Ярый. Становление - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

молодой женщине, — приказываю, а сам срываюсь на бег и всматриваюсь в серую мглу.

Кошак ускоряется, но я уже вижу отмахивающуюся мечом Нику. Один из волкопсов зашел к ней за спину и готовится к прыжку.

— Стоять! — ору, вложив в голос подчинение.

Только хуже сделал! Молодая женщина застыла, а вот нечисть повернула ко мне свои оскаленные морды. На них магия не подействовала, ментальные щиты не пробил. Зато манул оказался на загривке одного из волкопсов. Мой питомец сделал все четко и быстро, его когти вонзились в черепную коробку нечисти. А я в оставшихся двух волкопсов, выпустил заряд из арбалета. Разрывные болты уничтожили тварей, все произошло за пару секунд. Ника тряхнула головой и провела ладонью по лбу:

— Алекс! Помоги!

— Этим и занят, — хмыкнул я. — Успокойся, все будет хорошо.

— Ты не понимаешь! — воскликнула молодая женщина и ее стала бить дрожь.

— Спокойно! — рявкнул на нее. — Истерикой только хуже сделаешь. Никогда никого не оплакивай раньше времени!

— Прости, — потупилась та.

— Где дом, в котором живут сын и твоя бывшая свекровь? — спрашиваю, а потом уточняю: — Кстати, как ее зовут?

Отвлекаю, продолжаю сканировать пространство и готовиться к бою. Сильно сомневаюсь, что стычка с нечистью осталась для их сородичей неизвестна. Сына Ники зовут Артур, она про него много рассказывала, а вот про его бабушку мне мало известно.

— Мариам Георгиевна, ей пятьдесят девять лет, очень добрая и хорошая, — шмыгнула носом моя подруга.

— Дом? — уточнил я.

— Второй от околицы, красная крыша, около трубы кованый журавль белого цвета, — произнесла Ника.

— Отлично, — улыбнулся ей и велел: — Идете с кошаком к машинам и ждете меня там.

Манул сердито зашипел, не ожидая от меня такого приказа. Пришлось ему напомнить, что он обязан слушаться, а то сядет на диету из овсяной каши. И вообще, его задача не такая и простая, обязан охранять Нику и ни в коем случае ее обратно не пускать. Мой питомец морду опустил и мысленно извинился. А вот молодая женщина попыталась возразить, но я на нее еще раз рявкнул и указал направление:

— Иди и не мешай, не уменьшай шансов и не трать драгоценное время! — всунул ей в руку арбалет. — Если встретишь нечисть — стреляй.

— А ты? — хрипло спросила Ника.

— Ничего со мной не произойдет, — вытащил из ножен клинок холода. — Шашки отличные, но пока драться не собираюсь, постараюсь тихо твоих вызволить.

Не оглядываясь, пошел в сторону деревни, до нее осталось не так далеко, уже виднеется очертание дома, до которого поле перейти. Метров через двадцать посмотрел назад, Ника удаляется в сторону, где находится граница купола. Одной проблемой меньше. Манул неплохо их ауры скрывает, но не идеально.

Действует ли мой отвод глаз? Проверить невозможно, деревня словно вымерла, вроде бы еще и живность есть, но куры не кудахчут, петухи не поют, собаки не лают. Мимо первого дома прошел и поморщился. Дверь нараспашку, разодран сторожевой пес, из хлева жалобное затухающее мычание теленка. Неужели не успел? Ника говорила, что велела забаррикадироваться и никому не открывать, чтобы ни произошло. Она сказала мне условную фразу, чтобы меня не испугались. Но сейчас проблема в другом! По дороге медленно идет босой мужик в трусах и майке. На его груди кровавое пятно, аура темная, на губах улыбка.

— Добро пожаловать в Антоновку! — провозгласил он, смотря мимо меня. — Заходи в трактир, он в центре села. Там тебя покормят и напоят.

Черт! Кто в его мозг вложил эти слова? Это не село и трактиров тут нет! А мужик сделал еще десять шагов, остановился и вновь стал повторять уже слышанные мной фразы. Зазывала, так таких персонажей звали. Их не удается полностью подчинить и обратить в нечисть, они никогда не причинят вред другим, но его сородичи это сделают с удовольствием. Деревня вурдалаков, их выдают алчные глаза, клыки и медленное сердцебиение.

Я вошел на участок бывшей свекрови Ники. Тут явно побывали волкопсы и еще какая-то нечисть. На деревянном заборе глубокие борозды от когтей, в доме разбиты стекла, дверь выбита. А вот две ауры меня обрадовали. Мальчик и бабушка живы, но они в панике, тревожные всполохи исходят из подвала, а вход в него в доме. С двумя клинками в руках вхожу в темные сени, а потом на кухню. Срабатывает защитный контур, меня атакуют три летучие мыши из потустороннего мира. Росчерк шашек, полыхнул огонь встретившись с одной из тварей, мерзко запахло паленой шерстью. Клинок холода, уничтожил одним ударом двух других тварей. Про засаду знал, она не стала неожиданностью. Пока еще есть время, меня не обложили, и никто из нечисти сюда не устремился. Это понятно, у них есть чем в деревне поживиться.

— Артур, Мариам Георгиевна! Открывайте, я друг Ники и Резо! — громко сказал, стоя у закрытого лаза в погреб.

Тишина, но это хорошо, нельзя просто так доверять словам.

— Артур, твой мишка играет в мяч! Мариам Георгиевна ваши хачапури впервые подгорели! — сказал условные фразы, а потом добавил: — Я действительно друг и у нас мало времени. Сломать пол не так сложно, но это привлечет нежелательное внимание.

— А ты кто? — донесся из подполья глухой женский голос.

— Алекс из клана «Ярый воин», — представился и услышал, как заскрипело дерево.

Лаз оказался заперт лопатой и вилами, продетыми в две стальных скобы. По лестнице первой поднялась пожилая женщина, сжимая перед собой кинжал. Настроена она решительно, готова за внука сразиться хоть с чертом или демоном.

— Нет времени, — покачал я головой, заметив, что Мариам собралась что-то спросить. — Артур, вылезай! Тебя дед в столице заждался, места себе не находит!

— А мама где? — спросил пацан, смотря на меня из погреба.

— Ближе, чем ты думаешь, — усмехнулся я, а потом добавил: — Ждет перед контуром.

— Мы успеем собраться? — поинтересовалась Мариам, своим вопросом выбив меня из колеи.

— Документы и деньги возьмите, у вас минута, — сказал ей, а потом предостерег, проследив ее задумчивый взгляд, обводящий комнату: — Никаких вещей!

— Как выберемся? — хладнокровно спросила пожилая женщина.

— Огородами, — хмыкнул я.

Действительно, уходили именно так, на дороге прохаживается все тот же зазывала, но к нему присоединился мертвец с кладбища, а это уже