот заговорил на каком-то незнакомом, чужом языке.

— Мотоцикл "Цундап"! Немецкий! Супер! Класс!

— Мноха! — Витёк в возбуждении широко развёл в стороны руками и яростно потряс ими. — Целые! Беушные, но в комплекте! Даже с MG-шкой на сошке.

— Патронов опять нет, — тут же сбавил он восторженные обороты, уныло протянув с фальшивой грустью в голосе. Похоже, что в этом случае отсутствие патронов его уже не особо волновало. ЭТА НАХОДКА перевешивала все возможные недостатки.

— Сколько? — сухо уточнил Димон.

— Мноха! Не сосчитать! — с непередаваемым восторгом в голосе прошептал Витёк. В стоящей вокруг оглушительной тишине его тихие слова раздались словно гром среди ясного неба.

Оглянувшись, Димон помрачнел ещё больше.

— "Всё! — окончательно понял он. — Такую добычу эти пацаны не отдадут. А этот гад специально так подгадал момент, чтоб все всё слышали. Понимает, что иначе я бы его послал".

— Пошли, посмотрим, — решительно развернулся он к раскопанному входу в подвал.

— Не стоять, не стоять! — рявкнул он на столпившихся вокруг егерей. — Пушки цеплять к задкам фургонов, запрягать вторую пару лошадей и заканчивать погрузку снарядов. Шевелись! — рявкнул он. — Если вернусь и всё сделано не будет, шкуру спущу!

По радостной суете, завертевшихся тут же егерей он с тоской понял, что все с нетерпением ждать будут его возвращения… И лучше бы ему вернуться с радостной вестью, что это именно то, что все подумали, иначе… бунта было не избежать.

Первые лучи солнца позолотили верхушки взорванных казематов кругом, когда перегруженный добычей караван фургонов медленно наконец-то тронулся с места. Это было нечто!

Даже сам Витёк, главный инициатор этого грабежа и в мыслях не предполагал что большие вроде бы казалось фургоны, вдруг оказавшиеся почему-то такими маленькими, можно было так нагрузить. Крепкие зелёные тенты специальной защитной расцветки, ценность баснословная, словами неописуемая, были безжалостно сброшены на землю. Чтоб не мешали. И над верхами высоких бортов, чего только не торчало.

Витёк сказад правду! Мотоциклов "Цундап", на склад которых он наткнулся, действительно оказалось МНОХА! Они там были совершенно разных видов: с колясками и без, с пулемётами MG и без, разобранные на запчасти и целые, со всякой навеской и ободранные до голой рамы.

И теперь всё это богатство высилось горой над последним четвёртым фургоном.

Вдохновлённый нежданной, колоссальной добычей, Димон теперь уже сам не церемонился и безжалостно приказал выкинуть из последнего, четвёртого фургона своих драгоценных раков. Оставили лись одного, самого большого, первого найденного. Хрустальные же короба остальных безжалостно откинули в сторону, чтоб не мешались и место не занимали. Такой короб ещё можно было сделать, пусть и дорого, а вот мотоциклы, занявшие их места, в это мире добыть было негде. И привычная, знакомая подружка Димона — жаба, в этот раз даже не пискнула.

Даже она в этот раз оказалась довольна, когда четвёрке запряжённых в перегруженные фургоны лошадей с трудом удалось сдвинуть добычу с места. Но и этого парням показалось мало. Ко всем трём оставшимся у отряда ещё свободным лошадям, которым не нашлось места у передка фургонов, на длинных постромках были приспособлены ещё по одному мотоциклу с коляской, с высящимися высоко над колясками разобранными на запчасти очередными цундапами.

Димону, поначалу думвшему что такое невозможно, быстренько объяснили, что возможно и не такое, и что главная проблема найти непроколотые шины, которые можно было бы подкачать, чтоб облегчить тяжесть волокуши лошади. И с этой небольшой проблемой, да при таком-то выборе, справились легко.

Столько, сколько они взяли, казалось было взять невозможно.

Но оставалось ещё больше. И парни лихорадочно носились по формируемому обозу, в ажиотаже пытаясь пристроить куда-нибудь ещё хоть что-то. Казалось, лихорадка грабежа застила всем разум.

