Один сон на двоих - Татьяна Владимировна Корсакова

появился его мобильник.

– Он? – спросила Лера удивленно, словно сама до конца не верила в то, на что способна.

– Сейчас проверим! – Мирон ввел пароль, открыл галерею. – Он! Вот любуйся!

Любовалась Лера долго. Сначала разглядывала фото из геральдической книги, потом письмо.

– Что это? – спросила, наконец, и постучала ноготком по гербу.

– Это твой фамильный герб, а на нем наш четвероногий друг Цербер. По вашему, графскому, Темный пес – защитник рода Бартане.

– Очень увлекательно, а я здесь при чем? – Лера снова нахмурилась.

– При том, что Цербер охраняет именно тебя.

– И?..

– И это значит, что ты одна из Бартане. Вероятно, самая последняя в роду.

– Бред! – Лера покачала головой. – Мирон, где я, а где Венгрия?! Я обыкновенная!

– Так уж и обыкновенная? – Мирон выразительно посмотрел на свой мобильник. – Тогда расскажи, как у тебя все это получается?

– Что – это?

– Да все! Замок, камин, вот этот коврик, мой телефон! Кстати, рубашка мне маловата, у меня развитая грудная мускулатура, детка.

Про мускулатуру Лера пропустила мимо ушей, все ее мысли были заняты осознанием вскрывшейся проблемы. Или открывшихся перспектив. Это уж с какой стороны посмотреть.

– Дамочки из рода Бартане были весьма своеобразными. – Мирон не стал ее больше мучить. – В давние времена их бы посчитали ведьмами, а в наш просвещенный век – экстрасенсами.

Лера скептически фыркнула.

– Обычным девицам полагаются болонки или йорки, на худой конец. А тебе в качестве домашней зверюшки выдали целого Темного пса. Не находишь это странным?

– Нахожу. – Держать удар эта девчонка умела. – Но все равно не понимаю. Не было в моей жизни ничего такого…

– А что ты вообще помнишь о своей жизни? Или вспомнила? – спросил Мирон с надеждой.

Она покачала головой.

– Ничего, еще вспомнишь. – Он осторожно погладил ее по волосам. – Но ты особенная, и спорить с этим нет смысла. Даже то, что ты не умерла – уже чудо.

– Я застряла! – Лера мотнула головой, стряхивая его руку. – Я застряла в этом чертовом месте! По-твоему, это жизнь?!

Можно было сказать, что он обязательно что-нибудь придумает, что вытащит ее из мира теней на солнечный свет, но Мирон промолчал. Много ли он знает про мир теней? Он в этой истории такой же слепой котенок, как и Лера. Разве что чуть более живой.

– Обещай мне, – сказала Лера после долгой паузы. – Обещай, что, если у тебя там наверху ничего не получится, ты меня…

– Что я тебя?..

– Ты отключишь меня от аппарата, – сказала она с отчаянной решимостью. – Как только я решу, что с меня достаточно, ты все сделаешь.

По позвоночнику пробежал холодок, в солнечное сплетение словно впился раскаленный крюк, на мгновение стало так больно, что Мирон зажмурился.

– Лера, ты не подключена к аппарату, – сказал он тихо и твердо.

– Значит, ты что-нибудь придумаешь. – В ее голосе тоже была боль, но не было решительности.

– Как? – спросил Мирон. – Предлагаешь придушить тебя подушкой?

– А можно?

– Ты дура, да?! – рявкнул он в сердцах.

Она ничего не ответила, она смотрела на него, а во взгляде ее водили хоровод надежда и отчаяние. Надежды было чуть больше, отчаяния чуть меньше. И Мирон сделал то, чего не собирался делать ни за что и никогда.

– Мы со всем разберемся, – пообещал он.

– Как? – спросила Лера, и надежды в ее взгляде стало еще больше.

– Как сможем, так и разберемся. Ты – здесь, а я там.

– Звучит как план. – Она улыбнулась.

– Ты ведьма – Лера.

– Спасибо…

– Я о том, что ты сильнее, чем кажешься. Ты учишься управляться с этой своей… силой. И с каждым разом у тебя получается все лучше и лучше.

– Спасение утопающих – дело рук самих утопающих?

– В некотором роде. Но ты не одна, за тебя там знаешь, какие люди сражаются?!

– Какие? – Лера улыбнулась. – Расскажи!

И Мирон рассказал! И про Харона рассказал, и про Милочку. И про то, какие они классные, хоть и с придурью. Но кто нынче без придури?

Лере понравился его рассказ. Харон и Милочка ей тоже понравились. И то, что там, в мире живых, за ее телом ухаживает медсестра Семеновна, которая не только ответственная, но еще и добрая, Лере тоже понравилось. Когда по анфиладам замка разнеслась раздражающая трель будильника, уходил Мирон почти с легким сердцем. Про Леру он понял еще одну очень важную вещь: чтобы развернуться в полную силу, ей нужно на кого-то опереться и от кого-то оттолкнуться перед взлетом. Мирону очень хотелось, чтобы этим «кем-то» для нее стал именно он.

