Томатные тараллини и Black metal - Михаил Аказин

целью приворота, ниже описывался ритуал с ведьминой лестницей, а на месте многоточия в самом конце, где должно быть указано имя объекта желания, было выведено карандашом: «Владислав». Какая мерзость, мелькнуло в голове у Антона. Ведьмина лестница из темных волос принадлежит Сергею. Сер-гею! Сделал фото улики на смартфон, как послышались шаги за дверью. Антон бросил на диван книгу и обернулся — дверь открыл Сергей, и судя по запаху, он был изрядно пьян.

— Ааа! Мистер колдун! Ну как успехи?

— Да так ровно, я к тебе заходил помыться. Влад сейчас занят.

— С женщиной, — грустно сказал Сергей и тут же поправил себя, воскликнув радостно — с бабой развлекается, как все мы мужики! Правильно! Жизнь то одна, рокнролл! Ты если хочешь, давай выпьем, вискарик! Будешь?

— Нет-нет, благодарю, мне надо идти, вдруг эта Ангелинка опять какие козни будет строить.

— Это правильно! Ну что ж.

— Да.

Повисла глупая пауза.

— Я пошел тогда.

— Давай.

Без кальяна определенно тяжко было, он чувствовал глоткой этот приятный мятный холодок, благодаря которому тело расслабляется и на ум приходят разные дельные мысли. Фестиваль гудел: пьяные металлисты танцевали мош у сцены, сквозь рёв тяжелой музыки доносились выкрики девиц.

Навстречу Антону, с бутылкой пива, покачиваясь из стороны в сторону шагал менеджер Женя. Завидев Козловского, он улыбнулся

— Как отдыхается на нашем фестивале? Нраица?

— Да, все ровно, ты не узнал насчет того света из-под сцены?

— Ответственный за свет сейчас забухал, он все выстроил в одно касание — щёлк и светится, все проводочки подсоединил, все работает как часы.

— Можно мне попасть за сцену, точнее под неё?

— Идем, ща проведу тебя. посмотришь.

Обошли дикие танцы металлистов и слегка оглушенные волной звука, оказались за сценой. Постамент открывался ключом. Женя не с первого раза попал в скважину и провернув ключ, отворил дверцу. В глаза ударил сильный яркий свет и вновь тошнота подкатила к горлу. Антону сделалось плохо, но он разглядел в источнике этого света такую же звезду, как и проросшую в палатке Ангелины.

— Можно у вас еще ломик попросить? — спросил он у Жени, — надо б поднять кое-какие доски.

— В бытовке у Николаевича должен быть, а что это за херня горит?

— Вот сам не могу понять, но лучше не трогать, мало ли, вдруг радиация.

— Радиация? А как же музыканты?

— На всех получается по-разному действует, — старался перекричать рёв хрипящих гитар и ударных Антон.

— Ты только об этом никому не трепись, понимаешь?

— Да, я понял.

— Вот молодец! Надо еще пива.

Взяв инструменты у пьяного завхоза фестиваля, Козловский направился в поселок. Под лай деревенских собак прошел по главной улице Ленина и повернул в проулок. Уже начинались сумерки, когда он вошел в «дом с привидениями». Бросил мешок с инструментами на пол в классе, в котором произрастала светящаяся трещина, и достал из него лом и молоток. Вскрыв одновременно две доски, моментально ослеп от яркого зеленого света, но будучи подготовленным опустил на глаза солнцезащитные очки, одолженные у Владислава.

Яркая звезда освещала глубокую выемку подполом, в которой, как убитый, спал человек, обнимая походный кальян Антона. Внешность его казалась знакомой, одет он был в старые черные штаны и грязную камуфляжную куртку. В памяти всплыл плакат, гласящий об исчезновении сельского пастуха Николая Дорофеева. Определённо это был он, только теперь он лежал под странной звездой, непонятного происхождения и светился зеленым светом.

С улицы послышались тревожные шаги, Антон замер, но в проеме появилась знакомая ему фигура. «Я обыскалась тебя, — сказала Ангелина, — что ты тут делаешь? Общаешься с … О, господь миров, кто это?»

— Похож на сельского пастуха Дорофеева, в магазинах его фото висит.

— Он зеленый? Это мох или лишай так светится?

— Что-то такое и звезда как у тебя в палатке.

— Я по поводу этой звезды и пришла. Там цыга. то есть загорийцы! Те ублюдки, которые нас в помойку сбросили, одноглазый тоже.

— Что такое?

— Сказали перенести палатку и выгнали, а это место силы, сами накрыли звезду брезентом каким-то и её свет теперь не виден.

— Очень странно, что с этим делать? Как будто в коме.

Вдруг, глаза Кольки Дорофея открылись и засияли, будто намазаны фосфором. Бледное сияние, исходящее от него усилилось. Странное существо, не обращая внимания на Антона и Ангелину встало на ноги и принялось дуть на звезду, с каждым дуновением сила её сияния становилось сильнее и сильнее. Колька на десятый раз закончил и растворился в её свете как в невероятном портале. Антон вспоминал лекции канала Дискавери о перемещениях в пространстве мельчайших частиц, но сейчас он увидел, как исчез целый человек.

— Что же это может быть за звезды? — спросила Ангелина.

— Непонятно какое воздействие они оказывают на человека, мне уже плоховато, давай идем ночевать к Владу.

— Ух, к этому придурку. Идем-идем, — все же согласилась девушка.

Вернулись к площадке фестиваля опешившие, в глубокой задумчивости и молчании, и закрывшись в трейлере вокалиста Цепеша, легли спать, на разных матрасах и в одежде, разумеется. Под утро Козловский был разбужен девичьим криком: «Ублюдок! Пошел от меня!». «Сорян, сорянба», — извинялся хмельной Владислав за распущенные руки.

На следующий день, по утру, после завтрака Антон и Ангелина направились к тому месту силы, где теперь горела звезда. Спрятавшись в зарослях кустарника, они разглядели трех загорийцев. Двое из которых выходили из военной палатки, с небольшими мешками, набитыми чем-то белым, и складывали их у дерева. За всей этой работой наблюдал одноглазый Георгий.

— Что это за дрянь? — спросила Ангелина.

— Откуда ж мне знать. Одно скажу: они вооружены. Видны стволы под одеждой, значит дорогое вещество.

— Может сходим в дом, вдруг этот Колька опять появился.

— Может и появился, идем.

Дом с привидениями встретил сыростью и тленом, горящая звезда светилась зеленым, пульсируя, словно, подсвечивая дыхание, но пропавшего пастуха в яме под полом не было. В это время на улице, напротив магазина остановилась машина Юшкино и из салона выпрыгнул Денис. Антон окрикнул его из окна и выбрался наружу. Ангелина, ухнув прыгнула следом.

— Ну что, как впечатления от дома? — спросил водитель, пожав руку Антона.

— Тут что-то невероятно странное происходит.

— А у меня тоже! Ты посмотри на мое днище, нагнись, — и водитель, сев на корточки указал пальцем на машину.

Козловский присел рядом и увидел, что от машины идет такое же зеленоватое свечение.

— Там у меня запаска хранится, достать её можно как раз из фургона, а там…

— Звезда как будто и пульсирует, — вставил Антон.

— Да, именно так! А откуда ты знаешь?

— Уже видел такую и