Крылья Мальгуса. Ступень Четвертая. Часть первая - Инди Видум

Но и знакомого Накреху лица там не будет. Хотя, конечно, он может решить, что именно это воспоминание утерял при переносе.

— Вот именно! Нет, Ярослав, это шикарная зацепка. Теперь можно будет просматривать записи, акцентируя внимание именно на этом официанте.

— Без меня будешь просматривать. Сейчас в «Вишневый Сад» едем и делаем вид, что общаемся с Иваном, а я тем временем добреду до Ермолиной. А потом мне в школу надо.

Интерлюдия 18

Стоило закрыться двери за неожиданным посетителем, вдова Устинова тут же набрала знакомый номер.

— Добрый вечер, — заискивающе сказала она, стоило только человеку на том конце провода взять трубку. — Это Устинова. Вы просили немедленно позвонить, если кто-то будет Антоном интересоваться. Мужик приходил. Говорил, что деньги задолжал. Да только навряд ли кто из друзей мужа покойного стал бы возвращать. Они отдавать не хотели даже те, про которые я знала. А тут целая тысяча. Как выглядит? Ну так, лет на сорок, плотный такой. Хотел в прихожую шмыгнуть, так я его ни-ни. Около двери и поговорили. Не, артефакт ваш молчал. Может, испортился? Запись на камеру есть, как вы и просили, всех пишем. Заедете сегодня же? Будем ждать. А то, знаете, ли дочку в одиночку, поди, подними…

После разговора улыбка на лице Устиновой расцветала сама собой. За такое незначительное поручение она каждый месяц имела солидную прибавку к зарплате. Поскольку платили ей за количество, она иной раз хитрила и приглашала то электрика, то сантехника, каждый раз делая вид, что она вовсе никому не звонила и удивлена не меньше пришедших к ней. Ей казалось, что наниматель в курсе ее жульничества, но смотрит сквозь пальцы, лишь бы отчеты всегда были вовремя. Но в этот раз ничего выдумывать не пришлось — мужик приперся сам, да еще и с деньгами, что было подозрительно вдвойне, потому что Антон никогда бы не одолжил такую сумму даже тем, кто числился его приятелями, а уж левому человеку — тем более.

Глава 33

План на вечер я почти выполнил. До «Вишневого Сада», во всяком случае добрался, и там мы немного поговорили с Иваном, который оставался под впечатлением утреннего нападения и, похоже, с утра пытался их залить. Приговариваемая бутылка точно была не первой.

— А глаза у нее были с-совершенно неживыми, буркалы белесые. Бр-р-р. — Помотал он головой, как будто хотел из нее вытряхнуть застрявшие впечатления. — И движения д-дерганными, как у з-зомби. О точно, з-зомби, — выливал он: на нас — свои впечатления, а в себя — очередную порцию коньяка. — И тычет в меня этим ножом, а я так растерялся, что только и мог стоять на месте и глазами лупать. Дань… Ик! … Я хочу на курсы самообороны.

— Иди, — ответил невозмутимый Постников.

— Твои. — Иван ухватил Постникова за лацкан пиджака и подтянулся к нему вплотную. — Ты же занимаешься с Ярославом? Я т-тоже хочу.

— Завтра проснешься и перехочешь.

— Не н-не проснусь. Тьфу. В смысле не п-перехочу. Р-решение окончательное. Я должен уметь себя з-защитить или хотя бы удрать. — Он с сомнением посмотрел на бутылку и спросил Постникова: — Тебе налить?

— Я пока на работе, — отказался тот и покосился на меня.

Я подал знак что ухожу, но фантом оставлю. Причем сложный вариант, через который можно будет связаться, если вдруг что. В принципе я ничего нового сейчас не услышал: и без того было понятно, что девушка действовала не по своей воле. Это делало клан уязвимым со стороны Накреха, потому что так подослать можно не только близкого человека, который не в клане, но и совсем постороннего. Курьера, к примеру. Да, он дальше проходной не продвинется, но тем не менее… А если в следующий раз будет встроено не иссушающей заклинание, а химерическое? Впору за голову хвататься.

Звонок от Накреха застал меня по дороге, до Ермолиной я немного не дошел. Я остановился и тронул управляющую фантомом нить — сейчас он будет делать в точности то же самое, что и я. Вряд ли у Накреха есть возможность увидеть происходящее в кабинете Ивана, но перестраховка не помешает.

— Ярослав, последний раз предлагаю договориться, — прошипел Накрех в трубку.

— Вы пока договариваться не пытались, — заметил я. — Все запугиванием занимаетесь, с тем, чтобы я перестал под вас копать. Так что не вижу выгоды вставать на вашу сторону.

— А у Тумановых видишь?

— У Тумановых вижу.

— Это Светлану, что ли? — неожиданно спросил Накрех. — Не отдадут Тумановы ее тебе, я точно знаю. Наслышан.

Однако. Информация из дворца Тумановых не просто утекает — течет полноводной рекой. Правда, информатор нашего разговора не слышал, иначе бы знал, что это оплата не за помощь, а за обучение.

— Даже если пообещают — не дадут, — довольным голосом продолжил Накрех, принявший мое молчание за замешательство. — А вот я могу и дать.

Что в его интонации показалось знакомым. Не в голосе, нет, — голос наверняка был изменен, а вот интонации и акценты прорывались. Создавалось впечатление, что я либо слышал этого человека раньше, либо даже с ним разговаривал. Причем это было не случайное лицо, иначе я бы не обратил внимания на интонационные особенности.

— Могу дать и дам — это две разные фигуры речи, — заметил я. — Кроме того, сама Светлана отдельно от семьи представляет куда меньшую ценность, если вы понимаете, о чем я.

— Неожиданно. Ты мне казался этаким бессребреником…

— Который хочет за помощь лучшую невесту империи? Как-то это не сочетается, не находите?

— Всем нам свойственно ошибаться. Относительно тебя я это допустил несколько раз. А ведь как легко было раздавить в самом начале, — прошипел он. — Не ожидал, что человек из того же мира, что и я, выступит не на моей стороне.

Можно было сказать, что этот мир уже давно наш. Особенно для Накреха — он-то провел здесь куда больше времени, но все равно мыслит категориями прошлого, цепляется за оставшиеся клочки души, считая это инаковостью.

— Вы хотите получить выгоду. А именно: встать во главе страны, а в перспективе — и мира.

Второе я бросил наобум, но мне казалось, что Накрех не ограничится одной страной, даже огромной, а будет стремиться захапать все. Потому что чем больше территория,