Иллюзия чистого листа - Дмитрий Владимирович Ледовской

Хотелось спать, поэтому мысли о двойнике я решил оставить на завтрашний день. Кроме того, завтра утром я планировал позвонить губернатору и спросить у него о том, как движется дело с финансированием дорогостоящего лечения и операций детей. Еще я собирался познакомиться с губернатором Ленинградской области, ведь территория моей ответственности простиралась далеко за пределы города Санкт-Петербург, а получалось, что я больше занимался только городом.

Встав с дивана, я взял телефон со стола и набрал Алену. Захотелось поговорить с ней перед сном. Я звонил долго, но она не ответила. Может быть поздно, и она уже спит, подумалось мне, и решил тоже ложиться. Когда я расстелил постель в спальне, мне с номера Дмитрия пришло странное короткое по содержанию смс-сообщение: «они меня не пускают». Пока я удивленно смотрел в телефон и думал, что бы это значило, менее, чем через минуту, повторно пришло это же сообщение.

Я решил не гадать и набрал номер своего армейского приятеля, оставленного мною за старшего в резиденции. На долгий вызов ответа не последовало, и я какое-то время стоял посреди сумеречной комнаты, пребывая в полном недоумении. Я позвонил еще раз, и еще. Дмитрий не отвечал. Кто его не пускает? Куда? Может быть он вообще не мне это писал, а отправил сообщение в мой адрес ошибочно? Я попробовал мысленно попасть во дворец и посмотреть, что там происходит. Мне казалось, что теперь для меня это не составит труда, но ошибся. Я мог все разглядеть вокруг резиденции, будку с охранниками, морской берег, лес, но проникнуть в дом у меня так и не вышло. К тому же сообщения на телефон больше не приходили.

В конечном итоге, я решил лечь спать, оставив все дела на завтра.

На следующий день, когда за окном уже начало светать, я встал, приготовил себе бутерброды, заварил очень крепкий кофе и набрал номер губернатора. Тот взял трубку сразу же, будто сидел и ждал моего звонка.

– Здравствуйте, Олег Сергеевич, – услышал я чересчур бодрый голос, – слушаю вас внимательно.

– Доброе утро, Сергей Сергеевич, – ответил я и без долгих прелюдий спросил, – как там наши дела? Я имею ввиду наш разговор про финансирование детского лечения.

Я допускал, что губернатор замнется, начнет юлить и изворачиваться, но ошибся.

– Вопрос был непростой, – заговорил губернатор, – пришлось, честно говоря, повозиться.

Мысленно я увидел, как он сидит в своем кабинете за столом, а напротив него с выжидающим видом стоят двое мужчин, возможно, работников администрации.

– Не буду перегружать вас ненужной информацией, а скажу сразу – вопрос удалось решить. Нашли резервы. На следующий год мы предусмотрели чуть больше средств на развитие здравоохранения в нашем городе. Кое-где пришлось немного урезать. Но это вам не интересно. В общем, вот эта разница в сторону увеличения будет использоваться именно в целях финансирования дорогостоящих операций и лечения детей. Если не хватит, будем сами изыскивать спонсоров. Во всяком случае, это уже будет головная боль городской администрации, а не родителей с детьми. Их задачей будет только подача соответствующих документов с заявлением.

– Вы только публично разъясните людям про такую возможность и порядок действий в таких случаях.

– Это конечно, можете не сомневаться, все сделаем.

– Вот за это спасибо! – сказал я, а сам подумал, что, если бы за жабры его не взяли, все было бы на прежнем месте.

– Тут еще такое дело, Олег Сергеевич, – с неуверенностью в голосе начал губернатор.

– Что-то случилось? – спросил я.

– Здесь сейчас присутствует Краснов Петр Алексеевич. Он вам сейчас сам все расскажет.

Вслед за ним в трубке возник голос Краснова.

– Здравствуйте, Олег Сергеевич.

–Здравствуйте, Петр Алексеевич, – ответил я, – что случилось?

– скажите, вы полностью уверены в своем знакомом?

– Вы имеете ввиду Дмитрия, которого вчера назначили управляющим резиденцией?

– Да, – предприниматель запнулся, но потом продолжил, – возможно, мы поторопились с назначением. Нет, я ничего такого не хочу сказать. Вам, конечно, было виднее, когда вы предлагали этого человека.

– А в чем, собственно дело, – перебил я странную для меня речь, – что случилось? Чем вас не устраивает предложенный мною человек?

После недолгого молчания Краснов ответил на мой вопрос:

– мне доложили, что служба охраны заметила странности в поведении нового управляющего. Весь вчерашний вечер и ночь он вел себя неадекватно, причем в крайней степени. Подробностей я не знаю, потому что, когда мне докладывали об этом, у меня были важные дела в мэрии, а через несколько минут будет новая встреча, и мне просто некогда вникать. Я бы мог поручить своему помощнику, но, поскольку новый управляющий является вашим хорошим знакомым, то мне кажется уместным, если вы сами во всем разберетесь и примете решение. Но помощника я все же направил.

Сообщение Краснова меня озадачило. Он прав, мне надо туда ехать и выяснять, что такого могло случится во дворце менее, чем за сутки. К тому же отсюда, с Моховой, я ничего не мог видеть и понимать, что происходит в резиденции.

Начиная разговор с губернатором Санкт-Петербурга, я хотел договориться о встрече с его областным коллегой – губернатором области, но передумал, потому что надо было разобраться с тем, что произошло во дворце. А если ничего страшного там не случилось, то просто убедиться в этом. После разговора с губернатором и Красновым я набрал номер Дмитрия, но тот снова не ответил. Потом я позвонил Алене, и в этом случае мой звонок остался безответным. Силой мысли я попытался вызвать место, где она находится, увидеть ее саму, но у меня не получилось. Это было очень странно, ведь я мог теперь детализировать любой уголок земли и воды на своей территории. Ну, конечно, Алена то за ее пределами, поэтому мне и не дотянуться до нее. Но мой армейский приятель ведь находится в резиденции неподалеку от Питера. Если только он за вечер или ночь не сбежал за пределы границ моего влияния. Но это абсурд.

Решив не откладывать в долгий ящик, я оделся, запер дверь в квартиру, приладив бумажную контрольную полоску на прежнее место, и вышел на улицу. Но звонить водителю сразу я не стал – захотелось немного пройтись, подышать морозным воздухом, прежде чем ехать. Понятно, что городской воздух не чета загородному, тем более лесному и морскому. Но Питер – это особый случай. Мне нравилось бродить по этому городу, никогда не надоедало. По проезжающим по улице мимо меня машинам было видно, что вчера вечером произошла легкая оттепель, а к утру подморозило. У многих автомобилей нижняя часть передних бамперов напоминала пасть хищного животного – облепившие их