Аквариум. Рассказы - Светлана Мятлик

Глаза его покраснели, но на губах играла все та же улыбка-ниточка.

– Рассказать что? Кто я и куда ухожу?

   Он погладил мою ладонь и привычным жестом взъерошил мои короткие волосы.

– Открыть тебе этот секрет?

   Наверное, я так глупо выглядела, что Август рассмеялся.

– Ах, Лён, Лён… Милая, славная, прекрасная Лён, ведь вопрос совсем в другом – кто ты и что ты делаешь в этом идеальном городе! Откуда взялись твои синие глаза и изумительный голос, откуда появились высокие белые башни, разноцветные Спутники, водяные фигуры и свободные счастливые люди?

   Я совсем не понимала, о чем он говорит. Я молчала, сжав губы, предоставив ему возможность высказаться. Возможно, он заболел…

– Ты думаешь, что все это создал Бог – "большой, светящийся и добрый", как ты однажды призналась? Но это был всего лишь я! Я!

   Он вскочил и принялся ходить по комнате.

– На самом деле и ты, и этот великолепный город существуете только в моем воображении! Я придумал вас, понимаешь? Изо дня в день плел ниточку собственных фантазий, создавая вас по крупицам, по каплям, по осколкам, вкладывая в ваш образ все лучшее, что может быть на свете!

– Ты болен Август. Тебе нужно успокоиться! Я заварю тебе мяты…

– Болен? – он остановился и обхватил голову руками. – Здесь нет больных, бедных, одиноких, ты забыла? Здесь нет зависти, злобы, страданий и убийств! Потому что я так придумал! Это место потрясает воображение, это – рай, и его не может быть на самом деле!

   Я еле сдерживала нервный смех. Все это ужасно грустно. Бедный Август! Он считает меня привидением! Я ущипнула себя за локоть.

– Но послушай, мне больно, я дышу, говорю, думаю, я – живая! Понюхай этот цветок! – я сорвала с ветки колкий бутон. – Чувствуешь аромат? Он настоящий! Все – настоящее!

   Август смотрел на меня и грустно улыбался.

– Лён, милая Лён, фантазии и не могут говорить иначе, это их свойство – утешать. А знаешь, как ты получилась? Я увидел тебя случайно на одной картине в художественном альбоме: ты сидела на ступеньках, уходящих в зеленоватую воду, подставив солнцу лицо. Такая тоненькая, золотистая, с короткими выгоревшими волосами… "Девушка и море" – так называлась картина, не помню, кто художник. С этого момента я и начал фантазировать. Придумал тебя, и этот город, и людей, и животных, и себя в их окружении… Годами я живу в придуманном мире. Сначала было непросто: реальность не отпускала, тянула меня обратно, позволяла фантазировать лишь кусками, урывками. Потом стало легче, я научился существовать в двух измерениях одновременно, выхватывая из своей настоящей жизни только красоту… Я стал виртуозом в своем деле. Мог растягивать один удивительный день здесь на целый год! Помнишь фазанов? В тот раз я зашел в зоопарк – так, случайно, потому что не был там много лет. Увидел этих важных птиц в вольере – и сразу представил наше свидание под лиственницей, и покрывало на зеленой траве, и тебя в короткой синей юбке…А Праздник воздушных змеев? Мальчишкой я обожал запускать змея, правда, у меня был простенький – белый, из бумаги. Но здесь я развернулся – придумал целую дюжину разновидностей…

– Я не знаю, что мне с тобой делать. Похоже, ты единственный в этом городе все же заболел…

– Знаешь, что происходит в реальности? Сегодня воскресение. Я – в своей двухкомнатной квартирке в убогом спальном районе, сижу на диване рядом с женой. Мы только что поссорились, она повернулась ко мне спиной и не отвечает на мои извинения. Она хорошая, но жизнь испортила ее, сделала раздражительной и грубой. А когда-то она была похожа на тебя… В соседней комнате дочь смотрит дурацкий сериал, сына нет дома – шляется где-то, когда придет – нагрубит. В банке – непогашенный кредит за квартиру, стиральная машинка сломалась, работа – тупая и бессмысленная, а в Индонезии очередное землетрясение погубило десятки тысяч человек…

   Я сидела на краешке кровати, меня знобило. Все, что он говорил, конечно, было ерундой, бредом воспаленного мозга, но все-таки мне стало страшно. Что-то в его словах задело меня.

– Я, пожалуй, пойду. Приходи завтра на рассвете к морю – послушаешь нашу новую песню.

   Я встала, сняла со спинки стула кофточку и медленно, как допотопный робот, направилась к двери.

– Постой…

   Август написал что-то на альбомном листе, свернул бумажку в несколько раз и протянул мне.

– Здесь песня, которую вы споете завтра. Развернешь после выступления. И еще… Утром море покажет лицо Бога.

   Скомкав листок в кармане, я выбежала из дома.

   Рассвет долго не наступал. Небо было затянуто тучами, а ветер неприятно холодил уши. Мое легкое платье совсем промокло от морских брызг, но самым мерзким было то, что происходило в моей голове. В ней до сих пор звучали слова Августа: " Я придумал тебя!" Он, конечно, заболел. Наговорил вчера всякой чепухи – сегодня все встанет на свои места… Он придет, обнимет меня и скажет, чтобы я не вспоминала этот глупый разговор. И мы снова будем счастливы.

   Ко мне подошла концертмейстер и шепотом сообщила, что у нас непредвиденные изменения в программе: вместо "Радужной дымки" мы будем петь "Там, где исполняются мечты". Кроме того, Лиан заболела, и солировать придется мне.

– Заболела, заболела… – шептала я чуть слышно. – Разве кто-нибудь когда-нибудь болел в нашем Городе?

   Я сжала в кармане проклятый листок. Не хочу разворачивать. В конце концов, он мог это подстроить. Разыграть меня.

   Далеко на горизонте солнце пробивалось сквозь тучи. Пора начинать. Мягко и вкрадчиво вступила арфа, зазвенели колокольчики. Я запела…

  Есть где-то город с белыми башнями

   Море лижет его причалы

   Таких городов на свете много

   Но в этом ты никогда не бывала…

  Море успокоилось, отразило тусклое розовое солнце, притаилось…

   В этом городе люди прекрасны

   Не знают они страданий и боли

   Весь день веселятся они и празднуют

   Танцуют, поют и рисуют море…

     Хор подхватил, и многоголосный припев поплыл над волнами:

     Там, где исполняются мечты

   Там с детьми играют мраморные львы

   По лужайкам с желтыми цветами

   Бегают, проказники, за птицами и снами.

     Гладкая поверхность затрепетала, вспенилась, и море начало лепить новую фигуру. Я пела, и на этот раз голос мой дрожал от волнения и страха. Гигантское лицо поднялось из глубин, ветер играл его водяными волосами. Знакомые глаза, длинный нос с горбинкой, улыбка-ниточка… Август, добрый и чуть насмешливый, смотрел на меня из морского