Маги Канверона - Ксения Котова
Фейвин шагнул обратно к двери, но теперь снаружи была не лестница, а коридор. Стены плыли и тонули в сиреневом мареве, и сквозь них проступали странные размытые образы. Ревин прищурился. В глазах и Втором Зрении чудовищно рябило, отчего кружилась голова. «Незримые» будто погрузили внутренние помещения башни в бескрайний зеркальный лабиринт, где отражения перетекали одно в другое, слоились и дробились без конца.
Прыгун сдвинул брови. Терн напряжено убрала ладони в рукава, боясь коснуться отражений. Ревин подготовил серо-коричневое плетение против иллюзий, но Дамис перехватил его запястье.
— Стой! Тут не только обманки, но и искажения пространства.
— Вот ведь…
— А еще Смерть добавляй с умом, — Дамис указал на свою сумку. — Лечебные зелья. Шарахнешь — испортятся.
— Что еще есть? — деловито поинтересовался Ревин.
Дамис расстегнул сумку, и Ревин пробежался взглядом по пробкам. Торжествующе сверкнув глазами, он выдернул флакон с сияющей белой жидкостью и поднял над головой.
— Все пьем, живо! Зелье «Утреннего ока». Хоть иллюзии отсеем. — Маг первым сделал глоток.
Терн кивнула, взяла склянку, отпила и передала флакон Фейвину. Дамис был последним. Про Рисса никто не подумал.
«Око» сработало мигом. Тело Ревина словно пронизали молнии, и немалая часть отражений поблекла. Зелье Мелары даст ясность лишь на две минуты, но Фейвин успеет справиться с искажениями.
— Не стоим! — вокруг прыгуна завертелись полупрозрачные многогранные фигуры. Он азартно усмехнулся. — Я выведу нас прямо наверх. Пускать против меня пространство? Флавин-Флавин…
— У него есть что-то посильнее? — на всякий случай уточнил Ревин.
— Нет! — расхохотался Фейвин. — В этом-то и вся прелесть!
Его заклинание вонзилось в преломлявшееся пространство, перекраивая на свой лад и меняя траекторию движения отражений. Лестница выгнулась под невозможными углами, двери появлялись и исчезали. Ревину даже казалось, что иногда он со спутниками бежит по стене или потолку. Фейвин держался впереди, манипулируя изменчивым миром. Терн — с ним рядом.
— Все под контролем, — высокомерно бросил Фейвин. — Осталось недолго. Флавин сам сэкономил нам время.
Ревин стиснул зубы. Мастерство неоспоримо — но что за тип! Никто в Гильдии не держался с таким самодовольством, даже старшие мастера! Однако сейчас Фейвин вел всех сквозь взбесившееся пространство, и Ревин молчал. После. Любые споры и конфликты после.
Вокруг звенели образы, вспыхивали и распадались картины иных земель и комнат. Ревин старался не вглядываться и держать в поле зрения только спутников, однозначно реальных. «Око» начинало выветриваться, и сквозь стены опять проступали эфемерные видения.
Прежде чем они снова заполонили все вокруг, Фейвин выдохнул, и мир стал четким. Ревин едва не врезался в возникшую впереди простую и гладкую массивную дверь.
— Верхний зал! — объявил Фейвин. — Колючка?
Терн молча прижала ладони к двери, и Ревин уже в который раз завороженно пронаблюдал, как рушатся и втягиваются в тонкую фигуру защитные чары. Фейвин с улыбкой толкнул створку.
Ревин, не размышляя, пихнул его в плечо, отшвыривая прочь. Что-то свистнуло между ними, и послышался недовольный возглас.
— Дамис! Ты как? — Обернулся Ревин.
— Не страшно, — тот отбросил в сторону короткую тяжелую стрелу. По рукаву бежала кровь, но Дамис ловко извлек из сумки лечебное зелье и залпом выпил. — Эти вибрации в пространстве мне щиты подослабили, иначе бы вообще не пострадал. Лучше свои обнови.
— Что за... — выдохнул Фейвин.
— Потому что не надо считать себя самым умным, — с острым удовольствием сообщил Ревин. — Терн сняла чары с двери, но не дальше! И там стояла просто застывшая в пространстве стрела, которая среагировала на отсутствие медальона у отступника. Ручаюсь, ее разогнали до предела, прежде чем заморозить на месте. Тебя прошило бы насквозь!
Фейвин промолчал. Ревин надеялся: прыгун осознал, что в вопросах боевой магии «драконы» разбирались лучше.
Впятером они вошли в верхний зал башни и закрыли дверь за собой, Дамис запечатал ее заклинанием.
Ревин огляделся с невольным любопытством. Он впервые оказался в верхнем зале башни «незримых». Здесь царил приятный и неяркий рассеянный свет, исходивший от стен. Камни были идеально отшлифованы, на гладкой поверхности скрупулезно вырезано множество знаков. Какие-то Ревин опознал: «творец», «маяк»... Другие остались загадкой. Потолок украшала огромная многолучевая звезда, повторявшая корону направляющих на башне. Повороты конструкции снаружи отражались и внутри зала. А темный пол расчерчивал сложный узор — десятки серебряных линий и символов, врезанных в камень.
Этот круг перемещения не шел ни в какое сравнение с провинциальными башнями и даже первым этажом здешней. Самые сильные и сложные чары берегли наверху.
— Мои бывшие коллеги сэкономили нам массу времени. — Фейвин, снова обретя налет нахальности, прошел в центр круга. — Здесь практически все подготовлено, и у меня есть ключи к местным энергетическим стелам. Флавин горазд бросать их где ни попадя…
Он ухмыльнулся.
— Колючка, где Хибики?
— У Терн имя есть! — не выдержал Ревин. Охотница, передававшая Фейвину загадочный артефакт, обернулась и заморгала. Маг озадаченно вгляделся в ее глаза. Такого странного, сиреневого оттенка он еще не видел, а выражение лица... Немногословная и стойкая Терн колебалась?
— Я послежу за входом, — бросил Дамис, — зовите.
— Хорошо, — ответил Ревин, вновь смотря на Терн. Она бесшумно подошла к нему и замерла напротив.
Повисло хрупкое молчание, нарушаемое лишь цветными всполохами: Фейвин подчинял магию башни.
— Стоит быть настороже, — неловко сказал Ревин. — Мы очень быстро дошли, но что-то «незримые» медлят. То ли переполох… То ли планируют… Мастер Сэльвин всегда советовал...
Терн легонько коснулась его щеки, и маг замолчал. Слова показались пустыми. Неуместными. Схлынул азарт боя — и Ревин Артелл, официал Гильдии Дракона и Пламени остался наедине со своими чувствами.
— Я... должна попасть за Завесу, — Терн отвела глаза. — Я не хочу уходить.
— Тогда не уходи… — выдохнул Ревин, понимая, что сказал глупость. Позади Терн прозвучало «анеф-хин!», и узор на полу засветился синим. — А… Ты не можешь. Ты… вернешься?
— Я постараюсь, — охотница мотнула головой.
— Если не вернешься, я сам за тобой приду. — Ревин заглянул Терн в лицо.
Она сначала нахмурилась и вдруг улыбнулась.
— Честный, — сказала охотница. — Как всегда.
— Камей-хин! — возгласил Фейвин. По кругу под ногами побежала вязь символов, но Ревин их проигнорировал.
Рисс, глядя на хозяйку и мага, сердито заворчал: «Ты что делаешь?»
Ревину захотелось послать
