Верни меня к жизни, волк - Светлана Ворон

— Спасибо за выбор нашего кафе, — Энни вернула на лицо искусственную улыбку, кивнула и удалилась, но я заметила, как она задержала взгляд сначала на моей инвалидной коляске, а затем — оценивающий и долгий — на Халле.

Что это было вообще? Она не только меня знала, но и проявила скрытую враждебность.

Загадки прошлого никогда не мучали меня сильнее, чем сегодня: то Халле что-то не доскажет, то посторонний человек подозрительно себя ведет. Стоило выбраться из дома хотя бы ради этого: не побывай я в Куоби, не узнала бы о себе столько нового, и не нащупала бы первую, пока еще тоненькую и хрупкую, ниточку, ведущую к возвращению воспоминаний…

Пока ожидали заказ, мы жевали хрустики, которые подавались бесплатно.

— Ну и какие планы на завтра? — поинтересовался Халле буднично, схомячивая пятнадцатый хрустик, тогда как я успела съесть лишь второй.

— Давай сделаем перерыв? — предложила устало. — Послезавтра у нас тату-салон, забыл?

— Точно, — скис парень, что-то прикидывая в уме. — Но я не против повеселиться и завтра!

— Нужно дать Шарлетт немного остыть, — напомнила я и перевела тему: — Кстати, как татуировка — видна?

Мастер нанес контуры и штрихи, за следующие два сеанса обещал полностью закончить работу, заполнив краской узоры полностью. Я знала, что основной рисунок сделан, не хватает лишь насыщенности цветом.

— Супер! — Халле поднял большой палец вверх и улыбнулся от уха до уха, тряхнув спутанными золотисто-медными волосами, и я легко смогла представить его с дредами — они бы ему точно пошли. — Не болит?

— Пощипывает, — созналась я. Моя кожа все еще хранила неприятное воспоминание о жгучих уколах, бр-р-р. Но Халле знать об этом было необязательно.

Глава 8. Ты что, была здесь?!

— Раньше ты чаще смеялась, — ностальгически заметил парень. — Я казался тебе веселым. А сегодня смог рассмешить нормально только шесть раз.

— Ты считал? — удивилась я, и громила кивнул. — Это из-за шрамов, — показала я на рубец, задевший губу. — Мешают.

— А-а, понятно, — протянул Халле, улыбаясь, и мне нравилось, что он не делает из моего состояния трагедию, как мама и остальные. — Почему тогда отказалась от пластических операций?

Ну вот, рано обрадовалась. Начинается. Я скривилась.

— Устала. Интенсивная терапия — чистое зло. Она вымотала меня и не принесла никакого результата. Я устала от обезболивающих, сеансов психотерапии, лекарств, массажей и врачей. Больше полугода они изводили меня, а толку? — показала я на неподвижные ноги. — К тому же это все стоит баснословных денег, а родители не миллионеры. Да и какой смысл в пластике, если без ног я и все равно никому не нужна?

— Мне нужна! — быстро выпалил Халле, создав неловкую ситуацию, которой я избегала весь день.

— Это тебе так кажется, потому что ты помнишь меня другой, — с сочувствием посмотрела я на парня, думая о той, какой была, — живой, настоящей. Наверняка безрассудной и деятельной, как ты утверждал. Может быть, даже красивой, — саркастично пошутила, но на этот раз Халле не отреагировал, оставшись слишком серьезным.

— Ты и сейчас красивая, — возразил он с неистовой уверенностью, протянув мне руку через стол, но я быстро убрала ладони на колени. — Ты себя в зеркало вообще видела?!

— Видела.

Каждый день лицезрела. Несмотря на попрятанные зеркала. Может, я и правда была привлекательной девушкой до того как… Блондинка с голубыми глазами — это ведь известный штамп, именно такие девчонки нравятся парням? Но теперь я оказалась очень далека от идеала.

— Ну и? Что изменилось, Фло?

Халле так свято верил в мою красоту, что я невольно призадумалась о том, какой меня видят окружающие, которые давно меня знают.

Настырно потянувшись через весь стол, огромной ручищей Эрлинг вытащил из-за спины часть моих волос и поправил их таким образом, чтобы они чуть-чуть прикрыли лицо.

Глядя в мои глаза с согревающей сердце теплотой, которая невероятно стесняла, улыбнулся, словно только что полностью доказал свою правоту:

— Ну, вот…

Но я же знала, что это всего лишь уловка. Будет странно — и очень неудобно — постоянно ходить с прической, закрывающей один глаз и половину лица, проще было б надеть маску или, что я сегодня и сделала, обмануть всех татуировкой.

И даже если это сработает и повысит мою самооценку, даже если парни решат, что я все еще привлекательна, как раньше, хитрость никак не вернет мне способность ходить. Основная проблема была в этом.

— Халле, — попыталась я образумить парня, которого знала всего один день и не могла ответить ему взаимностью ни сейчас, ни, скорее всего, потом. Даже если он прав, и между нами что-то могло быть, теперь слишком поздно. — Я не гожусь на роль близкой подружки. Я благодарна тебе за дружбу, но близких отношений не хочу. Попробуй понять меня. И не принимай это на свой счет.

Примирительно улыбнулась, не желая становиться причиной расстройства друга, который уже слегка надулся.

— Я скажу это любому, кто заведет такой разговор. Я не… Давай просто оставим этот разговор, прошу. Насовсем. — Жестоко, но лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Мне не нужна была ничья жалость и уж тем более благотворительность, и даже любовь, если я не могу стать равноправным партнером.

— Я готов заботиться о тебе, меня не пугают твои колеса, Флоранс, — упрямо твердил Халле и был таким искренним, что я не могла на него сердиться и совсем не хотела причинять боль отказом. Но пришлось.

— Мне это не нужно, — ответила как можно прохладнее, чтобы провести черту. Не желала даже думать о том, чтобы стать парню обузой, не говоря уж об отсутствии с моей стороны каких-либо чувств.

— Я слишком тороплюсь, да? — наконец, отступился Халле, догадавшись по резкой реакции, что перешел границы моего терпения.

— Очень! — согласилась я с невеселым смешком. Сложно представлять в роли бойфренда человека, которого впервые увидела несколько часов назад.

— Ваши стейки, пицца и чай, — отвлекла нас официантка, поставив заказ на стол и добавив к нему флайер с пятипроцентной скидкой. — Спасибо, что выбираете наше кафе снова. При пятикратном посещении вы получите карту постоянного посетителя с десятипроцентной скидкой, — информировала она с натянутой на миловидное лицо вежливой улыбкой.

— Снова? Ты что, была здесь?! — побелел вдруг Халле, вперив в меня сердитый взгляд, но я лишь удивленно пожала плечами.

— О, извините, — Энни, кинув косой взгляд на Халле, поспешила ретироваться.

Парень так пристально буравил меня потемневшими глазами¸ что мне стало не по себе — он будто подозревал меня в измене или типа того. Посмотрев на флайер, я прочитала: «Скидка за повторное посещение».

— Я, правда, не помню, —