Купол изгнанных - Марина Леонидовна Ясинская

* * *

Кристина пришла в себя так резко, что пошатнулась, на миг потеряв равновесие. Она непроизвольно схватилась за стоящего рядом Фьора и тут же его отпустила.

На этот раз фаерщик вернулся из их совместного погружения в прошлое одновременно с ней. Он встретился взглядом с Кристиной, собрался было что-то сказать, но промолчал.

Кристина тоже молчала. Она не знала, что можно сказать. Все это случилось давным-давно и на самом деле не с ними, они не имеют никакого отношения к произошедшему. И все же в ней еще бурлили отголоски презрения и ненависти, которые переполняли Христиану. А в глазах Фьора она видела боль и чувство вины – вины за то, что сделал не он.

– Я надеюсь, что, когда это все закончится, мы обойдемся без новых экскурсов в прошлое, – с трудом произнесла Кристина.

Она увидела более чем достаточно и не хотела узнать еще больше, с нее хватит! С каждым погружением в события многовековой давности она все отчетливее ощущала, как теряет частицу себя под напором чужих чувств и эмоций, потому что те словно остаются жить в ней навсегда.

– И я, – глухо согласился фаерщик, а потом как-то обреченно махнул рукой. – Да пошло оно все! Крис, прости!

– За что? – насторожилась она, тут же подумав, что он сейчас расскажет ей о том, что произошло между ним и его фамильяром.

– За то, что сжег тебя на костре.

«Ты серьезно?» – едва не спросила Кристина, но сдержалась, увидев в глазах фаерщика самую неподдельную боль.

– Это были не мы, – напомнила она.

– Но в моменте это ощущалось чертовски реально! Так, будто это действительно были мы!

– Я знаю, – ответила Кристина и устало провела руками по лицу. – Так, все! – твердо сказала она, собираясь с мыслями и возвращаясь к реальности. – Прямо сейчас у нас есть дела поважнее.

– Это точно, – совсем другим тоном сказал Фьор. – Ну что, наш совместный номер в силе?

– Э-э-э… – протянула Кристина.

– На этот раз огонь будет под полным контролем, – заверил фаерщик. – А значит, мне не придется выносить тебя из пекла, и мы избежим нежелательного физического контакта, который может закончиться для нас вот этим вот всем.

– Откуда ты знаешь? – спросила Кристина.

Не то чтобы она хотела подорвать уверенность Фьора в себе, как раз наоборот, чем больше сейчас уверены в своих силах циркачи, тем лучше. И все же что-то в интонации фаерщика ее задело.

– Знаю, – твердо ответил он.

– Это как-то связано с тем, что произошло между тобой и твоим фамильяром?

Кристина почти увидела, как Фьор мгновенно замкнулся. Черт побери, да что произошло?

– Крис! – Она услышала, как кто-то ее зовет, пришлось оставить попытки выведать у Фьора подробности.

– Увидимся на арене, – сказала она фаерщику и ушла.

Фьор проводил ее долгим взглядом.

Взглядом, в котором больше не было серебристого мерцания, как у всех циркачей «Колизиона». Но Кристина этого не заметила.

Глава 20

Внезапно зазвучавшая музыка заставила всех вздрогнуть и замереть на месте. Она доносилась с арены, праздничная, радостная, обещающая волшебство и очарование, с характерными звуками аккордеона, придававшего ей пронзительности, – точно такая, какой и полагается быть музыке в цирке, но от нее пробирала дрожь, и каждый услышал в ней призыв и недвусмысленный приказ: представление начинается, все на выход!

«Что ж, по крайней мере, вопрос о том, когда начинать выступление, снимается», – подумала Кристина, чувствуя, как леденеют руки, а внутренности буквально скручиваются от волнения.

А затем сквозь тонкие щелки в занавесе хлынул яркий цветной свет. Что ж, Пропавший цирк сам обеспечивал и музыку, и освещение; циркачам остается только дать представление.

Прежде чем Кристина успела подать сигнал акробатам, которые обычно первыми открывали представление «Колизиона», занавес буквально протаранили артисты «Обскуриона». Кристина нашла взглядом Джордана; в отличие от его родного цирка, этот не был оборудован «троном», на котором он восседал в темноте над ареной и наблюдал за выступлением, и потому Джордан устроился в углу возле кулис, откуда, слегка отодвинув тяжелый занавес, мог беспрепятственно наблюдать за выступлением. В руках Джордан рассеянно крутил цепочку, на которую было нанизано три амулета. Возможно, все дело было в неровном освещении, но Кристине показалось, что те слегка светились.

Достав из кармана свой медальон, Кристина внимательно его изучила. Он и не думал как-то особенно сиять, более того, оставался раздражающе-прохладным, а Кристина уже давно поняла, что любая магическая активность заставляла его нагреваться. Получается, сейчас он бездействует. Может, ей полагается его как-то включить перед представлением? Но как? Она не знает!

Паника похожа на хищника, который терпеливо сидит в засаде, готовый в нужный момент накинуться на жертву и схватить ее, прежде чем она сообразит, что произошло. Вот и Кристина не успела ничего понять, а уже задыхалась и дрожала, в голове царил полный хаос, а чокер, казалось, сжимался на шее, словно удавка.

На этот раз ее спасением снова стал Апи; Кристина почувствовала, как детские руки крепко сцепились у нее на талии, маленькое легкое тело прижалось к ней, и паника отступила.

Хотя Кристина теперь знала, кто Апи такой на самом деле, она все равно не могла отделаться от привычки вести себя так, словно он был ребенком – одиноким, немного странным и порой напуганным. И потому она прижала его к себе и легко взъерошила ему волосы.

– Мы справимся, – прошептала она вроде бы ему, но на самом деле себе. И это сработало. Из-за кулис доносились звуки представления, а когда наступила мертвенная тишина, Кристина догадалась, что, должно быть, номер закончился. Обычно в этот момент раздавались аплодисменты публики, но на этот раз им предстоит работать в других условиях.

Впрочем, у «Колизиона» уже был подобный опыт, когда они выступали в ее родном Верходновске, но на представление никто не пришел. Тогда под куполом шатра тоже царила эта странная, нервирующая тишина. Но они справились! Справятся и сейчас.

Артисты «Обскуриона» вернулись за кулисы; Кристина видела растерянность и замешательство на их лицах и испытывала такое недостойное и неблагородное, но такое приятное удовлетворение! Да, она была рада, что непривычная, нервирующая обстановка выбила почву у них из-под ног и что у сторонников Кристины появилось пусть и крошечное, но преимущество.

Циркачи «Колизиона» смотрели на Кристину. Ждали ее слов. Они приняли ее как директора. Невероятно! «Неплохо для девчонки, которая еще недавно считала себя никому не нужной неудачницей, а?» – подумала Кристина и улыбнулась.

– Помните, как было на представлении перед ночью