Специалист по нечисти - Дмитрий Билик

собирался грабить банк в Нью-Йорке. И никакой кавалерии не было. Куда уж с моим везением?

Однако оказалось, что сегодня судьба невероятно глумилась надо мной. Потому что арьергард прибыл. Пусть и без коней, да еще сильно хромая на правое копыто. Однако Митька с яростным криком бросился на Вранового. Тот даже попытался отмахнуться и не успел.

Смешались в кучу черти, люди. Хотя я понимал, что вмешательство Мити лишь попытка отсрочить неизбежное. У нас вдвоем никаких шансов противостоять рубежнику. Бес вон, наверное, уже давно ушуршал в лес. И сидит там сейчас…

Там, стоять – бояться. А ведь формально где-то здесь начинаются владения лешего. Да, окраина и все такое. И еще надо входить и обращаться именно там, где впервые произошел «контакт». Но, что, если…

– Батюшко! Помоги, батюшко! Ба…

Договорить я не успел, потому что Врановой сжал мне горло и оторвал от земли. Пока я взывал к своему единственному могущественному товарищу среди нечисти, рубежник наконец отбросил Митьку в сторону и вновь вернулся к своим баранам. Точнее, барану.

– Как ты мне надоел, захожий! – с искренней злостью произнес он.

«От захожего слышу», – хотел ответить я, но не смог. Очень непросто говорить, когда тебя душат. Но я почему-то был уверен, что «захожий» – это не комплимент. Меня Врановой вообще ими не особо баловал.

– От паренька отойди.

Голос оказался знакомый. И я был готов орать от радости, когда его услышал. Жаль, что орать тоже не мог. Прошло ведь не больше секунд десяти, а леший явился на мой зов.

– Уходи, – недобро отозвался Врановой. – Не в своем ты праве. Не дело нечисти в дела рубежников лезть.

– А мне один добрый человек сказал, что иногда надо по совести жить, а не по правилам заведенным.

– Уходи, – повторил Врановой. Причем, в его голосе теперь была не только злость, но и некая нерешительность. – Не в своих ты владениях. Сил брать неоткуда.

– Может и не совсем в своих, – отозвался леший. – Но уж и не такой слабый, как ты думаешь.

И в очередной раз судьба вновь дала мне возможность вдохнуть немного воздуха. Блин, такое ощущение, что именно на мне сегодня природа отрабатывает экономию кислорода в атмосфере! Может просто какой-нибудь Грете Тунберг позвоним, ей все равно делать нечего, она очередной флешмоб запустит? А то глядишь, мне так удушение понравится, что после уже без этого и не смогу. Совсем как в том анекдоте про Ватсона и трубку.

Между тем Врановой решительно взялся за лешего. Он схватил за жезл двумя руками, направил на нечисть и из артефакта ударил темный луч. Батюшко охнул и повалился на землю. Ты че, гад, лешего убил?

Я вскочил на ноги, отметив, что обе целы, кости не сломаны. Тогда что хрустело? И затем бросился на рубежника с ножом. Можно даже сказать удачно – наполовину утопил клинок в его спине.

И сразу же получил такой мощный удар, что повалился обратно? Это какой уже нокдаун за сегодня? Но как говорит Стетхэм в пацанских пабликах: «Неважно, сколько раз ты упал, главное, что ты поднялся». Правда, подниматься с каждым ударом мне хотелось все меньше и меньше. Можно прикинуться ветошью в надежде, что Врановой подумает, что я все?

Вот кто поднимался с завидной регулярностью – это Митька. Нет, честно, если выживем, черту надо будет памятник поставить. В форме неваляшки. Нечисть всего с двумя рубцами продолжала кидаться на ведуна, как тетка с безлимитной карточкой на товары по скидке.

Правда, все атаки черта заканчивались всегда одинаково. Вот и сейчас Врановой с легкостью и некоторой небрежностью отбросил Митьку в сторону. Тот упал на спину, но сразу зашевелился. Явно искал дополнительные резервы для того, чтобы вновь подняться. Как тут снова не вспомнить очередную пацанскую цитаты Стетхема: «Только пепел знает, что значит сгореть дотла».

А затем в рубежника прилетело дерево. Как-то даже буднично, что ли? Ладно, не целое дерево, а обрубленный ствол от него. Но длинный и толстый. Лично мне бы очень не понравилось, если бы я на полной ходу влетел в такой. Вот и Врановой не оценил. Хорошо, что он к тому моменту отошел от машины. Вурдалак и так слегка помял Зверя.

К моей радости, леший оказался жив. Правда, не сказать, чтобы здоров. Тот странный луч будто прибавил лесному хозяину лет тридцать. Лицо осыпало морщинами, стать в теле ушла, батюшко весь высох и согнулся. Тяжело ему все-таки биться на границе владений. Это лесу с ним сложно совладать. А здесь, рядом с речкой и домами чужан, наверное, он под стать Врановому. Если не слабее.

Нет, я много слышал о ведунах. Только не знал, что они настолько мощные. Вот сколько сегодня получил по щщам любитель птичек? Не счесть. Но даже сейчас, с кровоточащей раной из спины, снесенный с места деревом, он поднялся на ноги. Ты, мать твою, случайно не прибыл из будущего, чтобы уничтожить спасителя человечества? Если так, то с целью ошибся.

Врановой вновь взмахнул посохом и огненная волна обрушилась на лешего. Точнее, на то место, где тот совсем недавно стоял. Батюшко довольно ловко поднял перед собой землю, траву и камни, создав из них импровизированный щит. Который после отраженной атаки устремился пушечным ядром в сторону рубежника.

Правда, и тот теперь был готов к любому развитию ситуации. Он вытянул руку с жезлом и «ядро» разлетелось на части. На этот раз Зверю не повезло. Сразу несколько камней отлетело в машину.

Блин, батюшко, все круто, но нельзя как-то помогать без ущерба для имущества? Мне еще на этой машине ездить. Если