Хроники Хазарского каганата - Саша Виленский

Ознакомительный фрагмент

разделялись на две команды, после чего одни кричали «Волки! Волки!», а другие: «Нет волков!», пока в какой-то момент их не прерывал голос господина инструктора: «Полон угол дураков!». Очевидно, это проверка на прочность и выяснение паттернов поведения в нестандартных ситуациях, думал Сергей, бегая вместе с другими из угла в угол. Идиотизм, конечно, чего уж там.

Зато определенным бонусом к этим действам было общение с девушками, которым по условиям игры можно было класть руки на коленки, которых можно было обнимать для пущего тактильного контакта и вообще флиртовать и оказывать знаки внимания. В общем, если не принимать во внимание некоторую инфантильность этих занятий, было даже весело. Людям вообще свойственно с радостной легкостью впадать в детство.

Утренняя сцена заставила Сергея повнимательней присмотреться к мисс Блю (так он теперь про себя называл Голубую). И чем дальше, тем больше она ему нравилась. Исподтишка следя за действиями своих товарищей по бункеру (это помещение он — тоже только про себя — прозвал бункером), он видел, что она, конечно же, отличается от других. Хотя бы той же неуловимой самоиронией, которой Сергей так гордился в себе, демонстрируя окружающим, что он, конечно, не будет разрушать компанию, но вся эта впавшая в детство тусовка его только забавляет. Мисс Блю часто ловила на себе его заинтересованные взгляды — женщины это умеют, чуть ли не с рождения. Она так же заинтересованно улыбалась ему в ответ, и Сергей внутренне подбирался, предчувствуя, что какое-то развитие всей этой истории непременно последует. Вопрос только — какое.

Вообще, задумка была интересной. Где как не в игре можно понять своих соратников.

Зеленая, например, делала все совершенно искренне, даже радостно. Видно, и она, и Оранжевая недалеко ушли от того возраста, когда в такие игры играли серьезно. Оба Желтых делали все несколько натужно, мол, надо, так надо. Да и кондиционер могут отключить. Красный не столько играл, сколько демонстрировал себя окружающим, какой он крутой и как он обязательно будет первым. А его прекрасная тезка — Красная — весело баловалась, как обычно весело балуются красотки-блондинки, чем бы они ни занимались. Ведь мир-то все равно принадлежит им. Поэтому надо не завоевывать его, а им наслаждаться. Странно, насколько бесцветными были Синий и Фиолетовый цвета, что у мужчин, что у женщин. Специально их подбирали, что ли? Сергей не удивился, если бы это было так. Но тогда почему ни ему совершенно не нравится Зеленая, ни он у нее не вызывает никакого интереса?

В общем, игры и весь этот процесс общения поставляли обильную пищу для размышлений. Даже было жалко прерываться, когда пришло время пищи телесной, ужина.

За ужином Зеленая громко объявила:

— В общем так. Вы все можете ржать и зубоскалить сколько угодно, но мы с девочками сегодня забираем Оранжевого к нам. Он будет у нас ночевать.

— А с кем? — кажется, кто-то из бесцветных сине-фиолетовых, задал этот глумливый вопрос.

— Если я скажу «со мной», это что-то изменит? — резко спросила Красная. — Какая вам разница, вообще? Мы хотим помочь Апельсинчику, а вы можете ржать до посинения, никого из нас это не волнует, понятно?

Оранжевый смотрел в сторону, делая вид, что его это вообще не касается.

— Ну и правильно, — сказал Желтый. — Молодцы, девушки.

Сергей неожиданно подумал, что той, кто сделает с «Апельсинчиком» «это самое», может оказаться мисс Блю, и ему вдруг стало неприятно. «Неужели влюбился?» — тревожно подумал он, но внутренне рассмеялся. Нет, конечно. Он больше не способен влюбляться. Вот сексом заниматься — способен, а любить, скорее всего, уже нет. При мысли о сексе тело сладко заныло, и Сергей постарался прогнать неожиданное возбуждение. «Не время, товарищ!» — вспомнил он старый анекдот и снова про себя рассмеялся. Стало легче.

— Да ладно вам, пусть идет, конечно, — дал задний ход Фиолетовый. — Вы бы обо всех так заботились! А то одним все, а другим — ничего.

— Перебьешься, — отрезала мисс Блю.

— И чтоб утром никаких этих ваших шуточек, хорошо? — примирительно сказала Зеленая.

Сергей спал мало и плохо, как вообще в последнее время.

Тем более что, несмотря на выпитый перед сном алкоголь, забыться не удалось и во сне опять пришло страшное.

По ощущениям он и на этот раз проснулся в несусветную рань. Кто-то громко храпел, трудно разобрать кто, но заливисто и оглушительно. Сергею когда-то рассказывали, что чтобы кто-то перестал храпеть, надо ему посвистеть. Или в кино видел, сейчас не важно. Важно, что с этим храпом заставить себя уснуть уже не удастся.

Свистнуть внезапно получилось громко. Храпун храпеть не перестал, только Синий, который лежал на соседней койке, вскочил, и очумело спросил:

— Что?!

— Да ничего, спи! — в сердцах ответил Сергей и вышел из спальни.

Забавно, но, как и тогда, из душа доносился звук плещущей воды. На вешалке висело голубое полотенце. Неприятно кольнуло. С чего бы это мисс Блю побежала в душ среди ночи? Видно, все-таки девственности Апельсинчика лишила именно она. Настроение и без того было не так, чтобы очень, а тут вконец испортилось.

Но из душа неожиданно вышла Зеленая.

— Привет! — она заматывала голубое полотенце на торчащих в разные стороны маленьких грудках. — Чего не спишь?

— А ты зачем по ночам в душ ходишь? — в свою очередь спросил Сергей.

— А надо! — кокетливо ответила Зеленая и плюхнулась в кресло. — Давай выпьем, глядишь и уснем.

Сергей отправился к бару, наполнил из изрядно опустевшей бутылки два стакана, протянул один девушке.

— А почему ты в голубом полотенце?

— Как в голубом?! — она с изумлением посмотрела на себя. — Это разве не зеленое?

— Ты что, дальтоник? — в свою очередь удивился Сергей.

— Не знаю, — пожала она плечами. — Вроде нет.

— Странно. Вообще-то, это мужское заболевание, у женщин встречается крайне редко. Меньше полпроцента.

— Вот же зараза, — она, казалось, его не слышала. — Перепутала. Теперь эта сука меня убьет.

— Голубая, что ли? А что, она прямо — сука? — Что такое женская дружба, Сергей хорошо знал. Так что была возможность раскрутить Зеленую на разговор о заинтересовавшей девушке.

— Конечно. Она знаешь, какая злющая? И рычит на всех. Я ее не боюсь, конечно, просто неприятно, когда кто-то постоянно злой. Хоть бы трахнул ее кто.

— Думаешь, от этого?

— А от чего еще баба может быть злой? Я вот — добрая!

Сергей не успел задать вопрос, который сам собой напрашивался: из душа как-то боком, вышел Красный и, набычившись, уставился на Сергея.

— А ты что тут делаешь? — недружелюбно спросил он.

— А ты? — Сергей приготовился. Парень