Волки ночью воют - Алекс Данте

открыла его под Рагнаровское: «Эй, осторожно!» и подставила под ветер кончики своих пальцев. Эби стала перебирать ими, словно они лежали на клавишах фортепьяно и ткали из нитей воздуха что-то невероятное. Под такие моменты неплохо бы подошла какая-нибудь мелодичная песня, но девушка оставила свои наушники в той квартире, которую скорее всего уже разгромили. Пень был в ярости, когда узнал, что пленники сбежали и более того, в квартире Рагнара никого не оказалось. Дороти было очень досадно, что она никогда не увидит выражение лица Вестора. Это было бы поводом хотя бы для легкой улыбки.

Быть в бегах ей не нравилось.

Тени уехали за пределы их города и мчали по шоссе, с обеих сторон которого был лес и редкие дачные поселки. Чистый воздух наполнял легкие, давая возможность дышать полной грудью. Это ни шло ни в какое сравнение с городской пылью, запахами трущоб и нечистот. Словно, они наконец вырвались из грязных лапищ курящего трубочиста и окунулись в совершенно другой мир.

Рагнар захотел включить радио, но единственная волна поймала только кантри, и Эби запротестовала. Они продолжили ехать молча. Но тишина длилась не долго:

— Док обмолвился про вашу старую банду… Беглецы, кажется? Ты ничего об этом не рассказывал.

Дерек хмыкнул и покачал головой:

— Ох уж этот старик, что еще он тебе наплел?

— Что ты был Бетой.

— Есть такое, — Рагнар погрузился в воспоминания. — Мы были просто кучкой идиотов, которые хотели стать королями этого мира, словно это была какая-то игра.

— Чем вы занимались?

— По-разному. Бились с местными бандами, лупили плохих парней, пресекали передачу наркотических веществ. Играли в детективов, рассматривая старые нераскрытые дела, отправляли украденные деньги у богачей на благотворительность. Строили из себя героев. Даже хотели попросить у Месяцев официальность, но до этого так и не дошло.

— Что же случилось?

— Сложно сказать. — Дерек потянулся за буррито и они перекусили. Эби подумала, какой хороший способ сменить тему, рот же все равно занят. А мексиканская еда ей понравилась. Немного острая, но приятно согревающая горло. Она решила, что надо будет как-нибудь выведать рецепт. Хотя это будет бессмысленно, кто же такое будет готовить? Только если Ви уломать, а это задача не из простых. У нее все по настроению. А Табаки на полпути свернет не туда и из какого-нибудь омлета у него может получиться мясной пирог.

Когда они закончили трапезу и свернули обертку в шарики, Эби продолжила — когда еще будет такая возможность побеседовать один на один:

— Вы поссорились да?

— Мы натворили достаточно много глупостей, — ответил Рагнар. — В том числе и… да, перед нашим распадом мы очень много раз ругались.

— Ты жалеешь?

— Не знаю. Я много наговорил сгоряча то, что никогда бы не хотел больше произносить. Прошлое тяжело ворошить, особенно, если там произошло что-то, что тебя особенно расстраивает. — Дерек посмотрел на меня. — Эби, не жалей ни о чем. Как бы ни ужасно ты не поступила — хуже всего, когда ты сам себя наказываешь. Муки совести и всего прочего запросто съедают тебя изнутри. Иногда люди делают плохие вещи, но это не повод убивать себя. Ты слышишь?

— Ты имеешь в виду самоубийство?

Сначала Рагнар нахмурился из-за того, что Дороти произнесла это вслух, но затем улыбнулся:

— Вот что происходит, когда в твоем обществе существует Табаки. Да, я об этом.

— Из вашей команды кто-то…?

— Нет.

— Но хотел?

— Хотел. — Дерек шумно выдохнул. — Что-то мы зашли куда-то не туда. Может лучше, скажем, поговорим о погоде?

Эби хлопнула ладонями по штанам и пригладила их:

— Меня больше интересует то, что вы и Ронни в свою шайку притянули. Я-то думала, вы познакомились, когда ты нашел Бобра, а выходит…

— А выходит, что она сама нас нашла. Мы были не в восторге от девчонки в нашем коллективе.

— Вот оно как?

— Ничего не имею против, но мы занимались достаточно опасными вещами. А ей было столько, сколько тебе сейчас. Может даже меньше, мы не смотрели паспорт.

Рагнар немного рассказал об этом. О том, как Ронни постоянно таскалась с ними и оказалось, что она здорово разбирается в механике, так что она так и заслужила их доверие и внимание — починила старый автомобиль Дока, на котором они все ездили. Еще Дерек поведал о тех временах, когда на фабрике изготавливали подпольные шоколадки для клубов и о таких простых, но запоминающихся вещах, как похороны воробья, которого они нашли и дрессировали, пока тот в один день не умер. Рагнар закончил свой рассказ небольшой историей о том, как они впервые все вместе отмечали какой-то праздник и открыли шампанское, а пробка вылетела прямо в выключатель и отрикошетила в голову Хантера. Они сидели в темноте и покатывались со смеху, пока Колода матерился и тер лоб.

Это рассмешило Эби. Легкий способ уйти от ответа. Дверца иного мира снова захлопнулась. Тогда девушка спросила про другое, что волновало ее не меньше:

— Скажи, почему ты так долго молчал про то, что Кая не существовало?

Дерек тяжко вздохнул и погладил большими пальцами руль:

— У нас у всех есть свои странности. Я решил, раз у тебя такой способ выживать в этом мире, почему бы не принять его? Все лучше невидимый друг, чем трехчасовая ванна и кровь на костяшках.

Дороти сжала губы:

— Даже не представляю, сколько раз Зак напрямую говорил, что Кая здесь нет, а я пропускала его слова мимо ушей.

— Ему сложно было понять, что иногда лучше поддержать человека с его тараканами, чем сказать правду и все разрушить.

— Или он делал это специально, чтобы меня позлить.

Рагнар улыбнулся краем губ:

— Он всегда делал это специально, Эби. Понимаешь, Зак — боец, и ему нужен соперник, чтобы куда-то девать всю свою энергию. А ты никогда не игнорировала его выпады.

— Быть подростком в этом мире — полный отстой. — Эби скрестила руки и смотрела, как деревья мчатся мимо них.

Дерек произнес:

— Поверь, быть взрослым — еще хуже.

***

Они подъехали к месту назначения и Дерек снизил скорость, осторожно осматривая местность.

Впереди маячил шлагбаум и столб с указателем: «Стэнвуд». Рагнар съехал с обочины, прямо в лес, и Тени вылезли из машины. Дерек выпрямился и напряженно осмотрелся:

— Ты остаешься здесь.

— Чего? Ну нет.

— Это не тот случай, когда можно возражать. Это охраняемая территория, здесь могут быть люди с оружием или чего хуже, сотрудники Света. Я пойду первый на разведку, а ты будь здесь на случай экстренного отступления.

— И что мне делать?

— Сиди в салоне и жди меня.