Шесть оттенков одержимости - Амалия Мо

Господин Верховный предпочитал не мешать происходящему разговорами. Как и я, он принял как данность, что в данный момент хватало громкого дыхания, стонов и шлепков.

И если бы юная Лидия узнала, что за бронёй Габриэля скрывалось такое… она бы ждала гораздо больше. Потому что вся его ненависть и причинённая боль в прошлом стоили той нежности, которая в нём пряталась.

Я чувствовала, как его тело напрягается, как он сдерживается. Желание Риэля дать мне всё, даже когда сам был на грани, стало последней каплей перед тем, как меня накрыл оргазм.

Толчки не прекратились несмотря на то, что я остановилась и откинула голову назад. Это только усилило ощущения, насыщая меня куда сильнее, чем могла насытить кровь.

Не было накрывающей волны. Разрядка получилась такой же необычной, словно это случилось не физически, а где-то глубже. Верховный сделал последние толчки и догнал меня, заставляя почувствовать пульсацию внутри.

В этот раз я не упустила момент, когда он кончил. Глаза на мгновение закрылись, а губы сомкнулись в плотную линию. В этой мужской сдержанности было нечто прекрасное, но я поставила себе цель в следующий раз услышать его стоны.

Я упала на его грудь, пытаясь отдышаться. Рука Риэль легла на спину, осторожно поглаживая.

— Это было… — начала я, но замолчала, не найдя слов.

— Правильно, — закончил он, приподнимая мой подбородок и заставляя посмотреть в глаза. — Это было правильно…

Послышался тихий металлический звон. Я опустила голову и усмехнулась, заметив, что мой кулон зацепился за кулон Риэля.

— Смотри.

Риэль проследил за моим взглядом.

— Не хочешь разъединить?

— Не хочу, — он обнял меня, прижимая обратно, а два кулона теперь лежали между нами, сцепленные, как и мы.

Расслабившись в тёплых объятиях, я уснула. Никаких снов не было, лишь обволакивающее присутствие Риэля, пробивающееся несмотря ни на что.

Когда я проснулась, обнаружила, что оказалась в постели одна. Мысль, что Кронвейн ушёл, не попрощавшись, оцарапала грудь острыми когтями.

Раздраженно скинув одеяло, которым Верховный меня любезно укрыл, я натянула футболку и вышла в гостиную.

— Ты не ушёл, — вырвалось, когда я увидела Риэля, стоящего у распахнутого окна.

В комнате больше не было мусора, даже пакетов не осталось. Посмотрев под ноги, я с недоумением обнаружила, что полы были влажными, будто по ним недавно прошлись шваброй.

Улыбка растянулась на губах, когда Кронвейн протянул руку, подзывая меня. Я подошла ближе и прохладный воздух из открытого окна облизал открытые участки кожи.

На бёдрах Риэля было затянуто полотенце, а влажные волосы от зачесал назад, отчего захотелось провести по ним рукой.

— Ходил в душ без меня? — лукаво прищурившись, я встала перед ним, рассматривая городской пейзаж.

Тонкие полоски света разрезали небо на лоскуты. Огни зданий ещё горели, но становились бледнее на фоне подкрадывающегося рассвета.

— Ты так сладко спала, не стал будить, — руки сомкнулись на моей талии, а вибрация его голоса заставила кожу покрыться мурашками.

Может сны на самом деле снились, и это был именно один из них? Риэль Кронвейн обнимал меня, нежно прижимая к себе… до этого он убрал весь бардак и даже помыл пол. Верховный служитель работал шваброй, а я пропустила такой момент…

— Откуда такая улыбка? — поинтересовался он, забираясь рукой под мою футболку.

— Представила, как ты мыл пол, теперь буду жалеть, что уснула.

— Фу, какие грязные фантазии, Лидия.

— Я не могу поверить, что это правда… — улыбка схлынула, стоило подумать обо всём, что неизбежно начнётся с новым днём.

Риэль мягко развернул меня, коснувшись щеки. И это тоже выглядело пугающим несоответствием, заставляющим всерьёз бояться, что с моей психикой непорядок. Вдруг я выдумала это… вдруг на самом деле никакого нежного Кронвейна никогда не существовало…

Или…

Внезапная мысль, что он мог притворяться таким, чтобы усыпить мою бдительность, вдруг остро полоснула по сердцу. Шанте могла внушить ему играть…

— Это правда, — прошептал он, касаясь подушечкой пальца губ.

— Вдруг это всё внушение? Вдруг Верховная подсадила в твою голову идею, чтобы ты втёрся к нам в доверие…

— Лидия… внушение на первокровных не работает долго. Во всяком случае у меня. После укуса я могу потребовать рассказать о чём-то или заставить забыть, но манипулировать сознанием на расстоянии — невозможно. Шанте могла потребовать что-то ей рассказать, если мы допускаем мысль, что она на такое способна. Но я не подпускаю её близко уже давно, не позволяю даже дотрагиваться. Не говоря уже о том, что ночевать мне приходится либо в твоей спальне в моём доме, либо здесь…

— А если её способности отличаются от твоих?

— Я думал об этом … Что-то мне подсказывает, что Юриэль не способна пить кровь первокровных, иначе… Её влияние было бы безгранично. Она бы давным-давно воспользовалась шансом заполучить всё, что только пожелает. Включая препарат… Разве ей не было бы проще внушить что-нибудь твоим братьям, а не пытаться от них избавиться?

— Звучит разумно…

Я попыталась закончить мысль, но Риэль увлёк меня в поцелуй, рассеивая все сомнения. За короткий срок он переворачивал представление о себе. И было уже неважно, что мы до сих пор ничего не решили с будущим, главное, что отпускали прошлое…

Служитель богини времени показывал, что не намерен торопиться. Он словно разбирал меня на части, ловя каждую реакцию. Язык прошёлся по нижней губе, отчего я тихо застонала, но Риэль поймал сорвавшийся воздух, углубляя поцелуй.

Оторвавшись на мгновение, он пристально заглянул в глаза, позволяя мне делать тоже самое. В отражении тёмной радужки угадывался собственный силуэт. Зрачки расширились, а после он снова поцеловал…

Руки стали смелее, вновь заползая под ткань. Прижавшись к нему, я ощутила эрекцию и новый прилив желания. Мои пальцы без стеснения выдернули край полотенца, отбрасывая его в сторону. А Риэль развернул меня к закрытой створке окна.

— Лидия? — обратился он, когда я уже сгорала от предвкушения, что почувствую его внутри.

— М?

— Я… влюбился в тебя…

30

Настроение главы: XxCaveinxX — No safe word

Лидия Морвель, сама того не ведая, возглавила моих демонов. Она стала предводителем всего тёмного, что у меня было, но умудрилась обернуть всё в свою пользу.

Я не врал, говоря, что влюбился, и это был не способ прекратить её