Песня для Корби - Эгис Кин Румит

провалилась сквозь серую субстанцию монстра и начала распадаться, превращаясь в серебристо-алое облако.

– Бирюлево – мировая столица бейсбола, мать твою! – заорал на нее Комар. Он все еще держал в трясущихся от напряжения руках поднятую для замаха гитару. Корби увидел знакомый узор из осенних листьев на ее грифе.

***

– Срань господня, – произнес Комар. – Я порешил эту девку.

– Она уже была мертвая, – задыхаясь, ответил Корби.

Не опуская гитару, Комар показал взглядом на того, кто приходит из долин.

– Что это за хрень? – непослушным голосом спросил он. – Я и этой хрени могу навалять.

– Бесполезно, – сказал Корби. – С ней придется делать что-то другое.

За спиной Комара послышались шаги, и из-за поворота коридора выбежал Однокрылый Ангел. Корби устало сел на полу и посмотрел на Андрея.

– А это что за перец? – спросил про него Комар.

– Это художник, который здесь все нарисовал, – ответил Корби.

– Тот самый? – уточнил Комар.

– Да, – подтвердил Корби. Андрей лежал совершенно неподвижно, как будто умер, но Корби знал, что он жив. Он все так же крепко держал монстра.

– Что случилось? – спросил Алекс. Уже подбежав, он невольно отступил от них с Андреем на шаг назад.

– Алеся с вами? – вместо ответа спросил Корби.

– Она уснула у Ани на руках, – сообщил Однокрылый Ангел.

– Надо ее разбудить, – сказал Корби. – Андрей умирает.

Его слова возымели действие. Алекс, не задавая больше вопросов, бросился обратно. Наступившую тишину нарушил Комар.

– Она исчезла, – сказал он. Корби проследил за его взглядом и увидел, что от девушки-убийцы осталась только серебристая слизь. В центре лужи еще были пятнышки крови, но они со всех сторон затягивались ртутью.

– Неважно, – сказал Корби. – Сколько сейчас времени?

– Около часа ночи, – сообщил Комар. – Может, ты все-таки хоть что-то объяснишь?

Монстр разбросал по полу свои жгутики, и Комар шарахнулся от них в сторону.

– Это тот, кто приходит из долин, – сказал Корби.

Услышав свое имя, чудовище повернулось к нему.

– Тебе обязательно держать его за руку? – спросил Комар.

– Да, – подтвердил Корби. – Иначе нам всем станет очень плохо.

Комар сглотнул.

– У него есть лицо? – поинтересовался он, неприязненно вглядываясь в того, кто приходит из долин.

– Кажется, – подтвердил Корби.

– Это же твоя мама, – вдруг сказал Комар.

Корби посмотрел на чудовище – и действительно увидел родное лицо. Но оно появилось не так, как лицо его отца. Оно было серебристым, по эфемерной коже ползли капли стекловидной слизи.

– Корби, – произнес знакомый голос, – ты делаешь ошибку. Тебя обманули.

Двое подростков не могли оторвать взгляда от поддельного лица. Корби подумал, что его мать никогда не была так красива. Он знал, что это не она, и все равно продолжал смотреть.

– У тебя украли душу, – прошептал монстр, – а у меня – мое царство. Давай объединимся. Ты, я и Андрей. Мы сможем вернуть вселенной былую красоту.

Тени залегли под черными глазами, волосы струились вокруг лица, легкие, как воздух, подвижные, как змеи.

– Братик сказал, что ты будешь врать, – прервал сладкие речи звонкий голос сестры Андрея.

***

Корби моргнул и будто очнулся. Он увидел, что Комар приблизился к ним с монстром и наклоняется, почти целует призрачное лицо. Корби схватил его за руку и потянул назад. Монстр выбросил к лицу Комара свои щупальца, но он уже упустил свой шанс. Комар вздрогнул и шарахнулся от него. Алеся подбежала к Андрею.

– Братик, братик, братик Андрюша, – позвала она. Потом упала на колени, запустила руки в светлые волосы брата, наклонилась и поцеловала его в лоб. Корби в очередной раз поразило их сходство. Они оба как будто были сделаны из одного луча солнца. И хотя Андрей лежал бледный, умирающий, а личико его сестры несло на себе следы усталости и недосыпа, они оба словно светились в полутьме коридора.

Тот, кто приходит из долин, потянулся к девочке, но Андрей, разбуженный прикосновением сестры, открыл глаза и сильнее сжал свою руку на руке чудовища. Жгутики слизи обессилено опали.

– Братик, – повторила девочка.

– Я мечтал тебя увидеть, – прошептал Андрей.

Он вдруг повернул голову и посмотрел на Корби.

– Ты все сделал правильно, – сказал он. Корби встретил его взгляд. Он ясно вспомнил, как дал с друзьями клятву у ручья. Клятву стать лучшими. И тут же он ощутил, что Ник и Ара рядом, смотрят его глазами на все происходящее.

– Я старался, – предательски слабым голосом, ответил он, – хоть я и не знал, что я делаю. Я… – он запнулся и сбился. – Прости меня. Я не видел, какой ты.

– Ты всегда был моим лучшим другом, – сказал Андрей

Корби на глаза навернулись слезы. Его голос дрогнул.

– Но это же неправда, – возразил он.

– Сестра и друг, – прошептал Андрей, – слушайте меня. Вы должны кое-что узнать.

Собираясь с силами, он перевел дыхание, потом продолжал.

– У некоторых людей две души, – сообщил он, – одна – человеческая, а другая – волшебная.

Корби смотрел в его лицо, не смея перебить. Ему казалось, что он ничего не понимает, но все равно должен слушать.

– Волшебная душа не должна оставаться с людьми, – продолжал Андрей. – Когда они взрослеют, она уходит очень далеко.

Своей свободной рукой Андрей взял руку Алеси.

– Братик, – нежно сказала она.

– Но из-за того, кто приходит из долин, мне пришлось вернуться назад, а свою человеческую душу я отдал тебе, сестренка, – сказал Андрей. – Ты моя душа.

Алеся гладила его рукой по голове. Ее собственные волосы почти касались его волос. Они были одного цвета, тон в тон. Андрей перевел свой взгляд на Корби.

– Наши души подружились вдалеке – там, куда они уходят, – сказал он. – Мы были вместе очень долго, просто ты, который оставался здесь, про это не знал.

– Я, который здесь, и я, который там, – еле слышно произнес Корби. Он вспомнил полет над зеленой страной, смех и свет, ручей.

– Я сразу тебя узнал, как только увидел, – прошептал Андрей. – Но я не мог, не знал, как показать и объяснить тебе все это.

– У тебя получилось, – ответил Корби.

Андрей снова посмотрел на сестру.

– Мне скоро придется уйти, – сказал он. – Я умру, если останусь здесь. Прости меня.

– Я знаю, братик, – ответила Алеся. – Но ты ведь будешь мне сниться?

– Буду, – обещал Андрей. Корби не выдержал и все-таки заплакал. Его охватила страшная грусть. «Все это было только ради того, чтобы он все-таки умер», – подумал он. Андрей прикоснулся рукой к его мокрой щеке.

– Твоя душа, – сказал он, – теперь не так далеко от тебя. Ты можешь больше. Ты сможешь даже видеть наши встречи там. Наша дружба не кончится моей смертью.

Корби ощутил его теплое прикосновение. «Нет, –