Шатер отверженных - Марина Леонидовна Ясинская

лист с ярким принтом на одной стороне. Кристина рефлекторно его поймала и даже не глядя поняла, что это такое. Подняла голову и встретилась с десятками устремленных на нее взглядов. В них читались оторопь, восторг, шок и множество других, самых разных эмоций. И даже ненависть где-то промелькнула – должно быть, это Джада.

Пальцы крепко стиснули края листа, бумага захрустела.

Кристина опустила взгляд.

Да, она держала новую афишу.

* * *

Видимо, кто-то взял принятие рядовых решений в свои руки, потому что артисты разошлись и стали заканчивать сбор, упаковку и погрузку цирка. Если кто-то и отдавал распоряжения, Кристина их не услышала, появление афиши из воздуха ее по-настоящему ошеломило, хотя, казалось бы, после всего, что она узнала в цыганской кибитке, это не должно было ее удивить.

Кристина пришла в себя, когда ее обнял за плечи Мануэль. С фамильярностью очень близкого друга он привлек ее к себе и прошептал на ухо:

– Госпожа директор, я надеюсь, вы не сочтете компанию простого воздушного гимнаста ниже своего достоинства.

– Что? – не сразу включилась в разговор Кристина.

– Я просто пошутил. У тебя очень напряженный вид, вот я и подумал, что надо тебя немного расслабить.

– А, – рассеянно отозвалась девушка.

– Но если шутки не срабатывают, у меня есть более надежный метод, – промурлыкал Мануэль, обращая на Кристину всю мощь своего убойного обаяния. И оно сработало.

– Это какой? – спросила Кристина с намеком на интерес.

– Тот самый, который так понравился тебе этой ночью, – ответил Мануэль.

Кристина нахмурилась.

– Этой ночью?

– Я имею в виду, до того, как ты от меня ушла, забрав с собой зеркало, и на тебя напали.

Кристина поняла, что ничего не понимает.

– Какое зеркало? Куда ушла? Мы даже не виделись с тобой этой ночью!

– Если мы не виделись с тобой этой ночью, – усмехнулся Мануэль, – то кто же, скажи на милость, провел пару чудесных часов в моей постели?

– Что?! – воскликнула Кристина.

– Ты что, не помнишь? – растерялся Мануэль. – Это, наверное, после нападения, – тут же нашел объяснение он. – Стресс, провалы в памяти и все такое. Я уже сто раз корил себя за то, что отпустил тебя тогда. Если бы ты осталась, ничего бы этого не случилось.

– Ты говоришь, что мы с тобой… переспали? – уточнила Кристина, пропустив мимо ушей бо́льшую часть его слов.

– Да, – ответил Мануэль. – И, честно говоря, очень странно, даже как-то неуютно отвечать на такой вопрос, – с усмешкой, скрывавшей неуверенность, добавил он.

Кристина закрыла лицо руками.

– Да не переживай ты так! – снова обнял ее Мануэль. – Оправишься от стресса, и я уверен, память вернется! Ну а даже если нет, я всегда буду рад тебе напомнить, как это было.

Не отрывая ладоней от лица, Кристина покачала головой.

Это был ее фамильяр! Это она проникла в «Колизион», воспользовавшись уникальной возможностью, которую давала ночь цирколуния, стирая границы между цирками и миром! Зачем? Вряд ли ради того, чтобы переспать с Мануэлем! Что ей здесь так сильно было надо? Зеркало? Какое зеркало? Зачем?

– Ничего не помню, – вздохнула Кристина, надеясь, что это прозвучало искренне. Она решила пока не признаваться Мануэлю, что с ним была не она, и попытаться выяснить, что еще натворила ее фамильяр. – А что еще мы делали до того, как я от тебя ушла?

– Ничего особенного, – пожал плечами Мануэль. – Сходили, как и собирались, в цыганскую кибитку…

– И как? Выяснили что-то интересное?

– Ну, как тебе сказать… Наверное, да, потому что ты унесла оттуда зеркало со стены. Правда, так и не рассказала мне зачем. А потом пошли ко мне, и… Ты действительно совсем ничего не помнишь?

– Ничего. Даже нападение толком не помню.

– Может, на тебя напал тот же, кто отделал Фьора с Дэнни, – предположил Мануэль.

– А что с ними? – насторожилась Кристина.

– Утром мы нашли их на земле. Без сознания и в крови.

– Где они? Мне надо их проведать!

– Может, тебе лучше сначала о себе позаботиться? На твою долю тоже выпало немало. – Мануэль кивнул на коричневые пятна крови на засохшей одежде.

– Я в порядке, – ответила Кристина. Ее переполняло нетерпение: может, кто-то из парней видел нападавшего? Надо скорее их расспросить! – Где они?

– В нашем автобусе, – нехотя ответил Мануэль. – У нас там теперь целый лазарет на колесах: сначала Ковбой, теперь эти двое…

Последние слова он говорил уже в спину торопливо уходившей Кристине.

* * *

Яркое авто хостильеров в унылом осеннем дворе возле дома выглядело пришельцем из другого мира, того, который существует в телевизионной рекламе и на больших неоновых билбордах. Последних, впрочем, во всем Верходновске едва ли наберется штук пять.

Вив и Ивар не хотели откладывать дело в долгий ящик, они привезли Тину к дому и остались ждать ее – и зеркало из «Колизиона».

Зайдя в квартиру, Тина сразу же пошла в свою комнату. С одной стороны, ей не терпелось скорее передать артефакт и начать вызов Первого фамильяра; от одной только мысли о том, к каким колоссальным переменам в судьбах всех фамильяров и хостильеров планеты это может привести, захватывало дух. Да и просто от самого факта, что они вызовут того, кто несколько веков назад первым сумел порвать связь со своим иницием, – тоже.

С другой стороны, Тину по-прежнему раздражала Вив, и ей хотелось потянуть время и не торопиться, чтобы та подождала и понервничала. Совершенно иррациональные, очень человеческие, бессмысленные и сиюминутные эмоции, которые она, видимо, унаследовала от своего иниция.

Тина раздраженно передернула плечами; всякое напоминание о том, что она связана с Кристиной, ее злило. Оставалось только надеяться на то, что яггер успел довести дело до конца и с Кристиной покончено. Но даже тут она не могла быть уверена, потому что связь с яггером пропала. То, что Тина успела увидеть глазами яггера, обнадеживало: Кристине явно нанесли серьезные увечья. Возможно, даже смертельные. Но самого момента гибели она все-таки не видела. Надо будет разыскать яггера, снова установить с ним связь, взять его под контроль и убедиться своими – точнее, его – глазами, что Кристина умерла. А если вдруг нет, то довести начатое до конца. Впрочем, если хостильерам удастся возродить Первого фамильяра, то ей, вероятно, больше не придется беспокоиться об иниции.

Тина была уверена, что в это время дня дома никого нет, родители должны быть на работе, а Кирилл – в школе, и потому она очень удивилась, увидев мальчишку в комнате. Еще более неожиданным оказалось то, что он сидел на полу, скрестив ноги, а напротив него стояло зеркало – то самое зеркало из «Колизиона»! И Кирилл как завороженный неотрывно