Глава 5

Астра ждала Милу возле автомобильной стоянки. Держалась так, чтобы не светиться и не привлекать лишнего внимания. Одета она была в брючный костюм, который весьма эффектно подчеркивал ее фигуру. Мила снова успела позавидовать, пока шла к своей машине.

– Мой багажник – не самое чистое место на земле. – Она с сомнением осмотрела наряд Астры.

– Ничего, я специально оделась попроще. – Та легкомысленно махнула рукой.

– Ничего себе – попроще, – пробормотала Мила, поднимая крышку багажника. – Прошу!

В багажник Астра забралась с удивительной сноровкой и даже позу умудрилась принять не дурацкую, а вполне себе изящную. Умеют же некоторые бабы…

– В конце подъездной аллеи есть развилка, – сказала Астра. – Остановись – я пересяду в салон.

– Главное не забыть. – С памятью у Милы было все в порядке, просто почему-то захотелось поддеть Астру.

– Я напомню. – Астра улыбнулась ей из темноты багажника. Улыбка получилась хищная. Мила захлопнула крышку, уселась за руль. Примерещится же…

Из усадьбы Милу выпустили без лишних слов и досмотра. Попробовали бы они ее досмотреть! На быстром наборе в ее мобиле имелся телефон весьма известного в области адвоката. Когда-то у Милы с адвокатом случился бурный, но скоротечный роман. Роман закончился, а полезные связи и готовность помочь друг другу в трудную минуту остались. Так вот попробовали бы ее досмотреть!

Нужную развилку Мила, разумеется, не проскочила, остановила машину, открыла багажник. Астра сощурилась, прикрыла лицо от бьющих сквозь листву солнечных лучей.

– Дело сделано. – Мила отступила на шаг, давая Астре возможность выбраться из багажника.

Оказавшись на воле, Астра стряхнула с по-прежнему идеального костюма невидимые соринки, притопнула туфелькой. Туфельки у нее были загляденье: кроваво-красные, на высоченных шпильках. Наверное, старик Фрейд много чего смог бы рассказать про эти туфли, а Мила просто тихо позавидовала.

В машине Астра уселась на пассажирском сидении, поерзала, устраиваясь поудобнее и вытягивая свои длинные ноги, а потом откинула голову на подголовник и сказала с явным удовольствием:

– Как же хорошо!

Мила с ней согласилась. День, начавшийся так замечательно, плавно перетекал в не менее замечательный вечер.

– Куда тебя? – спросила она, заводя мотор.

– В магазин, – сказала Астра.

– Продуктовый?

– Промтоварный!

Они переглянулись и рассмеялись.

– Хочу прогуляться по городу, прикупить себе чего-нибудь из местного колоритного. Есть у вас тут что-нибудь колоритное? – Астра посмотрела на Милу.

– Я так понимаю, магнитики с видами города не предлагать?

Астра отрицательно покачала головой.

– Хрусталь у нас тут есть.

– Не довезу.

– Кошёлки из лозы. Очень миленькие.

– Кошёлки! – Астра расхохоталась.

– На этом все. – Мила смотрела на дорогу и тоже улыбалась. – Если хочешь, давай просто поужинаем, – предложила она. – Вот ресторан у нас тут есть очень хороший.

– А почему бы и нет! – Идея с рестораном Астре явно понравилась. – Надоело это диетическое меню, хочется нормальной еды!

Она снова улыбнулась, и снова белоснежная ее улыбка показалась Миле хищной. Всего на долю секунды, недостаточную, чтобы насторожиться или хотя бы задуматься над собственными ощущениями.

До города они домчали с ветерком. Мчали по той самой заброшенной дороге под бодрое завывание какого-то импортного рок-музыканта, рассекая бампером резвой Милиной машинки лиловые сумерки. Мила слов не понимала, а Астра даже пыталась рок-музыканту подпевать. Голос у нее был красивый, завораживающий. Как у мифической сирены.

Вот только в ресторане их ждала засада: по случаю субботнего вечера в зале не было ни одного свободного столика. Оказывается, записываться нужно было сильно заранее, оказывается, место уж больно популярное. Так с чуть виноватой, но все равно дежурной улыбкой сообщил им метрдотель. Мила сначала расстроилась, а потом разозлилась, принялась листать записную книжку в своем телефоне, искать полезные контакты, способные решить эту маленькую, но такую досадную проблему. Очевидно, первым делом позвонить стоило Харону, в прошлый раз ей показалось, что в ресторане Харон считается завсегдатаем. Но этот звонок был равносилен признанию собственной беспомощности, а меньше всего Миле хотелось выглядеть беспомощной.

– Я сейчас все порешаю, – сказала она, разглядывающей зал Астре. – Если потребуется, до мэра доберусь.

Добираться до мэра не пришлось, этот чудесный день явил очередное чудо! Из темных глубин зала к ним