В отличие от всех, Димон ни на секунду не забывал почему и зачем они здесь находятся. И о том, что с каждой секундой безвозвратно уходит отведённое на возвращение время, он помнил каждое мгновение. И когда с остервенением голыми руками отбрасывал с пути куски битого кирпича и доставал из-под завала большие зелёные ящики со снарядами, и когда лихорадочно, с надрывом заталкивал и упаковывал в освободившимся фургоне первый цундап. Он буквально физически чувствовал что время уже вышло.

Потому Димон никому и не позволял расслабляться, и когда в тёмном ночном небе засерели первые признаки рассвета, он безжалостно принудил всех сворачивать лагерь и отправляться в обратный путь, домой.

Теперь главной их задачей было сохнанить награбленное.

Без ужина, без сна, оставив за собой развороченные останки разрушенного каземата с разграбленными подвалами, не скрывая следов своего пребывания здесь, даже не позавтракав, они вышли в дорогу.

Лишь на одно дельце задержались. Группа Витька, как оказалось в тайне ото всех самостоятельно занималась у себя на Ягодном Острове ещё и изучением подрывного дела. И теперь у них появилась прекрасная возможность применить свои, до того сугубо теоретические знания на практике, заминировав всё, что они не смогли с собой вывезти.

Жаба, которая теперь натурально душила Димона, не позволила ему оставить всё найденное ими богатство просто так, в открытом доступе для всех. Да и хоть слабая, но надежда была что оставленный ими подарочек хоть ненадолго задержит погоню. А что она будет, никто не сомневался.

Уж слишком много они оставили следов, слишком явных следов на этом месте, чтобы уходя, не позаботься о преследователях.

Сам рассвет встречали уже далеко от этого места. А вечером наткнулись на место последнего боя сбежавшего отряда. Недалеко они ушли, не далее дневного перегона.

Богом забытые каменные руины сожжённой когда-то мельницы на берегу какой-то безымянной речки с остатками разрушенной плотины ни за что бы не привлекли их внимания. И если бы не тучи воронья, кружившиеся над развалинами, они бы так и прошли мимо.

— Двенадцать.

— Откуда ещё двое? — хмуро буркнул Димон, глядя на собранные в развалинах и сложенные в ряд под стеной трупы бывшего ведуновского отряда.

— Наших трое с ними ушло…

Незаметно подошедший сзади Витек, словно обухом по голове врезал по Димону своими тихими, безликими словами.

— Трое? — вдруг враз осипшим, севшим голосом, неверяще переспросил Димон. Широко распахнутыми глазами он потрясённо смотрел на стоящего перед ним десятника.

— Трое, — нехотя кивнул Витёк, отводя взгляд. — Как видишь, страх перед тихой смертью оказался сильней долга и присяги.

— Не похоже, что у этих была тут тихая смерть, — Димон зло кивнул на трупы. — Хорошо, хоть живыми им в руки не дались, иначе бы так легко не умерли.

Если наших трое ушло, то кто же к нам прибился? — задумчиво уставился на Витька Димон. — Я же при выходе пересчитал всех по головам. Нас как было, так и есть ровно одиннадцать человек. Кого же я в темноте не разглядел?

— Трое ведуновцев, — хмуро буркнул Витёк. — Я их сам только что заметил, — виновато пояснил он. Десятник, прохлопавший бегство своих людей и незаметную замену их чужими, невысокого стоил.

Роман, плюс ещё тот парень что нашёл череп обгложанный скелет, Шура Долгопятый, и Цыпа. То есть Клещ. Тьфу ты, — выругался Витёк. — Цыпкович Игоряня, — поправился он.

Вот же прилип, сволочь, — недовольно проворчал он. — Приличные парни погибли, а эта тварь… Выжила, да ещё долю свою получит.

Погибших быстро похоронили и больше у мельницы их ничего не задерживало.

Наверное они всё же успели уложиться в последние отведённые им для жизни минуты, раз так и не попались никому на глаза.

Или непонятное какое-то безпокойство, которое всю прошедшую ночь буквально сжигало Димона изнутри, криком крича, как можно быстрей убирались из руин, наверное и спасло их всех.

Не прошло и пары часов, как последний фургон скрылся за горизонтом, как на руинах разрушенного города появились ящеры. И не прошло часа после их появления, как на то же самое место вышел конный разъездДорожного Патруля амазонок.

И тут экспедиции повезло вдвойне.

Прекрасно поняв на что они тут наткнулись, обе группы конкурентов схлестнулись между собой насмерть. И лишь к вечеру вторых суток выяснили кому достанется добыча, дав экспедии время затеряться среди проток и озёр.