Судьба - Мария Мартинес

она остановилась, и кто-то посигналил.

– Идем, это за нами, – сказал Уильям Кейт, подавая ей руку.

36

Он видел, как уезжала машина, а за ней бежал огромный белый волк. Подождав несколько минут, чтобы убедится, что вокруг никого нет, спрыгнул с вершины дерева, где скрывался все это время, и мягко приземлился на землю, не издав ни звука. Затем пригладил короткие темные волосы и медленно зашагал в сторону небольшого ручья.

Он посмотрел на себя в отражении. Ангельское лицо резко контрастировало со злобным и коварным взглядом. Отражение исказилось, когда он опустил руки в воду, чтобы смыть следы крови под ногтями.

Затем достал из кармана мобильный телефон и набрал номер. Приложил трубку к уху и недовольно скривился, услышав голос на том конце.

– Он все еще в городе. Не улетел этим рейсом и не купил новый билет.

– Значит, он останется.

– Похоже на то. – Он опустился на землю, прислонившись спиной к стволу дерева. – И ты был прав, солдатик объявился. Днем он прячется в заброшенном доме, а ночью моет посуду в местном отеле, – тихо сказал он.

– Следовало догадаться, что они пришлют свою сиделку. Старик не особо-то доверяет волкам.

– Вокруг него все больше и больше охранников, скоро понадобится армия, чтобы приблизиться к нему, – он сделал паузу, а затем добавил: – но у меня есть кое-какая информация, которая может тебя заинтересовать.

– Я слушаю.

– Это не бесплатно.

– Получишь больше, если это действительно что-то стоящее.

Он улыбнулся про себя и помедлил с ответом, зная, что это злило собеседника. Он услышал фырканье с той стороны.

– Похоже, твой принц нашел себе новую принцессу, – сказал он насмешливо. – Довольно симпатичную. Кстати, она человек и пахнет потрясающе.

– Ты уверен?

– Более чем. Я устроил небольшой цирк, чтобы убедиться, и Уильям прилетел как пчела на мед. Девушка важна для него.

– Интересно. Если ты прав, удача на нашей стороне, и скоро мы проверим, на что он готов пойти ради нее. – Последовало долгое молчание. – Я не хочу, чтобы Уильям пострадал. По крайней мере пока. Так что… не приближайся к нему.

– Я и не планировал.

– Я ведь могу надеяться на то, что ты будешь верен мне, так?

– Конечно, моя верность бесспорна.

– Пока я хорошо плачу. – Презрительный смешок заставил его нахмуриться. – Ладно, уезжай из Хэвен-Фолз как можно скорее и возвращайся сюда, здесь ты нужнее.

– Конечно.

Он повесил трубку и закрыл глаза. Острая боль пронзила татуированную грудь, вызывая желание воткнуть нож в этот кусок плоти, разорвать его в клочья.

Он заметил колебания в воздухе, и в ноздри ударил запах турецкого табака.

– Сын мой, – сказал мелодичный голос.

– Не называй меня так, – прошипел он сквозь зубы. Открыв глаза, он впился взглядом в мужчину, который тем временем наблюдал за ним. – Чего ты хочешь?

– Всего лишь узнать, как у тебя дела.

– Все хорошо, но ты и так это знаешь.

Мужчина улыбнулся.

– И все должно продолжаться так же хорошо, верно? Если нет, мы оба знаем, кто заплатит за последствия.

– Если ты прикоснешься к ним… – пробормотал он, вставая. – Клянусь…

– Закончи фразу, я хочу знать, что у тебя на уме, – бросил ему вызов мужчина.

– Я выполняю все твои прихоти! – его голос дрогнул.

– Именно это и ожидает отец от преданного сына.

– Да пошел ты!

Мужчина рассмеялся, доставая сигарету из дорогого на вид портсигара.

– Вот она- ярость! А умолять тебе вовсе не к лицу. – Он зажег сигарету и затянулся, с восторгом выдыхая дым. – Сделай, что велела эта мразь и возвращайся, я не хочу, чтобы она перестала доверять тебе. А ведь это может произойти очень скоро, если ты не научишься усмирять свое высокомерие.

– А почему бы тебе не выполнить свою работу, вернуть их мне и исчезнуть из нашей жизни?

– А ты не устаешь бубнить одно и то же? Ты знаешь, что мне нельзя вмешиваться, вот почему необходимо, чтобы ты сделал это за меня.

– Я убью тебя, когда все закончится.

– Если выживешь, – ответил мужчина с улыбкой.

– Гори в аду! – он бросился на него, но мужчины и след простыл.

Телефон издал звук оповещения. Он вынул его из кармана и вытер слезу со щеки. Всего одну, остальные слезы высохли. Навсегда. Проверив почту, он обнаружил билет на самолет и зачисление на счет.

– Придурок, – пробормотал он.

37

– Сэр, билет и пропуск были отправлены.

– Хорошо, дай мне знать, если он не сядет на самолет.

– Конечно. – он склонил голову. – Прошу меня извинить.

Как только слуга вышел из комнаты, он залпом осушил стакан и поставил его на стол. Затем подошел к окну и отдернул шторы.

Лицо озарилось светом. Свет полной луны был ярче звезды на небе.

Он выругался про себя. Молодой вампир не внушал ему доверия. Он был высокомерным и все время перечил. Однако был полезен, так как выполнял свою работу с надлежащим прилежанием. Нельзя выпускать его из вида, чтобы однажды не обнаружить кинжал у себя в спине.

Дверь кабинета открылась, и до него донесся запах духов. Он повернулся, любуясь покачиванием ее бедер.

На ней была только черная кружевная ночная сорочка, а светлые волосы вились вокруг лица, как яркий ореол.

– Дорогой, ты слишком рано отлучился из наших покоев.

Он обхватил ее шею одной рукой и притянул к себе, одаривая неистовым поцелуем в губы.

– Ты же знаешь, я люблю проводить ночь с пользой.

Раздался стук в дверь. Вошел слуга с подносом, на котором стояли две рюмки и стеклянная бутылка с узором. Он поставил его на стол, откупорил бутылку, разлил ее содержимое по рюмкам и ушел так же неожиданно, как и появился.

Она подошла к подносу и взяла обе рюмки. Одну протянула партнеру и присела в кресло с другой. Он разглядывал ее, пригубляя теплую кровь.

– Амелия, – очень медленно он произнес ее имя.

– Да, дорогой?

– Я придумал как заставить Уильяма пойти на уступки.

Она замерла, прижав рюмку к губам. Затем медленно опустила ее и нахмурилась.

– Шантаж?

– Что-то в этом роде.

– Это не сработает. Он скорее будет бесстрастно смотреть, как ты убиваешь всех, кого он любит, чем даст тебе хоть каплю своей крови, – заявила она, закатив глаза.

– У Уильяма всегда была слабость. Вина, гложущая его за то, что обратил тебя. И вот на его пути появился новый камень. Споткнется ли он снова?

Амелия фыркнула.

– От твоих игр разума у меня болит голова. Расскажи мне, что ты задумал, или же сменим тему.

– Ты все еще