Лисы округа Хансон - Ксения Хан

– начальник Кан вызывает лично, хотя рабочий день давно закончен и время ползёт к полуночи.

– Я же говорил, – ворчит Юнсу. Тэун его передразнивает, но трубку берёт, готовый выслушать всё, что о нём думает руководство. Ничего хорошего, конечно же.

– Кван, ты меня в могилу сведёшь! – рычит начальник Кан. – Уже конец месяца! Меня руководство с потрохами сожрёт, мы буксуем по делу, о котором знает весь округ!

– Я понимаю, пуджанним, и в данный момент мы с детективом Ли как раз пытаемся решить этот вопрос и закрыть дело как можно скорее, – отчитывается Тэун и нисколечко не врёт – он и Юнсу правда направляются к тому, кто может пролить чуть больше света на запутанное расследование. Этот кто-то не человек, но начальнику не обязательно о таком докладывать.

– Детектив Ли с тобой? Передай ему трубку.

Тэун вздыхает.

– Тебя, – он протягивает Юнсу смартфон. Юнсу морщится.

Ого. Это что, нежелание говорить с руководством? Тэун в самом деле плохо влияет на хорошего парня Ли Юнсу.

– Да, начальник Кан? Конечно, начальник Кан. Будет сделано, начальник Кан.

Юнсу возвращает смартфон Тэуну – звонок уже сбросили.

– Что? – хмыкает Юнсу. – Нам надо предоставить полноценный отчёт к утру понедельника, а ты наказан.

– За что?! – возмущается Тэун. Юнсу пожимает плечами.

– Ты слил информацию журналистам. Ан Бора опубликовала статью – ту уже растащили по интернет-порталам и цитируют на все лады. Из канала Боры статью уже удалили, но без толку, сам понимаешь.

Тэун ругается сквозь зубы и заходит в сеть. Мелкие порталы, освещающие новости округа, пестрят яркими заголовками, которые к правде не имеют никакого отношения: «Полиция Хансона подозревает серийного маньяка!», «В Хансоне объявилась банда ритуальщиков!», «Новый Франкенштейн: кого собирает маньяк-убийца из своих жертв?», «Ганнибал округа Хансон – слухи о каннибале в столице Корейской Федерации подтвердились!».

– Ну и чушь, – ахает Тэун в голос пролистывая ленту. – Юнсу, они смешивают несколько дел в одно, даже предположения пишут поперёк полицейских улик!

– Ой, да что-о ты? – тянет Юнсу в притворном удивлении. – Ещё скажи, что не знал, что так будет. Ещё скажи, что я тебя не предупреждал. Нечего делиться внутренними данными с журналисткой, особенно с такой пронырой, как Ан Бора.

Тэун жуёт губу, напоказ выставляя свою обиду, пока в голове вертятся мысли, одна другой быстрее.

Харин вчера днём обронила, что в любых делах, где когда-либо были замешаны квемули и квисины, рано или поздно появлялся Тангун: она доставляла преступников к богу существ, и он стирал их с лица земли, отправляя отбывать наказание за неповиновение в подобие ада. Больше Харин никогда их не видела и не особо интересовалась, могут ли нарушители порядка вернуться в мир живых. Всего пару раз Тангун Великий появлялся в мире смертных, и оба раза Харин сопровождала его как предвестница казни.

В конце семидесятых она отловила серийного убийцу, которым оказался озлобленный квисин. Прежде чем он попался, его жертвами стали тринадцать дошкольников и одиннадцать подростков. Тангун пришёл в мир смертных, чтобы забрать душу этого извращенца самолично. Чтобы люди ничего не заподозрили, он разделил в их памяти цепь событий, превратив одно дело в несколько разных, друг с другом никак не связанных, даже разнёс их по годам так, чтобы никто особо внимательный не смог заподозрить сходство между цепочкой убийств подростков и дошколят. В новостных хрониках жертвы квисина стали жертвами катастроф и преступлений, совершённых людьми:

Шесть смертей Тангун приписал Потрошителю, действовавшему в провинциальном Хвансоне с 1986 по 1991 год, три убийства зачислились в список преступлений грабителя из Кёнсан-Намдо в 1999 году, пять жертв оказались на руках серийного маньяка-каннибала, который убивал в районе Хансона в 2003 году. Несколько одиночных убийств Тангун отдал людям, осуждённым за издевательство над животными, тем самым ужесточив их наказание – суд смертных назначил им десятки лет в колониях, а не штраф в размере нескольких сотен тысяч вон. Три-четыре ребёнка в памяти людей погибли при обрушении моста Сонсу-тэгё в 1994 году, двое – в обрушившемся торговом центре «Сампун» в Хансоне в 1995.

Тэун уже сделал пометку в своём блокноте: Тангун Великий может изменять память всем людям Корейской Федерации одновременно, тасовать события по своему усмотрению и играть со временем, как ему вздумается.

Ну прямо доктор Стрэндж!

Другой случай явления Тангуна в мир смертных датируется тысяча семьсот шестьдесят девятым годом. Харин говорит, Тангун пришёл посмотреть, как она убивает Бёнчхоля, – и это всё, что она в принципе помнит о том дне, когда самолично свершила суд над смертельным врагом.

Действительно ли Тангун явился в мир смертных в своём истинном облике, неподражаемом и ужасном, или это он заставил Харин думать так? Действительно ли он всегда был на её стороне и говорил правду, когда она задавала вопросы – или позволил ей думать, что может быть её союзником?

Искажённая память Харин не даёт ответов, его лисица волнуется и боится – это Тэун заметил ещё вчерашним днём и с тех пор беспокоится о ней больше прежнего. То, что они все задумали, тянет на премию Дарвина как минимум. Чтобы обвинять бога существ в преступлении против человечества, нужно быть очень смелым и тупым одновременно – и только Кван Тэун попадает под такую лестную характеристику полностью. Остальные же участники запутанного дела либо слишком благоразумны, либо осторожны, либо в целом не заинтересованы в таком извращённом способе самоубийства.

Пацан в наушниках говорит Тэуну, что они на правильном пути, но ещё предупреждает о каких-то подводных камнях. Узнать больше Тэун не может – оказывается, у полу-тхэджагви есть ограничения: он имеет право направить своего хранителя в нужную сторону, но не вложить в голову разгадку.

«Всегда есть какое-то “но”», – замечает Тэун недовольно. На пацана он не злится – тот и так делает всё возможное, чтобы его хранитель не откинулся раньше времени.

– Итак, план у нас простой, как вальс, – восклицает Тэун, чтобы сбросить с себя негативный настрой. Юнсу скрещивает руки – «Ну, давай, поясни мне план, который мы вместе обговаривали час назад в доме госпожи Шин». – Харин и Джи катят к имуги, чтобы разузнать побольше про сосуды, мы с тобой пробираемся в морг к трупу шамана Лю, берём у него образец кожи и скармливаем её трёхногой собачке, которую нам добудет Хичжин. Собачка приведёт нас к телу Лю Риюля, который предположительно умер задолго до своего брата. Мы посмотрим, какой части тела недостаёт Лю Риюлю, сопоставим, что там ещё осталось, и таким образом сможем выйти на последнюю жертву в цепочке убийств. Так?

– Ну, план был такой, –