Клещ - Михаил Александрович Бабенков

поистине загадочным и чарующим зрелищем. Звезды манили его своим мерцанием и недоступностью.

– Значит все-таки мы не одни во вселенной? – Задумчиво произнес он.

– Выходит, что так. – Тихо ответил Миша.

– А ты что, правда, ничего не помнишь? – Добавил он.

– С того момента как в больнице очнулся, все помню, а вот что было до этого частично. Иногда, какие то картинки проскакивают в голове а, что это и откуда они берутся, не понимаю, точнее не помню. Врачи говорят, – травма не очень серьезная была, память вернется, либо сама, либо после какого-нибудь стресса или испуга. – Зевая, поведал Макс.

– Ладно, пошли в дом. – Поднимаясь с лавки, предложил Михаил.

Максим встал и с довольным урчанием потянулся. Парни, обогнув угол дома не спеша, поднялись на крыльцо. Войдя в дом, ребята прошли на кухню и расположились за столом на своих местах за столом.

– Ну что еще по одной? – Взяв в руки бутылку, спросил Миша.

– Почему бы и нет. – Утвердительно покачивая головой, ответил Макс.

Михаил до краев наполнил рюмки и, подняв свою порцию, сказал.

– Я рад Макс, что опять встретил тебя. Ты нормальный парень и хороший, преданный друг. Надеюсь, ты вспомнишь меня и Катю, и все что нам пришлось пережить. Но Катюшу нам надо спасать пока не поздно. – Тихо сказал Михаил и залпом выпил налитую в рюмку водку.

Максим, держа в руке свою порцию спиртного, решил тоже высказаться.

– Если честно на душе у меня не спокойно, я видел сегодня страшные вещи, но меня не покидает чувство, что это со мной не в первой. Я верю, тебе и верю всему, что ты говоришь, по этому я пойду с тобой туда, и мы постараемся освободить людей и в первую очередь Катю. Чувствую, что она мне небезразлична.

Максим выпил налитое в рюмку горячительное, и протянул руку Михаилу. Друзья крепко пожали друг другу руки.

Закончив свою ночную трапезу, парни вышли с кухни и прошли по коридору в гостиную. Миша привычно раскинулся на большом, уютном кресле и, взяв в руку пульт, включил телевизор.

Присаживайся, чего стоишь? – Указывая рукой на диван, сказал Михаил.

Если хочешь переодеться, посмотри что ни будь в шкафу. – Продолжил он.

Максим с большим удовольствием развалился на диване и, запрокинув голову на спинку, глубоко и громко выдохнул.

– Ну и денек сегодня, до сих пор в голове не укладывается. – Грустно сказал он Мише.

– Друзей на моих глазах убили, да еще и не помню ни хрена, оказывается. – Сделав глубокий вдох, добавил Макс.

– Да уж тебе не позавидуешь. – Зевая, отозвался Миша.

– Ничего, мы с тобой этим уродам отомстим. Я сам уже спокойно по улице не могу ходить, всюду эти клещи мерещатся. Да и кошмары по ночам бывают. – Не весело добавил хозяин дома.

Максим ничего не ответил, он молча сидел, глядя в огромный экран телевизора по которому шла какая то передача про природу. Мыслей почти не было. Хмель и дикая усталость, заставляли его глаза слипаться, глядя на умиротворяющий вид моря и солнечных берегов экзотических стран которые так и манили к себе с экрана телевизора.

Максу стало тепло и уютно, не заметно для себя он провалился в глубокий сон. Ему снились погибшие друзья, он заново пережил весь ужас сегодняшней ночи. Капли холодного пота стекали с его лба и спины, веки нервно подергивались, пальцы то и дело сжимались в кулаки. Отрывки незнакомых воспоминаний, вспышками вклинивались в и без того не приятный сон. Много темной, холодной воды, кричащие люди, решетки, как кадры из черно-белого кино мелькали в голове. И вдруг посреди этого беспорядочного хаоса он отчетливо увидел лицо девушки. Она стояла, посреди какой то темной, сырой комнаты, протянув к нему покрытые ранами руки и, тихо со слезами на глазах звала Макса на помощь. Максим резко проснулся. Он потер свое пересохшее горло и не спеша, огляделся по сторонам. В комнате было еще темно, но за окном уже зарождался рассвет. В кресле, развалившись на сколько это возможно, мирно похрапывал Миша. Телевизор беззвучно демонстрировал, какую то передачу. Макс не спеша, встал с дивана. Его тело все еще ныло от усталости, голова была тяжелой и немного побаливала после ночной посиделки. Он, шаркая ногами, медленно побрел на кухню. Там все еще было не убрано со стола, пепельница изобиловала окурками, а воздух до сих пор имел стойкий запах табачного дыма. Максим подошел к окну и настежь открыл створки. Его лицо с наслаждением укуталось в порыв свежего пьянящего воздуха. Макс, около минуты закрыв глаза, полной грудью вдыхал эту свежесть и стал понемногу приходить в себя. В голове немного прояснилось, а живот не переставая, просил воды. Максим подошел к столу и, наполнив большой бокал уже потеплевшего сока в один заход, осушил его. Сок растекался по желудку, доставляя владельцу долгожданное облегчение. Макс достал из пачки сигарету и, опустившись на стул, закурил. Он тихо и беззвучно выпускал кольца едкого дыма и пытался в уме спланировать наступающий день.

Из комнаты послышались покашливания и кряхтение. Не громкие и шаркающие звуки шагов приближались к кухне. В дверях появилась и сильно помятая, заспанная фигура Михаила. Он прищурясь от включенного света одновременно почесывал взъерошенную голову и живот. Максим смотрел на среднего роста человека, коренастого, явно со спортивным прошлым, волевое лицо, глубоко посаженные глаза. Макс отчетливо понимал, что видел он Михаила и раньше, еще до их ночного знакомства. По крайней мере, весь его образ казался Максиму очень знакомым.

– Что тоже не спиться? – Хрипло пробормотал хозяин стола.

– Водички вот попить захотелось. – Затушив окурок в пепельнице, не громко ответил Макс.

– С похмелья такое бывает. – Улыбнулся Миша, усаживаясь напротив Максима.

Он поднял со стола банку сока, и не много ее поболтав, сделал несколько больших глотков.

– Ух, хорошо. – Выдохнул Михаил, поставив напиток на стол.

– Чем займемся сегодня? – Поинтересовался Макс.

– Сейчас позавтракаем, а там поглядим. – Ответил Миша.

Он поднялся со стула и подошел к холодильнику. Открыв хранилище продуктов, хозяин дома громко предложил.

– Холодная курица, яичница, бутерброды?

И не дожидаясь ответа, стал доставать и ставить на стол провиант.

Максим, перебивая треск жарящейся яичницы, поинтересовался.

– Катя, какая она?

Миша, ставя на стол сковороду с шкварчащей глазуньей, начал рассказывать.

– 

Красивая она, очень красивая. Редко такое бывает, когда умная девушка, да еще и красивая. Когда в клетке сидели, она нам унывать не позволяла, все анекдоты травила. А глаза у самой большие такие и очень грустные. Выручать ее надо чем скорей, тем лучше, один то я