Отравленное сердце - Айла Дейд

– Я смогу, Вудворд.

Фрида подошла к нему. Когда она подняла руку, рукав ее шелкового халата соскользнул вниз, обнажив длинный шрам от клятвы. Взгляд женщины метнулся ко мне.

– С дороги, Дидре.

Я стояла прямо за Эмиллем. Их схватка задела бы и меня. И все же… я покачала головой.

– Нет.

Она подняла бровь.

– Нет?

– Я не собираюсь безучастно наблюдать, как кто-то из вас убивает другого. Мы – народ Света! Такие злодеяния совершают люди Тьмы, а не мы!

Эмилль фыркнул.

– Ты принимаешь желаемое за действительное, Ди. Темные и светлые когда-то были единым целым, и разделение не может изменить того факта, что мы одинаковы. Добро и зло.

Прежде чем я успела что-либо возразить, Мерлин поднялся. Вздернув подбородок, он встретился взглядом с глазами Эмилля.

– Убей меня. Я принимаю это.

Эмилль не колебался ни секунды. Он снова поднял руки. Задыхаясь, я прокричала:

– Эм, пожалуйста, нет!

Однако все было тщетно. Порыв ветра устремился к Мерлину. Но прежде, чем ледяной поток успел добраться до его горла, он превратился в ураган, который опустошил комнату. Я отшатнулась, цепляясь за столбик кровати Мерлина, но каркас тоже задрожал. И тут я внезапно услышала, как он треснул. В полном ужасе я поняла, что столб сломался. Все происходило, как в замедленной съемке. Я видела отдельные обломки дерева; видела, как наклоняется столб; наблюдала, как он падает на меня. Только в последнюю секунду я отскочила в сторону. Как раз в нужный момент, потому что шторм Фриды пронесся мимо меня, унося с собой все, что лежало на полу.

Я отползла назад, прижалась к стене и пыталась разглядеть Эмилля и Мерлина в бушующем беспорядке. Эмилль яростно размахивал руками, пытаясь отогнать от себя бурю, в то время как Мерлин… больше не шевелился. Он по-прежнему стоял на месте, опустив голову, и совершенно ничего не делал. Его мать пропустила бурю мимо него, снова и снова пытаясь настигнуть Эмилля, но тот был слишком силен. У нее не было ни единого шанса. Фрида, казалось, осознала это, потому что внезапно опустила руки. Все ее тело дрожало. Она до сих пор была ослаблена после моей атаки.

– Я накажу своего сына, Вудворд, – простонала Фрида, держась за бок. – Ему придется искупить свою вину за то, что он предал Бригитту. Его деяния требуют гнева богов, но не смерти!

Мои пальцы дрожали от страха.

– Что ты предлагаешь, Андерсон? – спросил Эмилль. Звук его голоса ужасал, и я вздрогнула. – Что может быть достаточным наказанием для твоего сына? За неоднократные попытки убить свою дочь?

Фрида поджала губы. Ее взгляд впился в Эмилля.

– Мерлину придется искупить свою вину за то, что он вообще ее породил. Я накажу его за предательство воли Бригитты. – Она повернулась к сыну. Выражение лица Фриды было не столько устрашающе-красивым, как прежде всего пугающим. Почти бесчеловечным.

– Ты искупишь вину своей способностью к деторождению, Мерлин Андерсон.

Никакой реакции. Он даже не моргнул, все еще держа голову опущенной. Я застыла и затаила дыхание. Впервые с тех пор, как Эмилль ворвался в комнату, он разжал свои кулаки. Палец за пальцем. И по разглаживающимся чертам я поняла, что он… клянусь богами, Эмилль был согласен!

– Вы не можете этого сделать, – выдохнула я. – Мерлин стал отцом ребенка не по своей воле, и теперь он должен быть наказан за то, что занимался сексом? – Я медленно покачала головой. – Это же безумие, в конце-то концов!

– Он породил монстра, – возразила Фрида.

– Элин не монстр, – прошипела я. – А попытки убийства? Смотрите глубже, боже мой!

Эмилль сосредоточил свой взгляд на мне.

– Что ты хочешь этим сказать?

– В конце концов, они были не чем иным, как результатом паники, которую собственные родители внушали ему все эти годы! – На дрожащих ногах я поднялась. – Мерлин пытался изменить то, что он создал, опасаясь, что его ошибки станут известны. – Я фыркнула. – Само это слово: «ошибка»… – Теперь я сосредоточилась на Фриде. – Если бы вы не внушили ему, что Мерлин должен воздерживаться, эта огромная паника в нем никогда бы не проросла! И он никогда не предпринял бы попыток причинить вред Элин!

Тишина. А потом… Мерлин пробудился. Всего лишь минимальный, крошечный наклон головы. А за ним маленькая, благодарная улыбка в моем направлении, которую трудно было не заметить. Только я собиралась улыбнуться в ответ, только я действительно подумала, что добилась чего-то своими словами, когда…

– Болтовня о всякой ерунде не имеет значения для богов, Дидре.

В тот момент, когда Фрида сказала это, в коридоре позади нее раздались шаги. Мое сердце остановилось, когда я увидела Арчи. Его взгляд блуждал от меня к остальным. Глубокая морщинка пролегла между его бровями, когда он оценил состояние комнаты.

– Я получил твой шепот ветра, – обратился он к Фриде. – И я готов это сделать.

Внезапно с моих глаз упала пелена. Должно быть, Фрида выбрала именно Арчи, поскольку знала, насколько важны для него боги и соблюдение их заповедей. Арчи, который, будучи невралгиком, был способен на то, что они хотели сделать с Мерлином.

– Арч, – прошептала я с заметной дрожью в голосе. – Не надо.

Он смотрел на меня довольно долго. Взгляд его темных глаз переместился ниже, остановился на моей шее. Он нахмурился, рассматривая ее. Сначала я не понимала, почему, пока мои воспоминания не вернули меня на узкую улочку Киркхейвена. Губы Камило, посасывающие мою шею. Сильно. Интенсивно. Чарующе. Я медленно провела пальцами по чувствительному месту под ухом. Я ничего не смогла нащупать, но знала, что там наверняка красовался яркий засос.

И Арчи отвернулся. Он медленно подошел к Мерлину, наклонил голову, напряг взгляд. Его пальцы изогнулись, а губы искривились от огромного усилия, которое стоило ему всего, а затем…

Мерлин рухнул. Он кричал во все горло, так, что мороз шел по коже. Юный Андерсон запрокинул голову, из глаз от невероятной боли текли слезы.

И у меня тоже. Соленые дорожки проложили путь по моим щекам. Плечи затряслись. Мурашки покрыли тело. Я прикусила нижнюю губу. Больше всего мне хотелось зажать уши ладонями и не слышать его мучительных криков. Одновременно с этим хотелось прижать руки к глазам, чтобы не видеть ни Фриды, ни Эмилля, которые спокойными взглядами смотрели на Мерлина. И меньше всего Арчи, выполнявшего заклинание так, будто это была обычная профессиональная рутина. Который перерезал Мерлину нервы, необходимые для зачатия ребенка и получения удовольствия от секса.

В какой-то момент Мерлин замолчал. Я посмотрела на него в панике. Он лежал на полу, его глаза были широко открыты, смотрели