Дело жены оборотня - Валентина Ильинична Елисеева

его успеют осудить, пока он не пришёл в себя, то обратно уже не отыграешь.

– Что ж, я всегда на твоей стороне, шеф. Какие будут указания?

– Беги в контору Дона Шепарда, пусть он приставит человека следить за Берти Янгом. Лучше не-человека, мало ли куда ведьмака занесёт, хоть он работает в человеческой фирме риэлтором. Всё, что будет им выбрасываться, – тайно изъять и доставить нам. Кроме того, пусть отправит агентов разузнать всю подноготную супругов Энсли: как жили, где работали, давно ли состояли в браке, какие между ними были отношения, ну и далее как обычно.

– А ты куда? – встревожился Тони. Парень считал своей мужской обязанностью защищать её от всех врагов, напрочь игнорируя тот факт, что Вэл с лёгкостью управится с тремя десятками таких, как сам Тони.

– В суд, где на меня точно никто не нападёт.

– Кроме прокурора, когда он проведает, что ты замыслила. Он и так ненавидит тебя лютой ненавистью за все светлое прошлое, а теперь и вовсе отправится к ведьмам вуду, чтобы сжить тебя сосвету.

– Ведьмы все свои, вредить Иной они не станут, – усмехнулась Вэл, прекрасно знающая, что окружной прокурор Соммерс считает её вселенским злом, ниспосланным ему свыше за неведомые грехи.

Глава 3, о продолжающемся невезении и верных жёнах

Окружной суд, в котором должно было рассматриваться дело Энсли, насчитывал пять судей, из которых только двое принимали на рассмотрение дела, как-либо связанные с Иными. Разумеется, они, как и Вэл, чаще всего работали с людьми, которых в любом городе Америки было гораздо больше, чем представителей ИГР. В Атланте на три с небольшим сотни Иных приходилось полмиллиона человеческого населения, а в Большой Атланте* – две тысячи Иных на семь миллионов «людей обыкновенных». Помощник окружного прокурора Дерек Ривз по причине молодости лет относился к Вэл значительно лучше своего непосредственного начальства, даже пытался за ней ухаживать, регулярно получая от ворот поворот, но не отчаиваясь.

– Вопрос об утверждении сделки о признании вины будет рассматриваться послезавтра, – сообщил Ривз.

– Уже?! Сразу после выходных? – ахнула Вэл.

– Как только старик-прокурор услышал, кого назначили адвокатом по делу, он потребовал максимально ускорить все необходимые следственные процедуры. Судя по всему, он не ошибся в своих дурных предчувствиях?

– Кому из судей досталось дело?

– Угадай, – ухмыльнулся Ривз и подтвердил худшие предположения: – Брэду Кэмпбеллу.

День Вэл с самого утра катился в преисподнюю и теперь достиг места назначения. Чёрт, меньше всего ей хотелось обращаться с просьбами к судье Кэмпбеллу! Помощник прокурора сочувственно похлопал её по плечу – как и многие другие, он успел заметить, что между адвокатом Мэнс и судьёй пробежала чёрная кошка. Резко развернувшись на каблуках, Вэл отправилась в угловой кабинет на верхнем этаже суда: интересы клиента – прежде всего.

.

Сидевший за столом русоволосый широкоплечий мужчина поднялся при её появлении и сдержанно поздоровался с ней. Красивое породистое лицо холёного аристократа не отражало никаких эмоций – судья считал, что благородное происхождение обязывает всегда и всюду вести себя соответственно своему высокому социальному статусу. Это соответствие выражалось и в дипломе об отличном окончании Гарвардского и Йельского университетов, и в степени доктора философии права, и в великолепном костюме, сшитом на заказ. В таких же костюмчиках с отглаженными галстуками Брэд Кэмпбелл расхаживал всю жизнь с того момента, как научился ходить. Сверхсильный гибрид из старинного рода, в крови которого причудливо смешались и усилились способности двух разновидностей Иных, с рождения не забывал ни о собственных чудовищных возможностях, ни о величии своей семьи.

Вэл родилась в маленьком провинциальном городке Луизианы и никогда не входила в списки самых сильных монстров страны. В детстве она босоногой девчонкой бегала по берегам Миссисипи, лазала по деревьям и скалистым речным обрывам, что плохо сказывалось на виде её нарядов, и никогда не стремилась стать лучшей ученицей школы. Повзрослев, она стала больше внимания уделять своему образованию и внешнему виду, но делала это не от души и не из стремления походить на великосветскую даму, а чтобы осуществить детскую мечту стать адвокатом. Клиенты отчего-то серьёзнее относились к правозащитникам, если те были одеты в строгое платье и принимали их в солидном офисе, а не являлись в драных джинсах на встречу с ними в дешёвое кафе. Признав, что встречи с клиентами – не чета встречам с подругами, Вэл обзавелась приличным гардеробом как только получила на руки университетский диплом. Что же касается Брэда Кэмпбелла, он вряд ли когда-либо заглядывал в дешёвые кафе и уж точно никогда не носил рваные джинсы, даже в годы юности. Словом, вряд ли могли найтись на свете более разные люди, чем они с судьёй Кэмпбеллом.

Старательно не отводя взгляда от серых мужских глаз оттенка закалённой стали, Вэл кратко обосновала свои соображения, закончив так:

– Обратите внимание на чёткость формулировок Энсли в признании вины. Человек, тяжело переживающий измену и смерть жены, никак не мог столь последовательно и логично изложить суть дела. Неровный почерк явно показывает, что у него тряслись руки, когда он писал своё покаяние, и совершенно очевидно, что оно было просто надиктовано ему полицейскими. Почему в деле нет видеозаписи его признаний? Да потому что он просто кивал в ответ на любые обращаемые к нему вопросы! Вы же понимаете, что мне было бы трудно ошибиться в оценке состояния подозреваемого, а я утверждаю, что Энсли сейчас невменяем. Пусть то же самое подтвердит психиатр – я требую вызвать к моему подзащитному специалиста соответствующего профиля. – Вэл помолчала и настойчиво повторили: – Вы отправите соответствующее распоряжение прямо сейчас?

– Нет, – отказался судья, но не дал ей решительно запротестовать, продолжив: – Будет несколько странно, если я отправлю повторное распоряжение, аналогичное указанию, данному полчаса назад. Я согласен с тем, что нападение оборотня на супругу – случай, слишком необычный при любых обстоятельствах. Тем не менее, если Энсли будет настаивать на верности своего самообвинения, а следствие не найдёт поводов усомниться в нём, он будет осуждён за непредумышленное убийство.

– Следует ли это понимать так, что вы, судья, уже заранее не сомневаетесь в своём решении?

– Я не сомневаюсь, что не стану мешать защите выставлять любые доказательства в пользу обвиняемого, какие она сочтёт нужным, – ледяным тоном отрезал Кэмпбелл. – Вы хотели узнать что-то ещё?

О да, ей бы очень хотелось получить на руки список всех высших демонов Америки,