Небесная академия. Ученица и наездник - Элис Айт

Глава 38

Когда мы вышли во двор, вся академия уже стояла на ушах. Повсюду носились рабочие и слуги, собирающие в дорогу провиант и готовящие все необходимое, хаотично бегали переполошенные студенты. Мимо промчался, не заметив нас, Мэйлир. Судя по тому, что он направлялся к общежитию в компании однокурсников, ему все-таки позволили присоединиться к друзьям.

Мрачные стражники из Вайля не добавляли этой картине спокойствия. Они явно не были рады, что им придется охранять дочку самого главного человека в городе по весьма неожиданному обвинению, и на всех огрызались.

Шум, суматоха сбивали с толку. Я подняла голову и задышала медленнее, стараясь отрешиться от суеты.

У меня тоже важное задание на сегодня. Нужно выполнить его хорошо.

Туманный венец за прошедшие часы успел загустеть. Далеко идти не придется, и шансов на успех будет больше. По крайней мере, об этом я молила Энеду и Хедена.

Когда мы добрались до места, которое я в последние дни часто использовала для медитаций, я успела запыхаться. У Коллара даже дыхание не сбилось. Он скептически оглядел небольшую ровную площадку с несколькими валунами среди кустов, окутанную белесой дымкой, и спросил:

– И что мы будем делать?

– Схему через грифонов передал мне Туманный венец, – объяснила я. – Думаю, он хочет, чтобы я сплела ее.

Вид у архея сделался таким, будто он разговаривает то ли с маленьким ребенком, то ли с сумасшедшей.

– Туманный венец – это не живое существо, Эйри. Он не может ничего хотеть.

– А грифоны считают иначе.

– Ага, – выразительно произнес он.

Я закатила глаза.

– Хотели получить эн-хея – так не жалуйтесь, что он не такой, как вам нравится. Помогать мне будете или нет?

– Ты до сих пор не сказала, что надо сделать, – насмешливо ответил Коллар.

Я и сама этого толком не знала, поэтому, чтобы скрыть свою растерянность, окинула его сердитым взглядом.

– Наверное… – Я прокашлялась, постаравшись придать голосу уверенности. – Наверное, нужно сплести этот узор здесь, в облаке. Но я никогда ничего подобного не делала. Даже не могу захватить нить.

– Нить я тебе подам, – спокойно сказал Коллар. – Если хочешь, буду двигать твоими руками, чтобы быстро завершить плетение. Сама ты все равно не справишься.

– Почему это? – надулась я.

– Что ты видишь вокруг?

Вопрос звучал обыденно, ровно, как будто в нем не было подвоха, но я напряглась и ответила далеко не сразу. Понимала – если сказать правду, Пауку она не понравится.

Он ждал от меня чудес, а все мои таланты, похоже, ограничивались способностью разговаривать с грифонами и видеть золотую сеть ментальных связей. В том, что должны уметь археи, за последние дни я не продвинулась ни капли. Белая пелена тумана вокруг оставалась белой пеленой тумана. Лишь изредка в ней проглядывали некие узоры, да и то я не была уверена, что это не моя фантазия.

Я набрала в грудь воздуха, будто собиралась прыгнуть в ледяную воду, и быстро произнесла:

– Ничего. Только туман. Иногда он принимает какие-то формы, например щупалец, но на этом все.

– Вот поэтому ты и не справишься сама, Эйри, – без намека на издевку сказал Паук. – Твои глаза пока еще в большей степени глаза обычного человека, а не мага. Они недостаточно пропитались магией, чтобы узреть всю полноту картины.

– И что, вы видите ту схему, которую мне показали грифоны? – удивилась я.

Ответ был несколько разочаровывающим.

– Нет. Хотя это ничего не значит. Туманный венец – множество плетений, которые соединены между собой хитрым способом. Твоего узора нет рядом с нами, но он может находиться на другом конце горы.

Меня это немного успокоило.

– Давайте тогда попробуем его создать.

– Раз ты считаешь, что это важно… – пробормотал Коллар, давая понять, что сам он так не думает.

Однако архей сделал такое движение, будто схватывал что-то в воздухе, и протянул руку ко мне.

– Видишь нить? Взял крупную, специально, чтобы ты могла с ней работать.

Понадобилось напрячь все зрение, чтобы разглядеть у него в ладони блеклую ниточку. Я попыталась аккуратно схватить ее пальцами, но когда поднесла их к глазам, то обнаружила, что там пусто.

– Выскользнула, – ровно, будто ничего не случилось, констатировал Паук. – Это нормально для новичка. Еще раз.

Потом был еще раз. И еще. И еще. И еще…

Солнце не пробивалось сквозь густой туман, но я успела вспотеть, прежде чем злосчастная нить наконец оказалась у меня в пальцах. Коллар сразу перехватил мое запястье. Я невольно вздрогнула оттого, какие у него холодные руки. Кисти были длинными, узловатыми, пальцы – тонкими, и правда как у насекомого. Паук, ткущий сеть.

– Держи крепче, – с легким раздражением приказал он. – Опять выскользнет.

Коллар достал бумагу и сверился с изображением.

– Вот эти закругления – петли. Видимо, схему нужно встроить прямо в Туманный венец. Ну, давай пробовать.

И мы попробовали. Раз пятнадцать. Может, двадцать. Я постоянно теряла нить – сложно удержать в руке то, что состоит из энергии, а не из материи. То же самое, что стараться ухватить порыв ветра или язычок огня. Коллар злился из-за моей непутевости, но пока ничего мне не высказывал, только скрипел зубами. Впрочем, это плохо помогало, потому что я все слышала и сильнее нервничала сама, совершая еще больше ошибок. Как тут было не вспоминать Силвейна и его бесконечное терпение? Вот кто точно преподаватель с талантом от богов!

Я думала о нем, о его крепких и теплых руках, ласковых прикосновениях, шуточках, которые тем не менее не звучали обидно, а разряжали напряжение. О словах поддержки. Смешливых глазах и улыбке… Которые, быть может, мне больше никогда не увидеть.

Тоска оказалась такой острой, что на глаза навернулись слезы. И это, конечно, лишь вызвало очередной приступ раздражения у Коллара.

– Эн-хей не будет распускать сопли, как только у него что-то не получается. Учись держать лицо! – прикрикнул он.

– Надеюсь, в Белой академии ко мне приставят преподавателя, который умеет что-то большее, чем орать на своих студентов, – процедила я.

Удивительно, но Паук сразу заткнулся.

Понадобилось еще несколько попыток, прежде чем мы наконец завершили схему. Это была целиком и полностью заслуга Коллара, потому что я даже не видела, что, собственно, плету. Только что-то слабо серебрилось в воздухе и сразу исчезало, стоило отвести руку. Готовой схемы, вплетенной в туман, я тоже, разумеется, разглядеть не смогла.

– Получилось? – неуверенно спросила я у архея, когда он отпустил мое запястье и с нескрываемым облегчением выдохнул.

– Ты мне скажи, – ответил Коллар. – Рисунок готов. Ощущаешь какие-нибудь изменения?

Я внимательнее «прислушалась» к своим чувствам.

– Нет, если