Принцесса демонов и Волк - Вера Добрая

я люблю тебя. Только твоя! Я только твоя, – постаралась сделать голос более сексуальным, но получилось не очень, потому что всё это как-то не правильно что ли.

А еще мне до чёртиков было обидно, что на моем месте мужчина представлял другую. Где-то внутри скреблась ревность, потому что я искренне не понимала, чем я хуже этой Миры?!

Углубиться в свои обиды мне не позволил Максим, он с рыком схватил меня за волосы, оттянул голову назад и впился жадным поцелуем мне в губы. Это даже поцелуем назвать сложно, это было что-то запредельное. Мужчина будто хотел съесть меня всю без остатка, и мне, черт возьми, это нравилось! Я плавилась под таким натиском, как масло на раскалённой сковородке, и отвечала так же страстно, не обращая внимания на то, что все губы изранены в кровь.

Максим подхватил меня под попу и, развернувшись, бросил на постель. Из меня наружу рвалась демоническая сущность, и поэтому я вынуждена была взять себя в руки, чтобы попытаться хоть как-то заглушить этот безумный пожар во всем теле, но сделать это оказалось очень сложно, особенно когда невероятно сексуальный оборотень в порыве страсти начал рвать на себе одежду в клочья, а потом навис надо мной, тяжело дыша. Старалась в этот момент не думать о том, что Максим хочет не меня, а ту, на которую я безумно похожа.

– Мира, девочка моя, любимая моя, как же я соскучился по тебе, – словно издеваясь, прошептал Максим, покрывая поцелуями мою грудь.

Захотелось подобно маленькому ребёнку расплакаться, оттолкнуть обидчика и убежать, но я стерпела, потому что подписала договор и обязана выполнять все, что от меня потребуют. Вообще не знала, почему меня это так задевает. Какое мне вообще дело до этого поехавшего умом волчары?

Максим, пока я кусала губы от обиды, некоторое время просто смотрел на меня, изучая взглядом каждый миллиметр моего тела. Чтоб вы знали – демоны не отличаются стеснительностью, но от подобного даже такая как я залилась краской смущения. Попыталась сдвинуть ноги вместе, но мужчина недовольно рыкнул, напоминая о том, что я всего лишь вещь, не имеющая тут право голоса. А потом все мысли куда-то испарились, потому что горячие губы и язык Максима коснулись меня в самом сокровенном и раскалённом от возбуждения месте. С громким стоном выгнула спину и подалась бедрами навстречу ласкам оборотня, потому что это просто непередаваемые ощущения.

Дьявол!

Пусть хоть тысячу раз обзовет Мирой или кем угодно, но только не останавливается!

Еще несколько умелых и напористых движений языком, и мое тело взорвалось, рассыпаясь на постели миллионом частичек. Дыхание стало сиплым, а сердце отбивало бешенный ритм, работая на пределе своих возможностей. Перед глазами все искрилось, и я, раскинув руки в стороны, расплылась в довольной улыбке, совершенно забыв, где я нахожусь и зачем.

– Мира… – очередной шепот, и вся эйфория от оргазма померкла за секунду, заполняя тело нервозностью и желанием побыстрее закончить это безумие.

– Да, любимый… – наигранно ласково прошептала в ответ и положила Максиму руки на плечи, когда он вновь навис надо мной.

Мужчина смотрел на меня каким-то обезумевшим взглядом, и в его глазах почему-то отображалось презрение и ненависть, хотя я ничего такого не сделала, чтобы заслужить подобное, ну кроме того, что родилась похожей на эту его Миру, черт бы ее подрал!

– Ты не она…

С этими словами, произнесёнными стальным голосом, Максим толкнулся в меня и заполнил собой без промедления или какой-то нежности. Я, конечно, не кисейная барышня, но от неожиданно пронзившей промежность боли, громко вскрикнула и широко распахнула глаза, на уголках которых тут же выступила влага.

Ну, вот и всё…

– Ты не она! – повторял, будто у него пластинка заела и, подхватив мои ноги под коленями, быстро и яростно вколачивался в меня, совершенно не заботясь о том, что я вроде пару минут назад была девственницей!

Мне не хотелось показывать свою слабость и уж тем более просить о чем-то, поэтому закусила нижнюю губу и терпеливо ждала, когда же этот зверь насытится. Не получала никакого удовольствия от происходящего, хотя по телу всё еще блуждало возбуждение. Это уже было не похоже на секс, а скорее на акт извращенного наказания, причем не понятно кто кого и за что наказывал!

Смотрела на Максима, и мне честно было жаль его. Несмотря на то, что он возбуждён и продолжал безжалостно входить в меня – его душа тосковала и плакала. Я понимала это по тоске, отпечатанной во взгляде. Она мерцала сквозь застывшие слёзы, видела её в искажённом от злобного оскала лице, чувствовала, как каждым своим ударом его сердце причиняет нестерпимую боль своему носителю, а чувство вины выжигает душу дотла. Мне знакомы эти эмоции и ощущения, поэтому я с лёгкостью могу их отличить от любых других.

– Максим… – пошла на поводу у своей жалости и коснулась кончиками пальцев щеки мужчины.

В данный момент я готова была стать кем угодно в его глазах, лишь бы хоть на немного прекратить его страдания.

– Не надо! – оскалил зубы, оттолкнул руку и, перевернув меня на живот, снова вошёл, приподнимая за бедра.

Ну и ладно! Нравится страдать и изводить себя – пожалуйста, а я не мать Тереза! Я огненный демон и мне плевать на переживания и терзания окружающих.

Наплевав на всё, расслабила тело и закатила глаза, отдаваясь страсти.

Глава 7. Максим

Демоница оттопырила сильнее попку и начала двигаться в такт со мной, эротично постанывая. Ее тело мерцало красным заревом, и я горел в этом огне заживо, ощущая лишь ненависть к самому себе. На некоторое время я поддался соблазну, поверил, что это моя любимая и наслаждался, лаская ее тело. Даже зверь внутри довольно урчал, будто улавливая родной сердцу запах, чувствуя давно забытую сладость на губах. Но это всего лишь иллюзия! И я ненавидел себя за подобную слабость, за то, что мне впервые за столько лет нравилось. Ванильный запах демоницы уже не раздражал, кожа нежная и бархатистая дурманила, а теснота тела сводила с ума. Несмотря на явное недовольство, лоно демоницы продолжало истекать влагой, заставляя возбуждение бегать по моим венам. Ещё парочка резких движений, и я со стоном излился на спину своей любовнице, ощущая неимоверное облегчение. Такое чувство, что стальные тиски, сжимающие мое сердце и душу, немного ослабили свою хватку, давая возможность организму сделать необходимый для жизни вдох.

Девушка потянулась, словно довольная кошка и мгновенно уснула,