Конечно, любовь - Елизавета Васильевна Шумская

– Да куда угодно. Хоть вправо, хоть влево, хоть назад.

– Нет, я так не могу. Должна быть цель. Город – вполне себе цель. От него хоть одна дорога, но должна идти к людям. Мы не знаем, куда нас закинуло, эти проклятые горы тянутся на сотни хорн в разные стороны.

– Мне тоже не хочется сворачивать.

– Значит, пошли.

Следующая гора оказалась выше и круче, чем предыдущая. Дорогу демоны тоже нашли, но смотрели на нее с подозрением: какова вероятность ловушек? Конечно, проще взлететь, однако вдруг за подходами к городу и правда наблюдают? Шиасу не был до конца уверен, что похититель и тот, кто держал его в заключении, один и тот же человек, однако такое казалось вполне возможным. А раз так, то стоит помнить, как много подручных шастало по подземельям. Здесь ли они? Кто знает… Один Ракхар, может, и рискнул бы, но с ним шла Айлла, и он не собирался подвергать ее риску больше необходимого.

Немного пометавшись, то есть, конечно, совершив разведывательные действия, демоны решили подниматься не по главной дороге – пусть тут она и выглядела как узкая, полуразвалившаяся лестница с множеством зигзагов, а по более неприметной тропке, которая к тому же начиналась за какими-то валунами и явно давно не использовалась. Прорубленные ступеньки хоть и заросли, и местами раскрошились, все еще проглядывали сквозь буйство природы.

– Вот будет обидно, если на главной дороге никаких ловушек и в помине не было, – проворчала Айлла. – Идти здесь – развлечение для извращенцев. – Ноги постоянно приходилось поднимать на разную высоту, на пути то и дело оказывались то камни, то корни, то дорога вовсе пропадала. – Или что охраны никакой, и можно было спокойно взлететь.

– Ты готова ради удобства рискнуть безопасностью? – Шиасу чувствовал себя преотлично. Такая разминка только способствовала бодрости духа. В ответ мужчина получил невразумительное ворчание и хмыкнул. Милашка же!

В какой-то момент Шиасу остановился. Айлла с радостью плюхнулась на ближайший камень. Демон поглядел на ее бескомпромиссную мордашку и объявил привал. Отдал девушке имеющиеся припасы и ушел куда-то в сторону. Она только плечами пожала. Даже если свалит, не огорчится. Загнал ее, понимаешь! Однако уже через четверть часа начала беспокоиться. Впрочем, Ракхар вернулся и притащил что-то вроде бурдюка из твердой, почти каменной кожи.

– Нашел схрон, скорее всего, контрабандистов. Вина, или что тут было, уже нет, но сосуд мне понравился. Нашел ручей, тщательно вымыл и принес нам напиться.

– О-о-о… – восхищённо сверкнула на него глазами Айлла. Конечно, можно было и наколдовать воду, но проклятые предосторожности!

Немного отдохнув, демоны двинулись дальше и в какой-то момент оказались на небольшом уступе. Отсюда открывался просто потрясающий вид на город. Айлла застыла в восхищении, Шиасу – в опасениях.

Какой-то неизвестный народ явно питал слабость к белому мрамору. Все строения – от самых маленьких до самых величественных – отличались удивительной гармонией, соразмерностью, будто возводили их по единому плану и в одном стиле. Который, кстати, тоже очаровывал – правильные линии, высокие колонны, сдержанно-изысканные украшения, портики, фронтоны, пилястры, симметричность. При внешней монументальности и строгости форм город казался легким, изящным, наполненным воздухом и светом. Он вписывался в пейзаж так, будто вырос из него, как растет дерево из земли. На фоне синего неба это белокаменное совершенство впечатляло и очаровывало. Впрочем, возможно, дело было в самой Айлле, Шиасу вот не испытал ни малейшего благоговения. Все его внимание занимал поиск опасностей. Взгляд демона обшаривал окрестности, но, как ни парадоксально, первую странность заметила именно девушка.

– Какое необычное решение, – восхитилась она, смотря куда-то вниз. Увидела непонимающие глаза Ракхара и пояснила: – Вон видишь забор, или как это правильно назвать, в виде статуй ощетинившихся оружием воинов. Никогда такого не видела! Интересно, это какой-то механизм, который отодвигается, если проезд разрешен, или что?

Проследив за жестом демоницы, Шиасу вгляделся в скульптурную группу. Строй солдат изобразили в разнообразных доспехах, как водилось в древних армиях. Кого-то неведомые мастера облачили в кольчуги, кого-то в легкие доспехи из пластин, туники же и обувь выглядели однотипными. Оружие дали каменным изваяниям тоже разное – кому-то булаву, кому-то секиру, но в основном все же мечи. Отсюда выражения лиц разглядеть не получалось, но позы выдавали напряжение, готовность к защите и даже ярость. Роскошная композиция! Однако почему посредине дороги? После ворот она расширялась, и вот ее-то и перегораживали мраморные воители. Красиво, загадочно… подозрительно. Наверняка какая-то ловушка. Шиасу бывал в подземельях, где подобные статуи начинали сражаться, ведомые магией или механизмами.

«Обойдем», – решил он, продолжая наблюдение.

– Давай заберемся повыше, – предложил Ракхар, и оба немного переместились так, чтобы видеть еще две улицы, а самое главное площадь, в которую обе упирались.

На ней тоже стояли статуи в человеческий рост, но уже другие. Шиасу пробормотал заклинание, и зрение улучшилось в несколько раз. Эффект временный, зато силу почти не жрет. Правда, вблизи почти не видишь, пока не закончится действие. Но сейчас казалось куда важнее понять, что за статуи расставлены дальше. И чем больше он смотрел, тем сильнее удивлялся. Во-первых, скульптуры здесь явно любили, иначе как объяснить такое их количество? Во-вторых, таких масштабных больше не встречалось. В-третьих, их зачем-то расставили по всей улице, прямо на тротуарах, а не на постаменте. Типажи разительно отличались: очередной ощерившийся оружием воин, спокойный высокий старик, тонкая изящная девушка, почтенная матрона с парочкой ребятишек, чиновник, торговка, цветочница. Потом Шиасу начал замечать и сходство. Эмоции, движение мастера подарили только воителям, а вот «мирные жители» стояли ровно, выпрямившись, с чуть поднятыми, бесчувственными лицами. Пожалуй, только скульптуры женщин с детьми немного отличались. Малыши прятали лица, утыкаясь в матерей, а те обнимали их или сжимали ладошки тех, кто постарше.

Это… пугало. Ракхар не понимал задумки создателей. Такое мастерство в одежде, аксессуарах, деталях доспехов, оружия – и такое равнодушие к лицам изображенных. Может, здесь подобное считалось красивым? Строгие, гармоничные, как весь этот беломраморный город, черты без единого проблеска эмоций… И лишь ярость дозволяется воинам. Или мастерство скульпторов не достигло такой вершины, как точное отображение чувств? Вроде это особое умение и даже философия. Запросто же может быть так, что все дело именно во взглядах на искусство и эстетику. Шиасу немного успокоился и вновь задумался на тему механизмов и магии.

– Ты не ощущаешь каких-нибудь особенных вибраций энергии или вообще чего-то необычного?

– Нет, – спустя пару мгновений шепнула Айлла. – Но мне почему-то страшно.

Демон нахмурился. Суккуб не отличалась излишней пугливостью. Что же ее встревожило? Негативных эманаций он не ощущал: земля не проклята,